Впрочем, компьютеру все равно, а вот Джон вновь испытывал в эти мгновенья отступившее было отчаяние. Злой оптимизм Ивана успел заразить его, но техника пришельцев оказалась настолько чуждой, что высокотехнологичная электронная составляющая реактивных комплексов вдруг превратилась из преимущества в помеху. Системы наведения ЗРК проектировались для борьбы с невидимыми глазу целями, движущимися на околозвуковых скоростях, а на поверку выходило, что реактивный снаряд, способный догнать и поразить сверхзвуковой истребитель, бессилен перед медленно перемещающимися кораблями пришельцев…
Пока он мучительно размышлял над этим, пытаясь предугадать, что произойдет, когда корабли Чужих доберутся до здания госпиталя, люк БМК вновь распахнулся, и из машины вылез Иван. В одной руке он держал короткую пусковую трубу, в другой матерчатый чехол, поделенный на три сегмента, в которых были упакованы обтекаемые корпуса реактивных снарядов, гораздо меньшего калибра и длины, чем стодвадцатимиллиметровая ракета комплекса «Сокол».
— Джон, возьми мой автомат и не отставай! — не тратя время на пояснения, приказал он, бегом рванувшись к чахлой поросли кустарника, росшего на границе между основными постройками городка и заглубленными под землю складами.
Херберту ничего не оставалось, как последовать за ним.
Добежав до кустов, они одновременно присели под прикрытием их ветвей.
Иван уже расстегнул магнитные липучки и достал из чехла обтекаемый реактивный снаряд, на корпусе которого не было даже намека на электронные датчики систем самонаведения.
— Что это? — хрипло спросил Джон.
— А ты не знаешь? — отозвался Иван, заряжая пусковую трубу. — Слишком много вопросов, Джон.
— Я не профессиональный военный, — огрызнулся Херберт.
— Это ручной противотанковый гранатомет, сокращенно «РПГ-40М»… — Иван снял резиновую заглушку с прицела.
— Ты сумасшедший. Тут же нет никаких приспособлений для захвата воздушных целей.
— Поэтому они будут спокойно кружить у меня над головой? — язвительно поинтересовался лейтенант, изготавливаясь к выстрелу.
«РПГ-40», снятый с вооружения десять лет назад, считался морально устаревшей моделью — ручной противотанковый комплекс имел лишь визуальную систему наведения на цель, но в данной ситуации лишенный электроники реактивный снаряд, предназначенный для стрельбы прямой наводкой, получил неоспоримое преимущество перед любым высокотехнологичным аналогом.
Джон с трудом мог понять действия Лозина — его идолом давно стал компьютер, без участия которого сложные операции казались немыслимыми, заранее обреченными на провал, но Ивана это, похоже, не трогало. Он был зол, но подобное внутреннее состояние только придавало сил. Если Херберт, глядя на побледневшее лицо лейтенанта, подумал в эти мгновенья о загадочной русской душе, то, скорее всего, он ошибался — решающую роль тут играли не национальные особенности склада мышления, которые принято обозначать термином «менталитет», а скорее степень психологической подготовки русского солдата.
Иван прошел суровую школу, усвоив среди жизненных уроков несколько непреложных истин. Во-первых, нет невыполнимых задач, есть люди, неспособные их решить. Во-вторых, при правильном осмыслении ситуации всегда найдутся адекватные меры борьбы с любым противником. И, наконец, в-третьих — никогда нельзя останавливаться на полпути. Решил драться, значит, дерись, выкручивайся как угодно, но сделай — это были не его слова, но инструктор, который обучал Лозина сбивать воздушные и наземные цели из примитивных, по современным меркам, образцов оружия, на поверку оказался тысячу раз прав…
Череда лихорадочных, обрывочных мыслей вихрем промелькнула на периферии рассудка, в то время как глаза, разум уже слились с тонкой линией визирования цели.
«Поймай его в момент зависания…» — голос шел из глубин памяти, он походил на подсознательное нашептывание. — «Помни, что снаряд будет снижаться по баллистической траектории…»
Черный корабль плавно подлетел к расположенному неподалеку от госпиталя зданию и на секунду завис, сканируя постройку.
