какой фирмы подгузники брать?
– Какая коляска, Громов? Какие подгузники? У меня срок всего несколько недель.
– Ладно, возьму обе, – произносит, и в этот момент меня начинает одолевать мой родимый токсикоз.
Швырнув телефон в сторону, убегаю к своему белому другу.
Твою мать, Громов! Я тебя однажды убью! Честное слово, убью! Ты и твои дети меня вечно заставляете страдать и мучиться.
Но ведь люблю чёрта высокомерного!
Эпилог
Виктория Громова. Пять лет спустя
– Уже можно? – спрашиваю Влада, который решил мне устроить сюрприз на годовщину нашей свадьбы.
Весь загадочный пришёл домой, вызвал няню, которая осталась сидеть с двойняшками и с нашей младшей малышкой Линой.
Последняя вообще неугомонная и непонятно в кого характером. Наверное, именно в ней сошлись все характеры Лапиных и Громовых. Вредная, как я. Упёртая, как её отец. Красотой, цветом волос и даже глазами в меня. А вот остальным вся во Влада. А ещё жуткая лиса и непробиваемая, словно трактор – и насчёт того, в кого у неё эти качества мы с мужем спорим уже не первый год.
– Ещё нельзя, – отвечает муж, продолжая вести меня куда-то с завязанными глазами.
Ну хоть из машины вышли. Там меня уже укачивать начало от долгое езды. Но я почему-то уверена, что онспециально петлял, чтобы я не поняла куда мы едем.
Хитрец! И манипулятор! Нельзя разве сюрприз с открытыми глазами делать? Обязательно мне повязкой весь макияж портить.
– Когда уже? – хнычу.
– Терпи! Вырабатывай терпение!
– Да ладно! – восклицаю, не выдержав. – Думаешь я за столько лет жизни с тобой ещё его не выработала? Да каждый день с тобой-то ещё испытание!
– Малыш, да я же ангел! Ты, как всегда, себе что-то придумываешь и зря переживаешь, – тянет этот “небесный ангелочек”.
– Твою новую помощницу или как ты её называешь ассистентку я тоже сама придумала? – с вызовом кидаю, мечтая снять повязку со своих глаз и с её помощью стать вдовой. До сих пор не могу успокоиться насчёт этой грудастой блондинки. Как вспомню её внешний вид, трястись начинаю от злости. – Вот это у меня фантазия нехилая! Придумала и она ожила! Может загадать, что у тебя только на меня вс… – начинаю, но замолкаю, споткнувшись. – Эй, веди меня аккуратно!
– А ты меньше болтай! – кидает он мне и ударяет рукой по ягодице. – Болтливая моя! Иначе придётся после сюрприза тебе уроки по манерам преподать.
– Ну долго ещё? – повторяю.
– Уже почти… – тянет и разворачивает меня. – Уже всё! – объявляет и срывает повязку с моих глаз. – Сюрприз! – кричит, открывая мне вид стеклянное, явно недавно отстроенное двухэтажное здание почти что полностью из стекла.
– Эмм… Что это? – оборачиваюсь к нему.
– Это твоя личная студия танцев, – говорит и судя по его взгляду начинает сомневаться в собственном подарке. – Тебе осталось только название придумать и вывеску заказать. Ну и штат набрать. И… тебе не нравится? – расстроенно спрашивает. – Я думал, что отличная идея.
– Мне… – тяну, не зная, как ему правду сказать. – Я же вроде в академии преподавателем хорошо работаю, Влад. Уже целый курс отвела. И мне как бы нравится. И Егору часто помощь моя нужна.
– Мне не нравится, как на тебя студенты смотрят, – признаётся без лишних пыток. – Прям глазами поедают. Яустал тебя караулить около академии! Мне ведь тоже работать надо, Вик! Я не могу постоянно сидеть около тебя и всех взглядом пугать.
– Ты думаешь они здесь на меня палится не будут? – сочувственно поднимаю взгляд.
– Поэтому себе я тоже сделал подарок, – поигрывает бровями и делает шаг назад. – Мой продюсерский центр напротив и я всегда смогу увидеть через эти стеклянные стены, что ты делаешь и кто на тебя смотрит.
– Влад!
– Что, дорогая? Хочешь меня отблагодарить? – кокетливо хлопает глазками, изображая наших старших дочерей, которые явно в папочку пошли.
– Хочу тебя прибить! – выкрикиваю. – Я что тебе зверушка, чтобы за мной через панорамные окна смотреть?
– Нет! Ты моя жена! Имею право!
– А вот и не имеешь! Разведусь с тобой! – угрожаю ему, скрестив руки на груди!
– Только попробуй!
– А вот и попробую!
И так каждый раз. Только вот ни разу на развод я не подавала, да и не подам. Люблю его всё-таки и понимаю его ревность. Но иногда она становится ну совсем ненормальной.
Ревнует меня ко всем. И даже к своему младшему брату Егору, который последний раз ко мне подкатывал только тогда, когда староста моей группы заперла меня и у меня началась клаустрофобия.
И даже сейчас, когда Егор уже женат и у него есть любимая семья, Влад успокоиться не может. На семейных праздниках следит, чтобы мы дальше друг от друга сидели.
Ну собственно, как и я. Думаю это у нас семейное. Громовское. Ревновать и выводить на эмоции, чтобы потом громко мириться и засыпать в объятиях с мыслями: “Убью, но никому не отдам! Моё!”
– Громов, чувствую вдовой я стану раньше, чем планирую!
– Громова, главное, чтобы вдовой. Потому что развода ты не получишь!
– А вот и получу!
– Не получишь!
– Получу!
– Надоела! – восклицает и впивается в мои губы поцелуем, который заканчивается в раздевалки моей студии и совсем не на поцелуе.
Ох уж этот Влад! Ох уже эти Громовы…
