Громов не стал ломаться. Нужно рассказать им, попросить помочь. Заодно и покушать, еда беседе не помеха.
Пальцы нащупали кнопку на дне банки, с хрустом проломили тонкую защитную мембрану. Сейчас химические реагенты между стенками нагреют содержимое, и можно будет вскрывать.
От предвкушения у Громова буквально затопило слюною рот. В желудке застонало настолько громко, что услышали даже сидящие вокруг.
– Ты как сюда попал? – спросил «старший» сталкер, наклоняясь к Руслану. Его товарищ вяло жевал свою еду, не сводя глаз с Руслана, а третий искатель внеземного хлама поднялся и что-то перекладывал в рюкзаке.
– Мужики, мы с другом в аварию попали. – Громов сглотнул, не имея больше сил ждать, вскрыл банку. – Мы из… О!
Вырвавшийся ароматный пар почти лишил его сознания, до того он казался божественно вкусным и желанным. «Старый» сунул ему в руки свою ложку, предварительно вытерев ее пучком травы.
Понимая, что не сможет ничего сказать, пока не съест хотя бы пару ложек, Руслан зачерпнул рассыпчатую кашу с волокнами мяса и отправил ложку в рот.
Господи, кажется, он никогда не ел ничего вкуснее! Пусть каша обжигает язык и нёбо, пусть слезы хлынули из глаз, пусть бросило в жар! Сейчас ничего не имеет значения, кроме еды.
Громов даже зажмурился от удовольствия, тщательно пережевывая. Хотелось запихать все содержимое банки в рот, попросить еще и повторить. Но нельзя переедать, как бы ни хотелось, нельзя! Желудок ослаблен, вывернет все назад.
Сталкеры терпеливо ждали, даже перестали разговаривать. Двое, которые сидели перед пилотом, внимательно наблюдали за Громовым, третий постоянно перемещался по стоянке.
Наконец Руслан смог перебороть жадность, стал жевать размереннее, не наполнял ложку полностью.
– Мы попали в аварию, – повторил он, обводя людей взглядом. – Мы из института, разбились на вертолете.
– Ужас какой, – сказал «старый». Правда, в его сочувствующем тоне Руслану послышались фальшивые нотки. Или нет?
– Вы можете помочь нам выбраться? – Громов посмотрел на проходящего мимо сталкера. – Другу очень плохо, повреждена спина. Ему нужна срочная медицинская помощь…
– А где твой друг? – спросил «старый», почесывая квадратную челюсть.
– В лагере, – махнул рукой на восток Руслан. – Он ходить не может.
– Ясно, – покачал головой сталкер. – То есть ты один?
– Да, один. – Громов поскреб ложкой дно банки, собирая остатки каши. – Мы уже несколько дней здесь…
И тут его взгляд упал на лежащие артефакты, которые от него как бы невзначай заставили рюкзаком. Предпоследним в ряду непонятных штуковин лежала довольно массивная конструкция, похожая на старинную керосиновую лампу с торчащими из середины во все стороны раструбами-воронками. В голове всплыл учебный фильм отдела безопасности, в котором данному артефакту уделялось особое внимание. А также выдержка из памятки по эвакуации «гражданских нелегальных собирателей» из Зоны, в которой четко предписывалось не брать на борт определенные внеземные объекты.
Возле ржавой рельсы лежал объект 19-А, в простонародье «смерть-лампа». А рядом с ней, отсвечивая керамическими боками, несколько туго завинченных продолговатых контейнеров для сбора особо опасных активных форм. В таких можно было переносить даже «ведьмин студень», который шутя проходил сквозь остальные материалы.
Все, что можно переносить в таких контейнерах, а также «смерть-лампа» категорически, под страхом длительного уголовного срока, запрещены к выносу из Зоны. Даже сотрудники МИВК обязаны работать с ними под тщательным присмотром комиссии и лишь после скрупулезного согласования всех форм и видов ответственности.
На сотрудников института эти ребята похожи не были.
– Мужики. – Громов указал ложкой на артефакты. – Дело, конечно, ваше, но я бы не стал брать эти штуки с собой.
– Да мы и не берем, – ответил «старый». – Так просто, нашли и принесли сюда. Сейчас куда-нибудь подальше забросим.
– Угу, – промычал Руслан, дожевывая.
Голод отступил и больше не туманил голову жаждой насытить желудок. Теперь Громов смог более критически разглядеть новых знакомых, оценить их экипировку и лица.
Вся троица была неуловимо похожа друг на друга. Похожие прически, движения, взгляды. Не как у родственников, но как у людей, связанных друг с другом плотными рабочими отношениями. Это очень заметно у тех, для кого спайка коллектива жизненно необходима, – у летчиков, спасательных бригад и испытателей.
А также у некоторых военизированных подразделений, вынужденных полагаться на верное плечо товарища.
Форма больно новая, но это ни о чем не говорит. Рюкзаки не типичные для сталкеров, но тоже ничего из ряда вон выходящего. Нет мелких сумок и мешочков, которые вечно таскают с собой сталкеры. Однако почему бы и нет?
Но вот что действительно бросалось в глаза, так это лица – настороженные, напряженные. То и дело друг на друга смотрят, словно переговариваются безмолвно. И предчувствие нехорошее какое-то, словно вот-вот что-то случится. А тут еще и вертолет вспомнился, и запертая дверь в бункер, и гильзы на дороге…
– Мы тебе поможем, – заверил Громова второй сидящий сталкер и хищно улыбнулся.
Громов отложил пустую банку, натянуто ответил улыбкой. Один из сталкеров как раз скрылся из поля зрения, заходя за спину. Пилот нагнулся, делая вид, что рвет траву, чтобы вытереть ложку.
– А что, мужики, зачем вам в Зоне оружие? – между делом спросил он.
И заметил, как рука «старого» непроизвольно дернулась к поясу.
Громов рванулся вниз и в сторону. Возле самых глаз блеснула сталь, и лицо пронзила резкая боль от полоснувшего ножа. Если бы Руслан промедлил, ему бы перерезали глотку.
Пилот вломился в кусты, не разбирая дороги понесся вперед, смахивая заливающую правый глаз кровь. Позади раздались отрывистые вскрики и ругань. Потом что-то сухо и еле слышно защелкало, на пилота полетели куски коры и срубленные ветки.
– Черт! – Руслан завихлял зайцем, отпрыгнул в сторону и скатился в неглубокий овражек.
В него стреляли и, судя по звукам, из тихого и скорострельного. Пистолет-пулемет с глушителем? Скорострельный пистолет? Да какая, к черту, разница? Бежать! Надо бежать!
Он слышал шум погони и яростные вопли. Преследователи пытались зайти с двух сторон, время от времени стреляя. Несколько пуль прошли в пугающей близости, с неприятным свистом пронзая воздух возле головы. Руслан лишь ошалело бросался из стороны в сторону, отбивая руками несущиеся в лицо ветки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
