на площади в данный момент зашкаливала за норму раза в три.
Фелисия с трудом выпуталась из чужих юбок и решительно накинула на голову капюшон. Вот и проверим, насколько действенна эта ваша хваленая аиша.
Ее пытались задержать, решив, очевидно, что она повредилась рассудком.
Некоторые слабонервные люди действительно теряли всякое соображение при звуке грома. Паниковали, совершали странные, зачастую опасные поступки. Могли орать, биться в истерике, выбежать под дождь, спрятаться в шкаф.
Но Фелисия прекрасно осознавала себя, как и то, что времени объяснять это сердобольным горожанам нет.
Она вывернулась из тянущихся к ней рук, и нырнула, зажмурившись, прямо в водопад.
По ту сторону девушка на мгновение застыла, не веря своим глазам и чувствам. Она действительно осталась абсолютно сухой! И невредимой. Молнии будто не замечали ее, стекаясь к Терегану.
Фелисия подхватила на руки полуобморочного ребёнка, быстро сдернула с него одолженный эшемином плащ, и плотно завернула в свой собственный, прижав потеснее к груди. Рикки вздрогнул и затих, зарывшись в ее плечо носом. Осторожно, издалека, девушка набросила плащ на одну из протянутых к небу, светящихся рук Терегана и бегом вернулась в салон.
Мать рыдала от счастья, не зная, как отблагодарить спасительницу. Ребёнок вцепился в Фелисию так, что его еле отодрали – наверное, интуитивно понимал, что надежнее убежища еще поискать.
Она же с тревогой наблюдала за эшемином. Тот не торопясь встряхнул плащ, убирая лишнюю воду, одним плавным движением накинул вместе с капюшоном – и светопреставление затихло. Молнии все еще бесшумно скользили по воде, стекая с крыши вместе с водопадом и разбегаясь по все ширящейся луже в центре, но они уже не притягивались к эшемину как магнитом. Змей улетел так же незаметно, как появился, очевидно получив мысленную команду от хозяина.
Боком, по возможности незаметно отойдя от салона, Фелисия добралась по стеночке до лавки господина Доусона. Тереган, заметив ее маневр, направился туда же. За суетой вокруг спасённого ребёнка они смогли скрыться за нужной им дверью.
Глава 11.
Лавка оказалось небольшой и темноватой, полной самого разнообразного товара на многочисленных, до потолка, полках. Пахло хлоркой и почему-то апельсинами. Несколько человек спасались здесь от грозы, так что скрывшиеся под капюшонами новые посетители ни у кого не вызвали вопросов. Тереган с Фелисией устроились в углу, делая вид, что рассматривают товары и терпеливо ожидая окончания буйства стихий.
Дождь постепенно мельчал. Молнии все еще посверкивали в небе, но вполсилы, будто уставшие после яркого представления ранее. Подъехала экстренная ремонтная бригада на спецмашине, выкрутила передвижную лестницу на максимум и принялась вынимать разбитые стекла, снимать соскобы с жёстких креплений, и затягивать прозрачной пленкой повреждения купола. Позже весь изъятый блок отдадут на экспертизу, чтобы выявить причины аварии.
К безопасности в Городе подходили крайне серьезно. От этого зависело выживание человечества как вида.
Следом прикатили на неповоротливом бусе медики. Опросив свидетелей, усадили внутрь машины мать, все еще бьющуюся в истерике, и ребёнка, на удивление спокойного и довольного жизнью, как главных пострадавших. Поискали еще некоего героя в плаще, но без особого энтузиазма. Громкие рассказы очевидцев о том, как некто впитал в себя молнии, врачи списали на галлюцинации от стресса. Посоветовали не напрягаться и выпить горячего, или горячительного, всем свидетелям, и уехали.
Люди потихоньку расходились. В основном по домам. Настроение покупать, что бы то ни было, исчезло. Они радовались тому, что остались живы и не пострадали, и задерживаться в промокшей, ставшей неожиданно опасной, Сфере не собирались.
Наконец, и посетители лавки Доусона по одному покинули гостеприимный магазин.
