резко останавливаюсь и чувствую, как земля уходит из-под ног. Неужели узнал? Или у него ещё есть дети? Безмолвно смотрю на Громова, ожидая продолжения. – У Вадима дочь, представляешь! – восклицает. – Родители, как узнали, сразу же подсуетились и в один день купили кроватку и по мелочи. Они вроде как собираются со всей новой семьей сюда приехать и отдохнуть. Это по словам Вадима.
– Быстро вы! – удивляюсь потому что, как я поняла, Милена не так давно рассказала Вадиму про Алёну.
– Это всё мать, – разводит руками. – Ну а сегодня эта комната девочек. Кровать большая, просторная, так что места хватит, – щёлкает по носу по очереди динозавриков, а затем и меня.
Готовлю бунтарок ко сну. Включаю ночник с видеоняней, целую каждую, желая сладких снов, и выхожу из комнаты.
Закрывая дверь, чуть не подпрыгиваю. Громов всё это время зачем-то ждал меня за дверью, и стоило мне показаться, как он сразу зашевелился и напугал меня.
– Идиот! Нельзя так!
– Прости, – кидает и по его виду понимаю, что не специально. – Нам сюда, – берёт меня за руку и заводит в комнату напротив.
– Твоя или моя? – спрашиваю, когда вижу лишь одну кровать.
– Моя, – садится на левый край кровати.
– Отлично. А я тогда где? – скрещиваю руки перед собой.
Если Громов думает, что эта ночь будет незабываемой, то я с лёгкостью помогу ему это устроить.
– А ты с правой стороны, – поглаживает покрывало, приглашая меня к себе.
– Ага, бегу и спотыкаюсь, – выхожу, потому что одновременно с его ответом услышала шум в комнате бунтарок.
Открыв дверь, тяжело вздыхаю. Ведь вместо того, чтобы спать, эти две козочки прыгают по кровати, исполняя песню из известного мультфильма.
Громов заваливается в их комнату через несколько секунду после меня, и тогда мне в голову приходит гениальная идея.
– Я в душ. Они на тебе, – убегаю в ванную комнату, в которой купала девочек.
Заперев дверь на ключ, включаю воду, достаю из кармана монитор от видеоняни и устраиваю себе просмотр комедийного фильма, усевшись поудобней на полу.
– Ну, давайте, девочки, жгите.
Владислав
Издевательство. Пытка. Инна с Алиной как с цепи сорвались. Никак не могу их успокоить и уложить. Раньше всегда казалось, что это проще простого. По крайней мере, в фильмах это так выглядит. А по факту я уже больше часа не могу уложить этих двух мелких.
Уже готов на всё, лишь бы они хоть на минуту положили голову на подушку. Но нет! Им в прятки играть охота. Бой с подушками. Кувыркаться на кровати, что делать они не умеют. И мне приходится каждую ловить, иначе, если хоть что-то с ними случится, их мать меня живьём похоронит.
И Лапина из душа никак не выходит. Уснула там, что ли?
Если я хоть шаг пытаюсь сделать из комнаты, чтобы поторопить Вику, девочки начинают пищать так, что стены трясутся.
М-да, не такой вечер я себе представлял! У меня была надежда на этих двух красоток. Что Вика их по-быстрому спать уложит, а дальше Лапина будет молить о пощаде за своё отвратное поведение. Только вот получается, что умолять приходится мне. И не одну Лапину, а целых двух!
– Плосим, плосим, плосим! – хлопая в ладоши, чего-то от меня хотят две козочки.
Алёна ни разу не спала на этой кровати. Наверное, и не поспит. Лапины на ней так прыгают, что от неё живого места не останется.
– Я тоже прошу вас, – складываю ладони перед собой. – Может, спать ляжем? Я весь день работал, устал.
– А мы нет, – продолжают прыгать. – Танцуй, а мы будем петь, – приказывает одна из двойняшек.
– Я не умею, – опуская руки, показушно падаю на пол в надежде, что меня пожалеют и оставят в покое.
– Раз, два, лри, – взявшись за руки, стоя на краю кровати, начинают считать.
– Что вы делаете? – испуганно спрашиваю.
– Плыгаем, лови! – прыгают на меня. Но я успеваю привстать и поймать их, не повредив свой «аппарат», который мне ещё точно в жизни пригодится.
– Вы что?! А если бы я не успел?! – поднимаюсь с пола, посадив девочек на кровать.
– Мы тебе довеляем! Мама довеляет, и мы довеляем, – приводят меня в состояние «умиление».
– А пойдём маму искать? – предлагаю двойняшкам. Если меня одного не выпускают, так может, хоть вместе поищем.
– Нет. Нельзя, – шепчет одна из девочек другой.
– Тихо! Он же услышит!
Не понял?! Это у них что, запланированная акция? Заговор против меня?
Вот, Лапина! Найду я на тебя управу!
– Так, живо спать! – повысив немного тон, приказываю девочкам.
Может быть, такой метод сработает? Сколько можно надо мной издеваться? Да, я с ними максимально вежлив, но они пользуются этим. Поэтому надо менять тактику.
И к сожалению, это не играет мне на руку.
– Не лугайся! – кричат в один голос и начинают плакать.
Женские слёзы! Этого я точно не переживу! За что?!
– Я не…
– Мама! – зовут Вику, пища на всю комнату. – Где наша мама? – спрашивают, продолжая навзрыд реветь.
– Ладно! Не надо маму! Что вы хотите? Танцевать? А хотите, я буду и петь, и танцевать одновременно? – предлагаю, чтобы успокоить девочек, иначе Лапина меня точно прибьёт, что довёл её детей до такого состояния.
– Давай, – в момент успокаиваются, вытирая слёзы рукавом от пижамы. – Плосим, плосим, – продолжают веселиться, хлопают в ладоши, как будто ничего и не было.
Вот актрисы! А я же поверил! Это же надо так уметь? Нужно поговорить с Викой и предложить отправить их на актёрский. У девочек явный талант.
После наших совместных танцев под всевозможные детские песни, которые исполняли девочки, потому что мой репертуар советских их не устраивал, я замечаю, что они наконец устали.
Предлагаю им прилечь и поиграть в новую интересную игру. На этот раз по моим правилам.
– Игра называется «вопрос-ответ», – ложусь посредине кровати, а Инна с Алиной по краям, положив голову мне на плечо. – Итак, я начинаю.
– Дамам нужно уступать, – останавливает меня Инна, и первой задаёт вопрос: – Почему ты с нами длужишь?
– Потому что вы мне очень нравитесь, – заключаю, улыбнувшись. Ведь говорю сейчас чистую правду.
Когда-то я говорил, что мне ни дети, ни семья не нужны. А сейчас меня окружают две маленькие козочки, и я от этого кайфую.
– Теперь моя очередь! А взрослым всё можно? – задаёт свой вопрос вторая «дамочка».
– М-м-м! Наверное, больше, чем детям, но всё же не всё, – отвечаю на столь лёгкий и одновременно на столь тяжёлый вопрос. Спасибо, хоть не спросили, откуда дети берутся.
– Какие цветы любит ваша мама? – наконец и до меня очередь доходит, и я задаю