Иван слегка приподнял пусковую трубу, сместив линию визирования выше инопланетного корабля, и, задержав дыхание, коснулся сенсора запуска.
Раздался глухой хлопок, затем короткий протяжный вой, и неуправляемый противотанковый снаряд, сияя пламенем реактивной струи, зримым росчерком устремился к цели.
Еще секунда, и точно посередине вражеского корабля сверкнула ослепительная, режущая глаз вспышка, грохот разрыва прокатился над притихшим военным городком, сотрясая строения тяжкой судорогой ударной волны. Черный корабль вдруг начал разламываться, оседать, подминая под себя крышу двухэтажной казармы.
Иван перезарядил горячую, курящуюся сизым дымком пусковую трубу, но повторного выстрела не потребовалось — там, куда рухнул летательный аппарат Чужих, внезапно взъярился столб пламени… и в этот миг немого торжества они увидели второй корабль пришельцев.
Резко набирая высоту, он появился над крышами зданий и вдруг выпустил десяток ярко-вишневых лучей, которые полоснули по зарослям кустарника, с треском подрубая ветви и поджигая траву. Неприцельный лазерный залп лишь обдал жаром их лица, но половина кустарника была срезана будто ножом, в нескольких местах мгновенно занялся пожар, и Лозин резко отшвырнул перезаряженный «РПГ», принимая из рук Джона свой автомат.
— Уходим! Они засекли точку запуска!
Херберт метнулся вслед лейтенанту. Иван, умело маскируясь возникшей дымовой завесой, короткими перебежками устремился назад, к оставленной под прикрытием бетонного козырька боевой машине.
Повторяя его движения, Херберт не мог понять одного: почему Иван бросил оказавшееся столь эффективным оружие посреди объятых пламенем кустов?
Они преодолели больше половины расстояния, отделявшего их от железобетонных укрытий, когда в районе оставленной ими позиции раздалось шипение, мгновенно превратившееся в короткий вой, и там один за другим грянули два взрыва, выметнув в лазурные небеса массы земли, перемешанной с горящими ветвями.
Корабль Чужих на минуту скрыла густая завеса дыма, а когда ветер отнес дым в сторону, то смысл рискованного маневра, который проделал Иван, мгновенно дошел до сознания Херберта.
Инопланетный корабль плавно удалялся, явно намереваясь совершить посадку на плацу военного городка. Два взрыва, прогремевших в точке запуска, очевидно, убедили Чужих, что огневая позиция противника поражена потоками когерентного излучения.
Джон, задыхаясь от быстрого бега и дыма, плотно застилающего окрестности, ощущал себя будто в полусне. Ему казалось, что все происходит не с ним. «Неужели нужно было так рисковать», — лихорадочно думал он, стараясь не упустить из виду спину лейтенанта, — «ведь неуправляемые ракеты могли не просто детонировать, а до этого пролететь некоторое расстояние…»
Впрочем, у него уже не осталось времени на какое-то осмысление стремительно развивающихся событий.
Забравшись вслед за Иваном в тускло освещенный десантный отсек БМК, Джон вопросительно посмотрел на лейтенанта, а Лозин вдруг усмехнулся в ответ и коротко приказал:
— В кабину управления, быстро. Они, похоже, решили высадить десант.
— И что?
— Забираем Настю, лейтенанта и уходим отсюда.
— А Чужие?
Иван уже сел в кресло водителя, не обращая внимания на подсохшую сукровицу, что выделялась на материале сидений розовыми разводами.
— Тебе не кажется, что мы с полудня только и занимаемся их уничтожением? — зло произнес он, активируя расположенные полукругом экраны внешнего обзора. — Перед тобой два целевых монитора, связанные с носовыми и башенным орудиями. Рядом два манипулятора ручной наводки, — выдал Иван краткую инструкцию, одновременно скользя пальцами по сенсорным раскладкам клавиатур. — Я ввел бортовой компьютер в режим автоматического огня, но не уповай на него, неизвестно, какие еще системы стоят на вооружении Чужих. Если вдруг откажет электроника, огонь будешь вести ты с пульта ручного управления. — Иван завел двигатель и спросил: — Готов?
