идея.
И она не кривила душой. Провести вечер вместе с дочерью в японском ресторане намного приятнее, чем устроить вечеринку для толпы ее друзей.
– Когда пойдем – на день рождения или дождемся выходных?
В голове уже крутились новые идеи. Если запланировать ужин на выходные, можно устроить праздник на целый день. Например, сначала сходить в салон красоты на маникюр-педикюр, потом пройтись по магазинам.
– Э-э… Нужно спросить у Лорен.
Уитни вскинула брови.
– Это еще зачем?
– Узнать, когда сможет она, – заявила Амелия, как о чем-то очевидном. Наверное, на лице Уитни отразилось недоумение, потому что дочь добавила: – Я ведь могу ее пригласить?
– Разумеется. – Уитни растянула губы в горестной улыбке.
Она чувствовала себя обманутой. Она-то предполагала, что они отпразднуют день рождения вдвоем. Какое разочарование, рушились ее надежды провести вечер с дочерью наедине.
И вот теперь, в день рождения Амелии, Уитни сидела в кабинке ресторана «Микуни» в одиночестве. Лорен и Амелия ушли в туалет. Снова. Они уходили туда уже раз пять. Однажды Уитни пошла за ними. Девушки стояли перед зеркалом и делали селфи.
Уитни чувствовала себя третьим лишним на чужом свидании. Она взяла палочками кусочек крабового ролла, обмакнула его в смесь васаби и соевого соуса и положила в рот, ощутив острый вкус.
Впервые она попробовала суши еще в колледже, когда встречалась с Дэном. Ее семья редко ужинала в ресторанах, да и были это в основном простые закусочные или мексиканские забегаловки. Дэн же привел ее в маленькое японское заведение недалеко от кампуса. Когда официант подал роллы, Уитни замерла, не зная, как их есть, – пальцами, что ли, брать?
– Ты не умеешь пользоваться палочками? – спросил Дэн, наблюдая за ней.
Уитни покачала головой.
– Наверное, надо попросить вилку.
Дэн рассмеялся.
– Не надо. Я покажу.
Он сел рядом, так близко, что Уитни уловила слабый запах его шампуня, положил ее пальцы на палочки и терпеливо стал объяснять, как брать еду. Конечно, в первый раз у нее получилось довольно неуклюже, однако со временем она освоила это искусство. Амелию Уитни обучила есть палочками еще совсем маленькой, чтобы дочь не попала впросак на свидании.
Девушки вернулись хихикающие, раскрасневшиеся. Кабинка наполнилась ароматом цветочного мыла. Амелия набирала что-то на телефоне, Лорен взяла палочки для еды. Проглотив последний кусочек, Уитни полезла в сумочку и нащупала там подарок для Амелии. Пусть вечер прошел не так, как хотелось; после подарка все встанет на свои места. Уитни понадобилось несколько месяцев, чтобы его приготовить, и теперь она с волнением предвкушала ликование дочери.
– Вот это да! – внезапно воскликнула Амелия, испугав Уитни. Она подняла взгляд от телефона, ее глаза сияли, она улыбалась во весь рот, как не улыбалась давным-давно. – Папа покупает мне машину!
– Что?! – Уитни выпустила карточку, и она упала на дно сумки.
– Да! Он сообщил, что, как только я сдам экзамен по вождению, он купит мне машину! – она говорила быстро и возбужденно, проглатывая слова. – И даже не подержанную! Новую, прямо из салона!
– Каким образом? – спросила Уитни.
Амелия пожала плечами.
– Не знаю. Наверное, можно заполнить документы онлайн или еще как-нибудь. – Она повернулась к своей подруге. – Представляешь?! Совершенно новая машина!
Уитни подумала о карточке, лежащей на дне сумки. О конверте с деньгами, который прятала в ящике с нижним бельем. Весь год она откладывала деньги от подработок, копила, чтобы купить Амелии машину на день рождения. И сумела отложить несколько тысяч долларов, – на новую машину, конечно, не хватит. Все деньги она положила на карточку, отдать которую прямо сейчас будет совсем неуместно.
Улыбаясь, Уитни изо всех сил старалась зарядиться радостью дочери. Амелия счастлива. По-настоящему счастлива. И эту радость она заслужила. Значит, Уитни тоже должна радоваться.
– А у меня сегодня нет для тебя подарка, – сказала Уитни. – Собиралась в субботу пройтись с тобой по магазинам, может быть, заглянуть в салон красоты.
– Я не могу в эту субботу! Еду в гости с ночевкой, разве ты не помнишь?
– Ой, правда.
– Давай в воскресенье.
– Договорились.
И девушки вернулись к разговору, как будто в кабинке сидели лишь вдвоем. Как будто Уитни там вообще не было.
Глава 18
Когда Милли курила травку, она ничем не напоминала тех детей с видео, которое показывали на уроке. Наоборот, под кайфом она становилась еще веселее, чем обычно.
Вообще-то на Милли частенько накатывала хандра. Ни с того ни с сего она становилась такой мрачной, что я пугалась. Холодной, замкнутой. Уходила в себя, как черепаха в панцирь. В такие моменты казалось, что в ее жизни нет места ни для кого другого. Но стоило ей выпить или покурить травки, и она сразу становилась веселой, без конца хихикала. Ну и что, что под кайфом? Зато она была счастлива. И такой Милли мне нравилась больше, чем грустная, погруженная в себя.
Поэтому в следующий раз, когда Милли предложила косяк, я не отказалась. Это произошло всего через пару недель после первого раза.
Мы сидели у Милли, ее мамы не было дома. Наверное, работала. А может, ушла на свидание. Точно не знаю.
На этот раз, наученная прошлой неудачей, я втянула дым правильно. И, когда выдохнула, сразу почувствовала, словно внутри меня растет что-то мягкое и пушистое. Ощущения были гораздо приятнее, чем от спиртного. Я просто таяла, как рожок с мороженым в жаркий день. Чувствовала себя легкой и воздушной, голова хоть и соображала плохо, но не кружилась.
Мы передавали косяк друг другу, пока не выкурили весь. Потом Милли включила музыку. Глупо хихикая без всякой причины, мы танцевали посреди комнаты. Мне казалось, будто мы двигаемся в замедленной съемке, раскачиваясь взад-вперед. Пальцы Милли нежно касались моих рук. Когда она вскинула руки вверх, по стенам побежали отблески от колец, напоминавшие световые эффекты на каком-нибудь шоу. Я пришла от этого в восторг, мне стало еще веселее, поэтому я рассмеялась еще громче. А вслед за мной начала смеяться и Милли.
То, чего я так боялась, на поверку вышло совсем не страшным.
После этого каждый раз, когда мы проводили время вместе, все крутилось вокруг выпивки и наркотиков. Как только ее мать засыпала или уходила, Милли потихоньку приносила в спальню стопки с текилой или водкой из маминых запасов. Мы садились на пол, скрестив ноги, и, зажав нос, залпом выпивали. У меня перехватывало дыхание, но, по крайней мере, не подступала тошнота. Выпив, что было, мы включали вентилятор на потолке и выкуривали косяк, выставляя руку за окно после каждой затяжки.
После этого мы валялись на кровати, жевали
