А когда Андрей узнал эти голоса, то почувствовал очень неприятную тяжесть в пустом животе и ощутил дрожь в коленках. Вне всяких сомнений, это были виденные им ранее Кабан и Лось.
Он быстро спрятался за распахнутой дверью, радуясь тому, что догадался разбить в комнате лампочку. Если сильно повезет, людоеды просто пройдут мимо. Да и не было похоже на то, что они обшаривали местность. Судя по топоту и быстро приближающимся голосам, оба деятеля со звериными прозвищами и звериным же образом жизни куда-то сильно торопились.
Когда они вошли в облюбованный Андреем коридор, от их криков задрожали стены. Парочка каннибалов, похоже, редко выходила из состояния перманентной ссоры. Вот и в этот раз они что-то не поделили. Андрей прижался спиной к бетонной стене, и стиснул пальцы на древке копья. Людоеды поравнялись с его комнатой, и вдруг остановились. У Андрея сердце ушло в пятки. Он лихорадочно пытался понять, мог ли как-нибудь выдать свое присутствие. Шуметь не шумел, огня не разводил, следы на устланном газетами и тряпками полу не остаются. В чем же дело?
– Погоди, – сказал Кабан. – Клади ее на пол. Мне отлить надо.
– Давай только не в коридоре, – попросил Лось.
– О, интеллигент, тоже мне, – засмеялся Кабан. – Ладно уж.
После чего вошел в комнату, где затаился Андрей.
Такого страха он прежде не испытывал никогда. Наблюдая за тем, как Кабан входит, поворачивается к нему спиной, спускает штаны и начинает мочиться на стену, Андрей не просто перестал дышать, он, как ему показалось, даже остановил биение собственного сердца. В комнате было довольно темно, но все же кое-какой свет проникал в нее из коридора. Стоило Кабану повернуться в его сторону лицом, как затаившийся мясной набор тотчас же будет обнаружен. В голове вспыхнула мысль ударить сейчас, пока Кабан повернут к нему свой широкой спиной, но сковавший тело страх не позволил даже шевельнуться. Здоровяк, меж тем, сделал свое дело, подтянул штаны, и, не поднимая взгляда, вышел из комнаты. Андрей беззвучно выдохнул, чувствуя, как обильно выступивший пот стекает по телу в сторону ботинок. Наверняка его наберется не меньше литра.
– С облегчением, – поздравил соратника Лось.
– Ай, спасибо, – блеснул учтивостью тот. – Ну, взяли. Нечего ужин по полу валять….
Тут он весело заметил:
– Э, глянь-ка, уже очухалась.
– Дай ты ей еще раз по башке, – попросил Лось, – а то опять кусаться начнет.
– Хватит, – осадил его приятель. – Еще прибить осталось раньше срока.
– Она мне чуть палец не отгрызла.
– Палец, это не беда, у тебя их много, – заржал Кабан. – Ты другое береги.
В этот момент Андрей расслышал вначале бессвязное бормотание, а затем вполне осмысленный поток ругательств. Голос был женский, и очень даже хорошо знакомый.
– Ну, завела шарманку, – ворчливо заметил Лось.
Оля не скупилась на крепкие выражения, хотя в ее голосе гнева было значительно меньше, нежели страха. Своих обидчиков она крыла яростно, но в то же время как-то обреченно. Андрей затруднялся сказать, как бы он вел себя на месте пленницы. Скорее всего, помалкивал бы в тряпочку и умирал от ужаса, прекрасно осознавая, что очень скоро им закусят как каким-нибудь гамбургером. А может быть и вовсе просил бы пощады, рыдал бы, умолял, давил на жалость, даже понимая, что это напрасный труд.
– Злюка, кончай ругаться, – приказал Кабан, и, судя по звуку, ударил Олю ногой. – Хочешь аппетит нам испортить? Совсем еда пошла невоспитанная.
– Еды с нее… кожа да кости, – заметил Лось.
– Ну, можешь не есть, – не стал настаивать Кабан. – Мне больше достанется.
– Да не, я буду. Буду!
– То-то же. Ну, взяли…. Ай!
Послышался звук удара, Оля громко вскрикнула от боли.
– Еще раз попробуешь укусить, выбью зубы, – спокойным голосом предупредил Кабан. – А заодно и глаза выдавлю. Они тебе теперь ни к чему.
Судя по всему, прозвучавшая угроза возымела результат, и Оля больше не попыталась пусть в ход зубы. Людоеды подняли ее, и понесли дальше. На ходу они весело обсуждали скорую трапезу, и спорили, каким именно блюдом себя побаловать. Настроение у обоих было превосходным настолько, что они временно прекратили собачиться и прямо-таки источали взаимную любовь.
Андрей остался стоять за дверью, лихорадочно соображая, как ему поступить: пойти своей дорогой, что было наиболее разумно, или попытаться с огромным риском для жизни спасти Олю. Ту самую Олю, которая не больно-то заслуживала спасения. В самом деле, он не видел от этой барышни ничего хорошего. Она обокрала его, лишив драгоценной зажигалки. И едва не проломила голову доской. А ведь тот ее удар мог оказаться и смертельным. Вряд ли Оля рассчитывала силы, когда наносила его. К тому же не было никакой гарантии, что в благодарность за героизм он не получит от нее еще один удар по затылку. Но это при условии, что его героизм увенчается успехом. В противном же случае Кабан и Лось получат два мясных набора, вместо одного.
Принять решение следовало немедленно, пока людоеды не скрылись в лабиринте. Андрей мысленно обозвал себя ослом, затем выскользнул в коридор и направился следом за плотоядной парочкой. Похоже, он еще не успел адаптироваться окончательно, и продолжал считать, что люди, в принципе, должны помогать друг другу. Правда, никто не руководствовался этим принципом и там, снаружи, а уж тут-то и подавно. Но Андрей все равно не повернул назад.
Глава 12
Следовать за людоедами оказалось нетрудно. Те продолжали громко переговариваться, периодически разражаясь хриплым смехом. Они явно никого здесь не опасались. Трудно было сказать, в чем крылась причина такого бесстрашия: то ли они были уверены, что легко справятся с любым одиночкой, то ли просто считали себя хозяевами этой территории, куда никто и никогда не сунется по доброй воле. А если и сунется, то ему одна дорога – на вертел.
Двигались каннибалы не слишком быстро, часто устаивая непродолжительные остановки. Андрею хватало времени, чтобы не отставать от них и успевать оставлять ножом метки на стенах коридоров. Делал он это на тот случай, если вдруг придется очень быстро убегать. Отметки позволят ему сориентироваться в лабиринте, и случайно не загнать себя в тупик.
Он не забывал внимательно посматривать под ноги, опасаясь возможных ловушек. И не зря. Ему попалась еще одна дощечка с гвоздями, которую, вне всяких сомнений, оставили здесь именно Кабан с Лосем. Андрей осмотрел стены вокруг ловушки, затем поднял взгляд вверх. С правой стороны, на потолке, возле самой стены, он заметил небольшой, но хорошо различимый знак – криво выцарапанный крестик. Едва ли это было простое совпадение.
