чай? Выпьешь и успокоишься.
Уитни кивнула.
Натали легко двигалась по кухне, открывая ящики, доставая предметы, как будто была здесь хозяйкой. Они действительно часто бывали друг у друга дома. Уитни подумала, что и она с такой же легкостью ориентировалась бы на кухне Натали. Когда подруга наполнила чайник, в кармане Уитни зажужжал телефон. Она выдернула его с такой силой, что жесткий край кармана джинсов оставил на пальце белую царапину. Уитни потерла больное место.
– Это Дэн, – сказала она Натали.
Из коридора доносились голоса полицейских. Уитни ответила на звонок.
– Ты обратилась полицию? – устало спросил Дэн. Наверное, он так и не смог заснуть после их разговора.
– Да, они уже здесь.
– Хорошо. Есть какие-нибудь версии?
– Похоже, они считают, что она сбежала, – сказала Уитни.
На мгновение оба замолчали.
– Помнишь, когда ей было четыре года, она разозлилась на нас, собрала сумку и сказала, что уходит?
– Ну как же. А потом и впрямь смылась, и мы нашли ее на лужайке у соседского дома. Она сидела и играла с куклой. – Уитни рассмеялась, закончив рассказ. Но смех тут же замер на ее губах. – Если бы и на этот раз все было так просто…
– Слушай, не знаю, поможет ли… Когда мы с Амелией разговаривали в последний раз, она расспрашивала о том времени, когда мы только познакомились.
– Но она же знает, как мы познакомились.
– Она спрашивала не о том, как мы познакомились, – объяснил Дэн. – Ее больше интересовало, как ты жила в то время. Например, твой бывший парень, бывшие подруги.
– С чего бы это? – Уитни нервно расхаживала по гостиной взад-вперед.
Из кухни доносился свист чайника, слышалось позвякивание чашек.
– Тогда я подумал, что она пытается понять, почему ты так строга. Ты как раз запретила ей ходить на свидания.
Уитни, пожалуй, согласилась бы с ним. Если бы не фотография из собственного прошлого на комоде в комнате дочери. Амелия хорошенько порылась в ранней юности матери.
Только вот зачем?
– И что ты ей рассказал? – спросила Уитни.
– О твоем бывшем, о том, как он с тобой обращался… А больше ничего. – Дэн, как всегда, старался не касаться этой темы.
– Она и так о нем знает. Я ей говорила. Почему вдруг она решила расспросить тебя?
– Наверное, чтобы узнать другую точку зрения, – задумчиво протянул Дэн. – А еще она задавала вопросы о своем рождении.
Уитни замерла.
– Что значит – вопросы о рождении?
– Ну, вряд ли ты рассказывала ей о том, как у меня тогда задержали рейс, и все остальное. Ну и ужасное время было!
– Да уж.
Уитни мало рассказывала Амелии о тех днях. Дэн напряженно работал и очень сокрушался, что пропустил многое из первых дней жизни дочки. А Уитни прошла через кошмар тяжелой послеродовой депрессии. По правде говоря, она изо всех сил старалась выкинуть из головы тот период.
Уитни с трудом поднялась с кровати. Тело было тяжелым, глаза слезились. В комнате стоял полумрак, солнечный свет проникал лишь сквозь закрытые жалюзи. Она потеряла счет времени и перевела взгляд на будильник. Три часа дня. Амелию она уложила около полудня. Неужели малышка еще не проснулась? Ух ты, как долго она спала.
Слишком долго.
Наверное, проголодалась.
Зевнув, Уитни провела рукой по лицу и подошла к маленькой плетеной колыбельке.
Амелии там не было.
Одеяло лежало на дне бесформенной кучей.
Выдохнув, Уитни потерла глаза. В последнее время она часто так делала, чтобы избавиться от галлюцинаций. Однако, открыв глаза, все равно не увидела ребенка.
Собравшись с силами, Уитни вышла из спальни и направилась в детскую. Должно быть, она отнесла малышку туда, положила в кроватку и просто забыла. Уитни нравилось, когда малышка спала в ее комнате, но Дэн уговаривал ее приучать Амелию к своей кроватке. Поэтому иногда она укладывала дочку в детской.
Детская была выдержана в радостных розовых и солнечно-желтых тонах. Именно такую Уитни хотела бы иметь в детстве. Жалюзи были подняты, окно распахнуто. Солнечный свет заливал комнату. Ветерок приносил с собой запах травы, влажной земли, жимолости. Воздух был прохладным, и по телу Уитни побежали мурашки. Как бы Амелия не простыла… Ну почему она не закрыла окно, когда укладывала ребенка?
Уитни подошла к кроватке Амелии.
Ее сердце упало.
Пусто.
О боже. Снова…
Она не вынесет потерю еще одного ребенка!
Взгляд метнулся к открытому окну, затем к пустой кроватке. В дверном проеме возникла фигура.
– Где она?! – вскричала Уитни, схватившись за голову. – Моя малышка! Ее нет!
Фигура приблизилась.
– Уитни!
Она подняла голову и выдохнула:
– Дэн…
Его руки обхватили плечи жены.
– Тихо, успокойся. С нашей девочкой все в порядке.
– Правда?
– Идем, сама увидишь. – Положив руку ей на спину, Дэн вывел ее из комнаты в коридор. – Тебе нужно показаться врачу, Уит.
– Ни за что! Я не пойду к твоему отцу! Он и так считает меня сумасшедшей.
– Не считает, – возразил Дэн. – Я не говорю о нем, найдем тебе другого психотерапевта.
– Не стоит, со мной все в порядке, – отказалась Уитни. – И психотерапевт мне не нужен.
Они завернули за угол и вошли в гостиную. На полу было расстелено одеяло. На нем лицом к стене, сжав в кулачки крошечные ручки и болтая в воздухе ножками, лежала на животе Амелия.
– Видишь? Вот же она! – воскликнул Дэн.
Выдохнув с облегчением, Уитни бросилась вперед и упала на колени перед дочерью. Когда малышка подняла крошечную головку, дыхание Уитни перехватило, и слезы наполнили глаза.
– Это не она… Это не мой ребенок.
Краем глаза Уитни увидела полицейских, выходящих из комнаты Амелии.
– Перезвоню позже, Дэн.
– Конечно, – ответил он.
Засунув телефон в карман джинсов, Уитни повернулась к полицейским. МакЭвой подошел и протянул ей визитную карточку.
– Вот мой номер. Позвоните сразу же, если Амелия вернется домой или свяжется с вами, хорошо?
– Думаете, она вернется?
– В большинстве случаев беглецы в конце концов выходят на связь.
– Значит, она сбежала?
– Все факты в пользу этой версии. Сняла деньги со своего счета, встречалась и разговаривала с парнями втайне от вас, скрылась с новой подругой. – Он перечислял, загибая пальцы, и аргументы звучали очень убедительно. Вполне логично.
– А как же остальное? Парень, с которым она встречалась, – Майкл. Или тот взрослый мужчина, с которым она общалась в Интернете? О, я еще забыла сказать, что все ее фотографии с Лорен исчезли из «Инстаграма». Вам не кажется это странным?
Боже, не забыла ли она сказать полиции что-нибудь важное? Вдруг с Амелией случилось что-то ужасное, а копы отмахнутся, решив, что она просто сбежала?
– Мы все проверим, – пообещал
