Его состояние балансировало на зыбкой грани между паникой и шоком… поэтому, увидев Чужого, который медленно крался вдоль бетонных блоков, Херберт, вместо того чтобы выстрелить, инстинктивно вжался в горячую, влажную землю, полностью отдавшись во власть подсознательного ужаса, овладевшего его рассудком.
Чужой остановился в нескольких шагах от человека и начал медленно оборачиваться.
Враг был так близко, что Джон мог разглядеть мельчайшие детали его экипировки… и это зрелище оказалось столь невыносимым, что в следующую секунду скопившееся внутри нервное напряжение внезапно разрядилось совершенно непредсказуемой реакцией: по-прежнему пытаясь слиться с землей, он вдруг сипло закричал, судорожно сжав сенсор огня, и автомат в его руках преданно отозвался длинной, разящей в упор очередью.
Ксеноморфа отшвырнуло назад, ударив о бетонный поребрик, он конвульсивно задергался, выронив оружие, но пули продолжали рвать обмякшее тело, выбивая из него бледно-розовые клочья, пока в механизме автомата не сработал отсекатель, установленный на пятисекундную задержку[9].
Изуродованное тело Чужого все еще подрагивало в агонии, пачкая асфальт плаца розовой сукровицей, а вокруг внезапно воцарилась ватная, ненатуральная тишина…
К горлу Херберта подкатился удушливый ком. Мир двоился перед глазами, под онемевшим от напряжения пальцем явственно ощущался вспухший бугорок предохранителя — «умное» оружие требовало повторного, осознанного нажатия на сенсор для возобновления огня.
Это наваждение длилось всего несколько секунд — разрушая иллюзорную тишь, неожиданно заурчал заглохший было двигатель БМК, и Херберт, еще не очнувшийся от пережитого потрясения, увидел, как боевая машина космодесанта начала разворачиваться на одном месте, нацеливая носовые орудия в сторону живой изгороди…
…Иван уже достиг дальнего края парковочной площадки, теперь он отчетливо видел открытый кормовой люк, через который Чужие проникли внутрь боевой машины.
Не останавливаясь, лейтенант закинул «шторм» за спину и выхватил из запасного клапана разгрузки десантный нож, взамен того, который остался торчать в горле одного из людей Заулова.
БМК уже развернулась в нужную сторону, тонко завыли сервомоторы точной наводки, и в сознании Лозина счет сразу же пошел на секунды. Жизнь Херберта сейчас висела на волоске — если боевые эскалаторы орудий загружены боекомплектом, то вслед за ноющим звуком приводов неизбежно последует автоматический залп…
Иван преодолел последние метры, отделявшие его от распахнутого люка, и кубарем вкатился в сумеречный десантный отсек, который отделялся от кабины герметичной переборкой.
Как он и предполагал, овальная дверь, ведущая в носовую часть БМК, была открыта, а за подголовниками Двух кресел отчетливо просматривались непривычные Для человеческого глаза ребристые яйцеобразные шлемы, снабженные дыхательными масками.
Действия Лозина не несли в этот миг ничего, кроме смерти.
Ворвавшись в кабину, он ударил водителя в зазор между яйцеобразным шлемом и прикрывающей плечи броней. Сталь десантного ножа с хрустом пробила какое-то препятствие, но Иван не обратил внимания ни на сопротивление удару, ни на сопровождавший его чавкающий звук, — обратным движением руки он вырвал лезвие из горла Чужого и, развернувшись, с силой вонзил его в дыхательную маску второго врага, который, растерявшись, не успел предпринять каких-то ответных действий.
Короткий сиплый звук, пульсирующий фонтанчик розовой сукровицы, и Чужой обмяк в кресле стрелка-оператора, так до конца и не осознав, кто ворвался в кабину боевой машины.
Иван выдернул нож, машинально отер лезвие об экипировку одного из убитых врагов и взглянул на забрызганную сукровицей приборную панель.
Электронные счетчики орудий показывали нули.
…
Спустя минуту он выбрался из БМК и увидел Херберта, который с бледным перекошенным лицом шел к нему от истекающих дымом кустов.