Хозяин заведения вышел из-за прилавка, чтобы протереть окно витрины, на которое за время дождя несостоявшиеся покупатели успели от души надышать и залапать отпечатками пальцев. Увлёкшись процессом, он не заметил, что ушли не все клиенты, и вздрогнул от неожиданности, когда из дальнего угла магазина его окликнули.
– Господин Доусон? – из тени выступила девушка, откидывая на ходу бархатный капюшон. Торговец моментально расслабился. Кто может ждать неприятностей от хрупкого рыжеволосого создания?
– Он самый, мисс. Чем могу быть полезен?
– Я Фелисия Блаунт. Мне бы хотелось задать вам пару вопросов.
Про Блаунтов господин Доусон был наслышан. Они вращались как раз в тех самых, высших кругах и общались с людьми, о которых он предпочёл бы забыть навсегда.
Доусон помрачнел, разом растеряв профессиональную гостеприимность.
– Не думаю, что я могу вам чем-то помочь, мисс Блаунт. Я торгую в основном бытовыми химикатами, такой хорошенькой девушке благородного происхождения подобное не очень интересно. Приятно было познакомиться.
И он сделал движение, будто собирается выпроводить девушку из магазина.
Тут шевельнулась вторая фигура в капюшоне, настолько слившаяся с тенями в углу, что торговец ее даже не сразу заметил.
– Нам очень интересны именно химикаты. – заверил господина Доусона приподнявший, в свою очередь, капюшон эшемин. По лавке потянуло прохладой от приоткрытой двери, пахнуло озоном.
Владелец лавки ощутимо вздрогнул.
– Я ничего не знаю! – моментально отозвался он.
– А мы еще ничего конкретного не спросили. – мило улыбнулась Фелисия, перехватывая нить разговора и включая обаяние на полную мощность. Она сориентировалась и решила сыграть на контрасте. Милая и безобидная мисс Блаунт, и страшный угрожающий эшемин.
– Уточните пожалуйста, по поводу чего именно вы ничего не знаете? – девушка еще и глазами похлопала, для закрепления эффекта.
– Вы меня запутали. – Господин Доусон вернулся обратно за стойку, присел на высокий табурет и протер лысину, переводя дух.
– Простите, мы вас, наверное, напугали. – с притворным сочувствием подалась вперёд девушка. – Мы хотим всего лишь узнать, как именно сгорел порученный вам склад шесть лет назад?
Опрятного вида толстяк в белом форменном халате с вышитым инициалом Д на нагрудном кармане скорее напоминал лаборанта, чем хозяина торговой точки. Фелисия, не желая доводить потенциального свидетеля до инфаркта, осталась по другую сторону деревянной стойки с разложенными на ней стеклянными банками и пластиковыми бутылками.
Сыпучее и текучее содержимое поражало разнообразием.
На стене в наступившей тишине оглушительно тикали заводные часы.
Доусон, похоже, потихоньку приходил в себя. Щеки порозовели, вот только глаза бегали от прямого контакта пуще прежнего. Хозяин лавки поджал губы, что-то прокручивая в голове. Пауза затягивалась.
Он явно что-то знал, о чем не хотел рассказывать.
– Ничего не знаю, ничего не помню. – решительно выпрямился толстяк. – Вам лучше уйти. Я не желаю с вами разговаривать. А если вы продолжите на меня давить, я полицию вызову.
– Вызывайте! – обрадовалась Фелисия. – А заодно вызывайте адвоката и бухгалтера.
– Это еще зачем? – подозрительно поинтересовался хозяин лавки.
– Ну как же. Полицию наверняка заинтересует, откуда у кладовщика деньги на открытие лавки в самом бойком месте Сферы. Да и эшеминам будет интересно послушать. А это, знаете ли, уже межрасовый скандал. До короля, глядишь, дойдёт… – Фелисия, вспомнив знакомого журналиста и его повадки, мечтательно закатила глаза и выразительно поцокала языком.
Толстяк представил шумиху, которая грозила подняться вокруг его
