Читаем без скачивания Экскурсант - Константин Хвостополосатов

— Саныч, подожди, — попросила Светлана, — вернись. В этом помещении я видела предмет с высокой вероятностью относящийся к атрибутике КСС.

Саныч вперился в прозрачный иллюминатор перепонки. В комнате летала пыль, небольшие конгломераты спекшейся сажи, наконец, в луче фонаря что-то блеснуло. Все уставились на место, где был блеск. Чуть позднее блеснуло еще раз.

— Свет, чего ты там могла углядеть? — пробурчал Саныч. — Там же из-за пыли ни черта не видно.

— Саныч, это — скорее всего или нагрудный знак или кокарда с головного убора, — сказала Светлана. — В прошлый раз предмет кувыркался практически перед дверью.

— Ладно, придется лезть в пылюку, — снова пробурчал Саныч.

— Саныч, ты как будто замазаться там можешь, — пошутил я. — Лезь, давай, любопытство гложет.

Саныч аккуратно разрезал перепонку с помощью «Комби», плавно, чтоб не гонять пыль, пролез в комнату. Блестящий предмет оказался серебристым значком, изображающим стрелку, проходящую три сужающихся круга. На конце стрелки были выгравированы несколько вертикальных столбцов значков. Гравировка была очень точной, как будто значок был с ней отлит, или отштампован.

— Знак дальней разведки КСС, — сообщила Светлана. — Обычно носится на всякого рода приемах и смотрах, а так же, предписан к ношению вне корабля для идентификации рода войск носящего лица. В носовой части стрелки лазером высечено название корабля.

— Сканируй, — Саныч поднес значок к киборгу.

— РКСП — стандарт-3 — 2556325645, — сказала Светлана. — Разведывательный корабль среднего радиуса погружения, класс «Стандарт-3». Старый класс, таких кораблей было много еще до первой волны вторжения вольдов. Не могу сказать, как сложилась судьба именно этого, но часть из них дожила и до конца третьей волны. Вместе в нами в рейд с «Эталона-12» уходило с десяток таких кораблей. Содружеству срочно нужны были новые миры.

— Я так понимаю, что значок тут не сам по себе жил. Выходит, кто-то из оставшихся в живых членов экипажа с этого корабля был тут в плену, — размышлял вслух Саныч. — Возможно, это летают останки того несчастного.

— Судя по характеру останков, из них вынули всю возможную органику, — сказала Светлана. — данная взвесь скорее всего остатки неорганических тканей скелета. Странно, в базе данных нет упоминания о пленных, вольды не брали пленных и сами в плен не сдавались, информацию проще взять из МИ или других неживых источников.

— А на счет изучения представителей врага, как вида? — спросил я.

— Нет вообще данных о каком-либо интересе вольдов к своим врагам, трехмерная жизнь, как и трехмерная галактика, была вольдам совершенно чуждой, — ответила Светлана. — Все подлежало или уничтожению, или адаптации под нужды новых хозяев. Наши данные о галактике вольдов не слишком обширны, известно, что там было крайне мало планет с условиями, благоприятными к разведению существ, из симбиоза которых появлялись вольды. Возможно, это и было причиной их экспансии в соседнюю ближайшую галактику.

— Ну, если этот корабль, предположительно, лаборатория, может, вольды все-таки занялись изучением форм жизни этого куска космоса, — заметил я. — Тем более, после уничтожения у них всех планет, пригодных для выращивания потомства.

— Содружество надеялось, что с вольдами покончено еще по окончанию третьей войны, тогда предположительно были уничтожены все миры-матки вольдов, — сказала Светлана. — Тем не менее, наличие четвертой войны говорит либо о том, что мы уничтожили не все миры, пригодные для развития, либо вольды нашли других партнеров для симбиоза.

— Свет, насколько я понял из базы данных, у них было больше проблем с «живой» частью жертв симбиоза, они росли и достигали должной кондиции значительно медленней «неживых», — сказал я. — Может вольды решили искать «живую» составляющую своего симбиоза и в нашей галактике. Многие существа этой галактики способны жить и в четырехмерности.

— Трудно поверить, что кто-то из разумных нашей галактики мог пойти на союз с врагом, — возразила Светлана. — Вольдов интересовала именно разумная «живая» составляющая. Причем, нужно думать, далеко не всякая. «Неживая» часть должна была стать симбиотом, а не доминантной составляющей.

— Вот они и пробовали всех подряд, — заявил Саныч.

— Саныч, в этом тоже есть здравая мысль, — пошутил я. — Значок прихвати, кстати, помянем воина.