Его изорванная одежда окончательно превратилась в лохмотья, взгляд Джона бессознательно блуждал по мертвым телам людей и Чужих, но, несмотря на явные признаки аффекта, Иван понимал, что к нему приближается совершенно иной человек, уже не имеющий ничего общего с тем Джоном Хербертом, который пару часов назад извивался, будто червяк, под ударами капитана Заулова.
Лейтенант был уверен в этом, потому что жизнь давно заставила его усвоить простую, но непреложную истину: солдатами не рождаются, ими становятся, проходя через жестокие, запредельные испытания.
Херберт только что прошел через схватку с собственным ужасом и, похоже, победил его.
* * *
Они молча вышвырнули тела Чужих из кабины БМК, Иван сходил в бокс, нашел там кусок прелой ветоши и тщательно вытер оба сиденья от испачкавшей их розоватой крови.
Опять вокруг воцарилась тишь, лишь было слышно, как где-то неподалеку мирно щебечет невидимая птаха. Для нее все шло своим чередом, звуки напугавших ее выстрелов стихли, и маленькая птичка вновь залилась обычным весенним пересвистом.
— Что будем делать, Иван? — спросил Херберт, подавленно оглядываясь по сторонам. Тела людей и Чужих лежали вповалку, одно на другом, и такое начало вовсе не обнадеживало.
Лозин достал сигареты и посмотрел в лазурные небеса.
— Будем ждать гостей, Джон, — ответил он, протягивая пачку Херберту. — Сейчас отгоним БМК к складу вооружений, а потом, если позволят обстоятельства, попробуем ускользнуть в леса. Есть у меня одна мысль… — добавил он, прикуривая сигарету.
— Поделишься? — скупо спросил американец. Иван пожал плечами. Скрывать что-либо от Херберта не имело смысла, но как объяснить Джону свое интуитивное предчувствие? Не рассказывать же ему историю формирования взвода, направления марш-бросков и местоположение излюбленных тренировочных объектов? Долго и вряд ли эффективно, мысленно рассудил Иван, глубоко затягиваясь сигаретой.
— Я думаю, что бойцы моего взвода не погибли, — все же ответил он на заданный вопрос. — Часть людей должна была уцелеть, и я догадываюсь, где они могут находиться в данное время.
— Традиционное место сбора? — предположил Джон.
— Да, было у нас такое. Старая точка, где раньше базировались войска ПВО. Помнишь, наверное, наши ракеты, которые вы называли «Сатана».
Херберт кивнул.
— Они ведь ликвидированы по договору? — полуутвердительно произнес он.
— Ликвидированы, — кивком подтвердил Иван, по привычке смяв окурок. — Ракеты и оборудование вывезли, а сама система бункеров осталась. Вокруг глухой лес. Ни на одной секретной карте эта точка уже не отмечена, так что Чужие о ней наверняка не знают. Идеальное место, чтобы укрыться на пару дне, й, пока тут все утихнет.
— Далеко?
— Километров сто пятьдесят. По лесным дорогам, разумеется.
— Мне нужен мой ноутбук.
— Не проблема, — ответил Иван. — Заскочим. Там остался не только твой компьютер, но и Биш, не забыл?
Херберт кивнул, хмуро посмотрев на небеса.
— Нам бы поскорее выбраться отсюда… — вполголоса пробормотал он.
Часть 2. Огневой контакт
Глава 4
Склады длительного консервационного хранения
Пять минут спустя боевая машина космодесанта оставила позади здания военного городка, двигаясь по внутренней дороге к ровному участку местности. Издали огромное целинное поле, принадлежащее территории части, походило на старое стрельбище: повсюду вились змейки бетонированных учебных траншей, напротив огневых рубежей стояли сваренные из тонких металлических листов макеты разнообразной техники, дорогу в нескольких местах преграждали пустующие блокпосты с характерными надписями «Стой. Стреляют».
Уверенно направляя БМК к известной ему цели, Иван включил коммуникатор.
— Настя, слышишь меня? Ответь!
Дорога плавно пошла под уклон, постепенно превращаясь в бетонный пандус.
