Ты перевернула мой мир! Мою жизнь!
– Именно поэтому ты на виду у всех засосал Ксю так, что без помощи МЧС вас было не разнять?!
– Глупо. Согласен, – признаю свою ошибку. В тот день мной руководила ревность и не более того.
– Громов! Оставь меня в покое. Исчезни из моей жизни!
– Исчезнуть? – недоумеваю. – Лапина? Ты тупая? Я тебе в чувствах признаюсь…
– Ты разводишь детский сад! – кричит. – Не может быть между нами чувств. Нельзя! – разворачивается к выходу.
Но не всё так просто. Выйти у Вики не получится. Ключики-то у меня.
Но понимает она это, лишь когда начинает дёргать за ручку и осознаёт, что дверь заперта. Поворачивается в мою сторону и тут же взглядом цепляется за то, как я демонстративно размахиваю ключами в руке.
– О чём я и говорю, – вздыхая, делает шаги в мою сторону. – Громов, не беси меня. Отдай ключи, – протягивает раскрытую ладонь, которую я хочу покрыть поцелуями, но держусь из последних сил, чтобы полностью не оправдать своё прозвище дикаря.
– Я себе обещал, что сегодня ты просто так от меня не уйдёшь.
– Меня только об этом забыл спросить. Отдай ключи! – подпрыгивает вверх, когда я поднимаю руку выше своей головы.
– Что ты со мной делаешь? – шепчу, когда Вика, пытаясь достать ключ, приближается ко мне ещё ближе. И мои глаза падают ровно туда, куда не стоит смотреть, чтобы не озвереть. В вырез её дурацкого вульгарного боди. Я вижу их! Двух сестричек, которые ещё немного и сведут меня с ума.
Вика же старается смотреть мне чётко в глаза, но её взгляд то и дело опускается к моим губам. Облизнувшись, она каждый раз возвращает его обратно, но из раза в раз это даётся ей всё сложнее и сложнее.
Не выдержав того огня, что говорит сейчас между нами, второй рукой притягиваю её к себе. Вбиваю в свой торс её стройную и до жути манящую фигурку. Наклоняюсь и целую её пухлые губы, о которых так давно мечтал.
Через секунду Лапина отталкивает меня от себя. Не произнося ни слова, вопросительно смотрит мне в глаза и чего-то ждёт. И её мстительный, злой, коварный взгляд говорит мне о том, что я пожалею. О том, что она сделает мне больно. Но это будет потом. Сейчас мы оба накалены до предела.
Вероятнее всего, не дождавшись того, что Лапина от меня хотела, и придумав свой собственный план, она сама тянется ко мне и дарит страстный поцелуй, означающий, что мне дают зелёный свет.
Избавляясь от лишнего в своих руках, обнимаю девушку, прижимая к себе ещё сильней. Чтоб полностью ощутить её жар и сгореть в ней полностью.
Нежными поглаживающими движениями руками спускаюсь к её талии, сжав её и ощутив хрупкость моей дерзкой змеюки. После опускаюсь ещё ниже, к самому интересному и сочному. К её упругим ягодицам.
То, чего я хотел всё это время – происходит здесь и сейчас.
Ущипните меня! Лапина сдалась?!
– К тебе или ко мне? – спрашиваю между страстными поцелуями.
– К тебе! – рычит она в ответ недовольно, будто бы я её заставляю. Но если бы я её заставлял, то о месте бы не спрашивал. Прямо тут, на столе бы взял.
Но Вика не такая! С ней я хочу долго! Страстно! Обоюдно! И в месте, где она будет принадлежать лишь мне одному.
Глава 14
Виктория
Не успеваем даже отъехать от академии, как он тут же начинает покрывать мою шею поцелуями.
Не успеваем даже с таксистом поздороваться, как его рука оказывается на моих коленях и принимается плавно ползти вверх.
Не успеваем зайти в подъезд, как мои губы опухают от поцелуев.
Не успеваем оказаться в квартире, как на мне остаются лишь туфли и дурацкое боди. Пиджак Владислава, который он на меня накинул, когда мы выходили из академии, мы где-то потеряли.
Может, в такси, может, когда поднимались на его этаж. А может, вообще до того, как сели в машину, которая привезла нас к многоэтажному дому.
Не знаю!
Да и неважно всё это!
– Лапина, – тянет он, кое-как открыв дверь квартиры и втолкнув меня в неё. – Помнишь, ты говорила, что я дикарь?
– Ага, – киваю безразлично, борясь с пуговицами его рубашки, которая скрывает от меня такое великолепие мышц и идеальности, что челюсть сводит от желания попробовать мягкую плоть мужчины на вкус. Облизнуть.
– Я дикарь, – произносит он. – Потому что хрен тебя сейчас в душ отпущу! Ясно?! Будем делать всё грязно!
– Ну ладно, – довольно улыбаюсь, закусив нижнюю губу.
Хватаю за края распахнутой рубашки и толкаю его от себя. В какую-то из дверей, которая должна привести нас в гостиную, а может, мне повезёт, и это будет спальня.
– Я настроен сейчас только на десерт, Лапина. И моим десертом будешь ты, – не упускает возможности пошутить Громов, когда видит, куда я его затащила. На кухню.
Ну, собственно, я всегда мечтала о близости на кухонном столе. Почему бы и нет? Особенно, когда партнёр не против.
Хотя, глядя на него, понимаю, что он и в такси против не был. Ему лишь бы уже получить своё. Меня всю и в его власть.
И я бы поиздевалась, если бы не одно НО. Я в таком же состоянии. Мне крышу рвёт от его поцелуев, ласк и грубости. Хочется одновременно треснуть чем-нибудь тяжёлым, но в это же время зацеловать так, чтобы напрочь о других бабах забыл.
Сегодня Громов будет моим! Моим и только моим!
Делаю глубокий вдох и поднимаю взгляд на Владислава, чувствуя, как моё сердце стучит в ритме чечётки, рвясь к такому же безумцу, как и оно само. К озабоченному, дикому, несносному и невыносимому Владиславу Даниловичу Громову.
К мужчине, который смотрит на меня таким взглядом, от которого плавятся все внутренности, включая мозг. Иначе бы никогда в жизни я бы себе не позволила этого. Оказаться с ним в одной комнате. Наедине. Полуголой. И вдобавок в ЕГО квартире. На его территории!
Сдаю позиции, мать твою!
К мужчине, которого я одновременно ненавижу, убить хочу, стереть навсегда со своих глаз мечтаю и вместе с этим хочу быть в его руках. Чувствовать его заботу, любовь, страсть. Хочу, чтобы его руки касались меня везде. Чтобы он знал и чувствовал каждый миллиметр моего тела, которое жаждет его и только его.
Никогда прежде ни один мужчина не рождал во мне этот ураган чувств и безумств. Подталкивал меня к пропасти,из которой уже не выбраться.
Потому что быть сейчас