Дальше по коридору были несколько комнат, явно относящихся к вооружению и экипировке десантников вольдов. Не смотря на то, что корабль попал не в одну передрягу, в комнатах был относительный порядок, все «комплектующие» были упакованы в пленки, похожие на те, что запирали выход из «камер». Пленки были прозрачными и внутри, возможно, был вакуум. Как оказалось, практически во всех складах находились встраиваемые элементы вооружения вольдов, и у Светланы имелась информация о большинстве из блоков, попадающихся нам. Экипировка десантников в тот момент была изучена Содружеством, пожалуй, лучше всего.

Нужно отдать должное вооружению вольдов, оно существенно отличалось он вооружения Содружества, но оказалось не менее эффективно в бою. И все же, практической пользы для нас от него не было. Встроить его, к примеру, в киборгов Содружества, было невозможно ввиду принципиально разного вида симбиоза. Ученым Содружества ни разу не попадал в руки хотя бы мертвый вольд с уцелевшей «живой» составляющей. Можно было только гадать, что они такое и как действует их оснастка. В лучшем случае ученым удавалось «оживить» ту или иную навеску, но вела она себя далеко не так, как у оригинала. Немного по-другому обстояли дела с ручным вооружением. Оно было вполне употребимо и членами Содружества. Но тут была другая проблема. Так и не удалось решить проблему перезарядки. Этот тип оружия был сделан на основе исключительно метало-кристаллических форм. Вскрытие оружия вызывало нарушение его функциональности, «неживые» формы вольдов, являющиеся основой оружия теряли свою «живучесть» и быстро становились просто набором неорганических соединений. Не изменило ситуацию и вскрытие оружия в условиях четырехмерности. Так что ручное оружие вольдов можно было считать весьма полезным, но практически одноразовым.

Практически потеряв интерес к поискам, мы наткнулись на небрежно сваленные в один из пленочных коконов образцы враждебной стрелковой техники. Устройств оказалось всего три вида, Светлана легко классифицировала все образцы. Перебрав явно видавшие виды предметы, обнаружили, что по индикации всего два аппарата оставались пригодны к использованию. Ими оказались два одинаковых «пистолета». Держать в руке устройство было не очень удобно, ибо оно явно не было создано для рук человека. Тем не менее, Саныч решил испытать тот образец, что был почти разряжен. После краткого объяснения Светланы, что у него и как, Сан начал прилаживать устроство к руке. Лучше всего «пистолет» лег на предплечье поверх кисти. Целиться было еще туда-сюда, а вот, чтоб нажать спуск, нужно было обладать мастерством карманника. Спусковое приспособление находилось на внутренней стороне устройства. Саныч все-таки исхитрился приспособиться и прицельно пальнуть в конец коридора. Светлана сообщила, что устройство подобно ЭМИ-оружию Содружества, хоть и действует по другому принципу. При нажатии появился нежно-голубой луч, через секунду руку тряхнуло, Саныч проехал пару метров и бухнулся спиной о переборку. А от переборки в другом конце коридора полетели клочья.

— Ничё так, — сказал Саныч и жахнул еще пару раз.

В облаке пыли не было видно, что творится с переборкой в местах попадания. А увидеть очень хотелось. Для сравнения наш первопроходец стрельнул три раза из «Комби» по соседней стене, куда еще не докатилось облако пыли. Пошли смотреть. «Комби», как и положено, оставил в переборке три ровных темных отверстия. Вольдовский «жиган», как оказалось, снес напрочь кусок стены. За разрушенной переборкой виднелся кусок конструкции, напоминающей бусы гигантских размеров, залитой прозрачной субстанцией, в которой жиган тоже оставил прореху.

— Не знаю, как там и что, но штука полезная, — сказал Саныч и положил «пистолет» на плечо.

Второй «жиган», заряженный почти полностью, утащил в ящик для экспонатов один из киборгов. На том и закончилось исследование этой «лаборатории».

Дальше в соседних коридорах было еще много, как правило, пустых помещений, предполагаемые же склады заканчивались весьма покореженным проходом, к тому же залитым «герметиком». Саныч для интереса еще какое-то время полетал по коридорам и посовал свой любопытный нос в разные помещения. Случайно набрели на каморку, в которой был каркас, похожий на найденный до этого образец, но слегка оплавленный и частично впечатанный в переборку. Стены каморки были в щербинах и подпалинах, среди мелкого мусора, медленно кружащегося в пространстве комнаты, плавал и слегка покореженный образец стрелкового оружия вольдов. Дальняя стена каморки была залита «герметиком», вернее заделана была большая дырища в этой стене. Мало ли дырявых стен в ухайдоканном корабле? Саныч собрался уходить, но потом по какой-то причине повернулся обратно.