в Мире. Задумчиво перебирая лежащие на столе пергаменты, она искала что-то похожее на карту. Ее глаза наткнулись на открытую книгу в кожаном переплете. Она перевернула несколько страниц, но была остановлена.
— Оставь, не трогай, — заволновался Ярре. — Это ужасно ценное, уникальное произведение…
— Успокойся, я не испорчу.
— У тебя грязные руки.
— Не грязнее твоих-то. Слушай, у тебя тут есть какие-нибудь карты?
— Есть, но они в сундуке, — быстро ответил юноша, однако, увидев гримасу Цири, вздохнул.
Сбросив с сундука свитки пергамента, поднял крышку, опустился на колени и начал копаться в содержимом. Тем временем Цири вернулась к открытой книге.
Чем же она ценна, интересовалась Цири. Между страниц толстенного тома вдруг выскользнул листок с картинкой, на которой была изображена женщина с завитыми в спиральные локоны волосами, совершенно нагая, страстно обнимающаяся с абсолютно голым бородатым мужчиной.
«Да… Страшно ценное и уникальное произведение», — съехидничала в уме Цири.
— Любопытные и такие интересные аналогии ты изучаешь, Ярре. И много там подобных картинок?
— Что?! А? Я ж говорил тебе…
— Ладно, извини. Ну, нашел карту? — юноша еле достал из огромного сундука свернутое полотно. — Дай-ка.
Цири опустились на колени, и помогла ему развернуть карту. Руками и ногами придерживая на полу непослушный лист, упорно стремящийся снова свернуться в рулон. Кое-как они справились с неподдающимся полотном: Цири придавила один из углов ножкой стула, а Ярре прижал другой тяжелой книгой.
— Хм… Какая-то нечеткая твоя карта! Никак не могу в ней разобраться… Где мы? Где Элландер?
— Здесь, — указал он пальцем, касаясь плечом Цири, — Тут Темерия. Здесь Вызима, столица нашего короля Фольтеста. Здесь, в долине Понтара, лежит княжество Элландер. А тут… Да, вот тут наш храм.
— Ага… А здесь? Здесь Цинтра, да? — отодвинулась от него Цири.
— Да. К югу от Заречья и Соддена. Вот здесь протекает река Яруга, впадающая в море как раз в Цинтре. Эта страна, не знаю, известно ли тебе, сейчас захвачена нильфгаардцами…
— Знаю, — отрезала она, сжимая кулаки. — Очень даже хорошо знаю. А где сам Нильфгаард? Не вижу я тут такой страны.
— Я знаю, что Нильфгаард находится где-то дальше, в южном направлении… Примерно вот там… Я думаю…
— Так далеко? — удивилась Цири, рассматривая то место на полу, на которое он указал. — Так вот откуда они заявились… Хм… И по пути завоевали все эти страны… И видя это, все думают, что сюда они не явятся? Смешно…
— Почему смешно? Им так легко не пройти. На Север они могут попасть только через Яругу. Вот здесь, в нижнем течении, в Соддене, и здесь, в среднем, в Доль Ангре.
— Яруга, значит… А это что такое? Большое белое пятно?
Ярре вновь пододвинулся ближе. Цири почувствовала тепло его коленки и локтя. Ей это не понравилось.
— Лес Брокилон. Это запретный район. Королевство лесных дриад. Брокилон тоже защищает наш фланг. Дриады не пропустят здесь никого, нильфгаардцев тоже.
— Хм… — Цири наклонилась над картой. — Это Аэдирн… И город Венгерберг… Ярре! Немедленно прекрати!
Мальчик быстро отдернул руку от ее волос и покраснел.
— Я не желаю, чтобы ты так со мной… Мне это не нравится.
— Цири, я…
— Я ухожу, — резко бросила она, вскочив и отряхивая с коленей пыль.
— Цири, я хотел… — попытался объясниться юноша. — Ты мне…
— Пока, Ярре, и… — вмиг исчезла Цири с башни.
«Больше меня не увидишь…», — Цири сама не понимала, почему ей так неприятны прикосновения. Даже косвенные. Отчего-то они вызывали мерзкие чувства. Она сразу же вспоминала того черного всадника из кошмаров. Его пугающий образ с крылатым шлемом все еще стоял перед глазами. Страх этого образа не отпускал мертвой хваткой даже спустя столько времени.
После башни Цири брела по улицам города — просто так, размышляя обо всем, очищая и успокаивая мысли. Но как бы она не старалась, тревожные мысли сами лезли бесконечной чередой. Нильфгаард! Снова Они! Вмиг ее обуяла ярость, а затем закрался страх. Она силой встряхнула голову в попытке отвлечься. Их здесь нет! Здесь Йеннифэр. Она защитит меня! А если понадобится, я сама что-нибудь придумаю!
День приближался к закату. Насыщенные оранжевые лучи расплескали на краю неба огненно-золотые краски. И вместе с ним опустились первые сумерки. На улицах города загорелись факелы и стало заметно много народу. Где-то вдали раздавались приятные звуки музыки и гомон веселящейся толпы.
Цири, угостившись яблоком с медом, нашла свободное место на скамейке и смотрела представление. Жонглеры в самом краю площади, где сидела она, не пользовались популярностью. Все веселье происходило в центре. На специально отделенной площади по очереди танцевали парочки. И смотря на них, Цири посещали не самые приятные чувства: тоска и чувство одиночества. Эти танцующие люди казались ей такими счастливыми, беззаботными. Почему? Потому что они были не одиноки.
Среди толпы, готовящихся к танцам, она заметила своих некогда подружек. Девицы прямо благоухали в компании разгоряченных молодых людей и послушницам явно нравилось такое внимание со стороны парней. Мелодия постепенно стихла и очередная партия танцующих ушла на передышку, уступая площадь другим. Музыканты сменились и настала пора следующих. Среди них оказались ее подружки, под руки своих кавалеров те вышли в центр.
— Разрешите пригласить вас на танец, сударыня, — раздался чей-то молодой голос рядом с ней.
Цири повернулась к голосу и увидела перед собой высокого юношу с кучерявыми темными волосами. Одет он был под стать торжеству, в нарядный камзол темно-синего цвета. Парень показался ей приличным. Пепельноволосая кивнула и с некоторым колебанием приняла протянутую ладонь паренька. Вместе с ним она вышла к другим парочкам в кругу. Юноша уверенно обхватил ее за талию и прижал к себе. Цири тут же хотела вырваться, но заметила своих «подружек». Те в свою очередь заметили ее и ее компанию. Когда круг полностью заполнился, прозвучала медленная мелодичная музыка.
— Меня зовут Ян, — глядя в глаза Цири, представился юноша.
— Цири, — тихо представилась она в ответ.
Ей пришлось вспомнить уроки в Цинтре. Как постоянно говорили королевские наставники, королева всегда должна блистать в торжествах и на пирах. Посему уроки танцев были обязательны. Однако в отличие от Яна, Цири была вся напряженная точно натянутая струна. Объятие чужих рук, прикосновение и теснота толпы вызывали непреодолимую оторопь и нарастающую панику. Перед глазами возникли вспышки бойни в Цинтре. Девушке казалось, что и сейчас начнется кровавая расправа, лязг металла и прольются реки крови. Едва танец начался, она выскользнула из объятий парня и устремилась прочь, едва переводя дыхание.
«Со мной что-то не так…».
* * *
— Я думала ты на ярмарке. Похоже, там только-только началось самое веселое.
— Я… Я
