Девушка вздрогнула — у юноши были очень теплые пальцы. И ей так захотелось взять его за руку! И прогуляться по пляжу вот так, вдвоем, взявшись за руки. А по пути спасать несчастных глупых рыбешек.
Эта фантазия показалась такой реальной и такой легко осуществимой, что девушка даже задержала дыхание и протянула, было, руку, чтобы самой, первой — немыслимая дерзость! — взять мужчину за руку. Но в этот момент с моря прилетел порыв холодного ветра, взметнувший волосы Эрики и чуть остудивший ее голову. Она же помолвлена! Свадьба через несколько дней, и если ее жених узнает, что она гуляет по пляжу с его конюхом, то убьет обоих. Или еще чего похуже.
Поэтому Эрика резко отпрянула от Тауры и отступила на шаг. Юноша разом погрустнел.
— Прости, ты очень милый, правда… — Эрика пыталась оправдываться. — Но у меня есть жених. И я должна выйти за него замуж, — девушка тяжело вздохнула, и через вздох прорвался всхлип.
Таура мгновенно отреагировал на этот звук, и принялся энергично мотать головой.
— Что? Не должна? — девушка подняла на юношу глаза, из которых готовы были пролиться слезы.
Таура снова помотал головой, а затем чуть двинул подбородком в сторону Эрики. Удивительно, но Эрика поняла, что он хотел сказать:
— Ты хочешь сказать, что не должна, если не хочу. Нет, не хочу! — она даже ножкой топнула от избытка эмоций. — Но должна, ради отца и продолжения княжеского рода… — закончила упавшим голосом.
Таура смотрел на Эрику и так много хотел ей сказать. О том, что она самая красивая девушка из всех, виденных им в двух мирах — морском и наземном. О том, что она добрая, смелая, отзывчивая… И тоже очень милая. Как это было бы просто: схватить ее в охапку и увлечь за собой в морскую пучину. Обернувшись могучим мавом, Таура без труда поможет ей плыть. Но не таким было условие морской ведьмы. Эрика сама должна была захотеть уйти с ним в его мир. И сама поцеловать его — без принуждения. Иначе все бесполезно. Заклятие развеется, человеческая девушка увидит перед собой чудовище, которое никогда не сможет полюбить. И прогонит его от себя. И Таура весь остаток своей жизни будет страдать на морском дне, вспоминая прекрасную Эрику. А Эрика будет страдать замужем за жестоким Ричардом Нигелем, целыми днями и ночами высматривая Тауру среди морских волн из окошек своей комнаты и ругая себя за пугливость.
Нет, так случиться не должно. Таура все сделает, как надо, и добьется поцелуя Эрики. Чего бы это ему ни стоило.
Глава 10. Казнить нельзя помиловать
Ричард Нигель все-таки нашел того, на ком можно было выместить свою злость за неудачу с жеребцом. Выпороть мальчишку-конюха покамест было нельзя, это выглядело бы недостойно в глазах невесты, ведь тот спас ему жизнь. Но виновный — по-настоящему виновный — человек нашелся. Триенс, капитан «Эрики», кораблика, подаренного Нигелем своей нареченной. Его проступок был куда более серьезным и действительно требовал сурового наказания. Этот человек посмел набрать в команду корабля матросов, не умеющих плавать!
Да, безусловно, в высшем свете море не жаловали, его боялись и всячески избегали контакта с морской стихией. Но если знать без труда могла себе это позволить, звонкой монетой оплачивая морские деликатесы и драгоценности со дна моря, то простые люди не имели такой возможности и вынуждены были переступать через свои суеверные страхи. Более того, умелые рыбаки, а уж тем более мореходы, очень высоко ценились аристократами, и их работа хорошо оплачивалась. Но желающих связать свою жизнь с добычей морских богатств все равно было немного. И даже среди низших сословий людей, просто умеющих плавать, с каждым годом становилось все меньше.
Но Ричард Нигель никогда не боялся соленой морской воды, считая все суеверия глупыми сказками. Он выучился навигации и сам мог при необходимости водить свои корабли, он изучил морские течения, что позволяло его рыболовным судам добывать втрое бОльший улов, чем остальным, он превосходно плавал и мог бы сам нырять за жемчугом.
Ричард умел нырять глубоко и надолго, однако, именно это его и погубило. А вернее, погубила его самоуверенность. Однажды, желая добыть самую прекрасную и редкую жемчужину — черную — он не рассчитал запас воздуха, и ему пришлось слишком быстро всплывать. От резкого перепада давления и нехватки кислорода мужчина потерял сознание и утонул бы, если бы один из ловчих не заметил, что хозяина нет слишком долго, и вовремя не вытащил его на поверхность. Драгоценный черный перл, с таким трудом добытый, был утерян, а Ричард Нигель наглотался воды и получил тяжелую травму легких, которая теперь грозила сильно укоротить его безбедную жизнь.
После того случая Ричард изменился. Он никогда не отличался покладистым нравом, но теперь и вовсе стал откровенно жесток. И нынче всю свою жестокость он собирался выместить на провинившемся капитане…
…Эрика прогуливалась в парке в компании Анны. Против обыкновения, ее не тянуло на пляж, напротив, она надеялась, как бы невзначай, через парк подойти поближе к конюшне, чтобы увидеть там Тауру. Однако внимание девушки привлекла суета возле причала и громкие крики столпившихся там людей.
— Что там происходит, Анна? — Эрика чувствовала смутное беспокойство.
— Не знаю и знать не хочу, — проворчала компаньонка. — И вам того лучше не знать, молодая леди. Пусть мужчины сами разбираются со своими делами. У них опасные игрушки — лошади, корабли… Про корабли я вообще молчу. Назвать корабль именем невесты — это же уму непостижимо! Уважающая себя леди не должна плавать по морю, и если бы не необходимость и не приказ вашего папеньки…
Эрика не слушала бурчания компаньонки и уже шла в сторону причала.
— Леди Эрика! — подхватив юбки, Анна, как могла, быстро засеменила следом.
А на причале действительно происходило что-то странное и пугающее. В толпе стоявших там слуг Эрика увидела Найда, но сразу же отвернулась, сделав вид, что не заметила юношу. Еще не хватало, чтобы кто-нибудь догадался о ее тайной к нему симпатии. Он тоже ее заметил, сделал попытку улыбнуться, но видя, что Эрика показательно смотрит в сторону, погрустнел.
— …подвергнут наказанию, — над пристанью прозвучал хриплый голос Ричарда, и Эрика невольно вздрогнула.
И прислушалась внимательнее. На причале выносился приговор.
— Чтобы никому впредь не повадно было совершать подобные смертельно опасные ошибки, в качестве меры пресечения я назначаю килевание [*].
На мгновение в толпе повисла тишина, тут же нарушенная отчаянным воплем обреченного капитана:
— Ваша светлость! Не губите! Матерью клянусь, больше не повторится!
— Конечно, не повторится, — Ричард ухмыльнулся
