Миллер и сам причинял Розе немало трудностей. Он ясно дал понять, что намеревается использовать попавшие в его распоряжение акции в качестве камня преткновения. Он уговаривал Розу как можно скорее встретиться с Вандербильтом и разработать с ним долгосрочное соглашение о грузоперевозках. Миллер вызвался даже вести переговоры от ее имени; Роза вежливо отказалась. Она слишком ясно видела, на какой путь ее толкает Миллер: как только она согласится на торговлю с Вандербильтом, она окажется целиком в его власти. Всевозможные «стихийные бедствия» будут устроены для того, чтобы задержать или сорвать перевозки грузов «Глобал Энтерпрайсиз». А когда пойдут слухи о том, что компания – ненадежный поставщик, начнется массовое бегство клиентов.
Вмешательство Пола Миллера в ее дела помешало Розе и в разработке новых идей, над которыми она размышляла так давно и от которых не могла отказаться. Однажды она доверила их Теодору Кулиджу, банкиру, много лет работавшему вместе с ее дедом.
– Твоя идея с этим «денежным переводом» – просто блестящая, – сказал он, выслушав ее. – Жаль, что я сам до такого не додумался, потому что ты на этом заработаешь просто огромные деньги.
– В ваших словах я слышу какую-то неуверенность, – заметила Роза.
– Ты сама прекрасно знаешь, что я имею в виду, – отвечал Кулидж. – Прежде всего банкиры и близко к тебе не подступятся, пока у тебя не полный контроль над «Глобал Энтерпрайсиз». Они не захотят перебегать дорогу Миллеру, а уж тем более этому «серому кардиналу» – Вандербильту. А во-вторых, как только они пронюхают, что у тебя на уме, они накинутся на тебя всей стаей. Эта твоя схема может принести огромные деньги, и если ты не будешь очень, очень осторожна, они украдут их у тебя из-под носа.
Теодор Кулидж помедлил.
– Я очень высоко ценю тебя, Роза, и буду помогать тебе, как только могу. Но ты должна что-то решать с Миллером.
Роза подумала, что эта головоломная проблема начинает сводить ее с ума.
Пол Миллер превратился в ее тень. Он звонил ей в офис чуть ли не каждый день, приглашая пообедать вместе или пойти с ним на ужин, который давали некие «общие друзья». Роза, никогда особенно не обращавшая внимания на легкомыслие нью-йоркской аристократии, которая, в свою очередь, платила ей равнодушием, оказалась вдруг засыпанной приглашениями на скромные вечера в узком кругу, которые она как вдова могла посещать. Она была убеждена, что за всем этим стоит Пол Миллер, но не могла отвечать отказом на все приглашения. Ясно было, что все думают о Розе Толбот как о женщине, для которой кончина мужа – неожиданный подарок судьбы и которая стремится взять как можно больше от вновь раскрывшейся перед нею жизни. Кое-кто из замужних дам уже намечал на будущую зиму свадьбу.
В ответ на такого рода намеки Роза лишь мило краснела и отвечала то, что полагается отвечать в подобных случаях. Но кровь ее кипела. У нее было такое ощущение, что Пол Миллер незаметно надел на ее шею золотой поводок, который пока решил не затягивать слишком туго. Однако Роза знала, что терпение Миллера не безгранично. Он тратил на ухаживания за нею массу времени и еще больше денег и в ответ ожидал чего-то осязаемого. По ночам Роза лежала без сна, терзаемая мыслями о том, чем ей придется пожертвовать Миллеру, чтобы выиграть время. Время, необходимое Монку, чтобы помочь ей, как он пообещал. Если он вообще мог ей помочь…
С той минуты, когда Роза обратилась к нему с этой просьбой, мир вокруг Монка Мак-Куина изменился. Раньше он думал, что время и расстояние заставят его забыть о страстной любви к ней. Теперь это чувство разгорелось с прежней силой, словно в отместку. Монк был убежден: если он сможет помочь Розе, их ничто уже не будет разделять.
В течение нескольких недель после похорон Саймона Толбота Монк обдумывал, как должен поступить, чтобы избавить Розу от власти Пола Миллера. Но все его планы, один за другим, разбивались об одну и ту же скалу: Миллер был богатым и влиятельным человеком, и в его панцире не было заметно ни одной трещинки.
Преследование Розы Полом Миллером превратилось в главную тему нью-йоркских разговоров. Монка страшно раздосадовала собственная беспомощность. Он ненавидел Миллера за то, с каким собственническим, самодовольным видом он появлялся рядом с Розой, заставляя всех присутствующих молчаливо завидовать его удаче. Еще хуже было видеть, в каком состоянии Роза. Иногда, во время светского приема или ужина, она начинала искать его глазами. Порой в ее взгляде виделась улыбка надежды, но чаще в глазах ее Монк читал немой вопрос и, хуже того, разочарование, которое больно ранило его.
Перелом произошел в День памяти павших в войнах. В этот день Роза устраивала небольшой прием в Лонг-Айленде по случаю нового заселения имения в Дьюнскрэге. Монк приехал одним из первых, надеясь провести немного времени с Розой. Войдя в дом, он увидел Пола Миллера, спускающегося по огромной парадной лестнице. Миллер не сумел скрыть удивления, но быстро взял себя в руки и радушно приветствовал Монка, хотя сам был гостем. Монк почувствовал запах лосьона после бритья и заметил, что волосы у Миллера еще влажные. В этот момент он мог думать только о расположении спален на втором этаже, где он играл еще ребенком.
Не успев подавить в себе возникшие подозрения, Монк увидел на балконе Розу. По выражению ее лица он сразу понял, что она прочитала его мысли. Радушие в ее глазах погасло. Проходя мимо него, она едва заметно пожала плечами и высоко вздернула подбородок, словно говоря этим: «А чего ты ожидал?»
В ту минуту Монк понял, что должен теперь сделать…
Элистер Мак-Куин всегда говорил сыну, что информация – бесценный капитал. За время своей блестящей карьеры консультанта по финансовым вопросам Элистер Мак-Куин собрал досье на сотни предпринимателей Америки. Некоторые из этих людей по тем или иным причинам лишились своего состояния, деньги других пустили по ветру беспечные наследники. Кое-кто поднялся до вершин могущества и оставался у руля промышленности до сих пор. Незадолго до смерти Элистер Мак-Куин доверил сыну свои наблюдения и секреты. Он показал Монку, как гигантские состояния создавались на костях соперников, как молодые люди, рвущиеся к богатству, лгали, мошенничали и воровали, чтобы сколотить капитал для первого своего крупного дела, а затем наращивали его, пользуясь чужими неудачами, а иногда и разоряя других ради собственной выгоды. Он объяснял, как эти, теперь уже немолодые негодяи, завоевав своими деньгами уважение общества, старались поглубже спрятать свои грехи и переписывали собственные биографии, чтобы занять достойное место среди сильных мира сего.
