а глаза прищурены — потому что он не знал пока что, чего ожидать.
На экране появилось человеческое лицо с раскосыми карими глазами, обрамленное каштановыми волосами, собранными в высокую причёску из переплетённых между собой кос и пучков. Зазвучал язык, которого никто из присутствующих не знал.
Чего-то подобного Орлов ожидал и потому, дослушав долгую речь до конца, коротко сообщил:
— С вами говорит адмирал Орлов. Я представляю Империю Ромеев. Мы хотим вступить в контакт.
Слова значения не имели, только представление и тон. Замолкнув, он сопроводил их несколькими жестами, которые некогда позволили ромеям завести разговор с кочевниками, а ещё раньше были заимствованы у Захватчиков.
Внимательно проследив за его движениями, собеседник подал ответный сигнал.
«Чего вы хотите?» — спрашивал он.
«Торговать», — ответил так же жестами Орлов.
Какое-то время царила тишина, и не происходило ничего. Затем собеседник Орлова просигнализировал:
«Следуйте за нами», — а ещё через секунду два корабля зашли к галеону с боков и дали предупредительный залп.
— Отлично, — сказал Орлов вполголоса.
— Открыть орудия, капитан? — спросил старший канонир.
— Нет. Пока что всё хорошо. Лейтенант Троекуров, соберите отряд бойцов и поставьте у входа в шлюз.
Ксения кивнула и бесшумно бросилась исполнять приказ. Через десять минут два десятка Крылатых стояли у выхода в ангар, однако никто не спешил высаживаться на корабль.
Орлов оставался в рубке. Какое-то время корабли сопровождения вели их вперёд, а затем капитан увидел через лобовое стекло огромный, затянутый сиреневой дымкой шар планеты, окружённой наклонённым под углом к плоскости эклиптики кольцом.
Планета стремительно приближалась, и при виде завитушек облаков, скользивших над поверхностью планеты, он с удивлением обнаружил вдруг, как сжимается у него внутри. Одни двигались быстрее, другие медленнее, некоторые ускорялись, и сама планета выглядела живым существом. Давно уже Орлов, как казалось ему, не испытывал ничего — никаких сильных чувств. А сейчас какая-то, как казалось ему, давно атрофировавшаяся жилка дрогнула вдруг в груди, и он ощутил себя живым.
Уже в следующий миг тяжестью десятка атмосфер на него снова навалилась реальность.
— Господин капитан, нас ненавязчиво просят снизить обороты.
— Планета ведь ещё далеко?
— Именно так.
— Хорошо, идите на снижение. Посмотрим, чего они хотят, — Орлов нажал кнопку связи и произнёс: — В ангаре, приготовиться принять бой.
— Да, господин капитан, — прозвучал звонкий голос Ксении, и Орлов с трудом сдержал улыбку.
Через несколько минут они вошли в атмосферу спутника, к которому подталкивал их конвой, и пошли на снижение.
Под завесой облаков скрывалась земля, на которую ни Орлов, ни любой другой экипаж корабля предпочёл бы никогда не ступать.
Высоко над горизонтом светились огромные кольца планеты, рассекающие небо словно молнии. Колыхались оранжево-красные лучи, отражавшиеся в сотнях и сотнях озёр, заполненных очень чистой, прозрачной жидкостью — и только к вечеру первого дня пребывания на спутнике химический анализ показал, что это не вода, а метан. Далеко на горизонте вулканы выбрасывали ввысь фонтаны воды и сероватого газа. Закрывая их, проносились по безжизненной пустыне смерчи.
Корабль приземлился, и Ксения во главе отряда Крылатых первой ступила на безжизненную почву этого мира. Она улыбалась, рассматривая вулканы и озёра и глубоко вдыхая свежий, хоть и лишённый любого запаха воздух.
— Капитан, я могу дышать, — поспешила поделиться она.
— Кто приказал вам проверять?
— Никто… — Ксения смущённо замолкла.
На другом конце линии послышался тихий шелест, похожий на вздох.
— Держите выход и ожидайте меня. Вы знаете, как с ними говорить?
— Нет. Я не переводчик и не дипломат, я пилот.
— Не важно. Я сам поведу разговор.
Личной встречи с уже виденным Орловым раскосым капитаном, впрочем, так и не произошло. Их, казалось, оставили без присмотра — и только в телескоп можно было разглядеть, что высоко на орбите спутника продолжают парить два конвойных корабля.
Через некоторое время стало ясно, что планета пуста.
— Карантинная зона, — констатировал Орлов, когда вечером первого дня он застал Ксению разглядывающей алые контуры вулканов и колесо планеты, падающей за горизонт. — Там ещё и гораздо холоднее, чем здесь, эта зона с климатом, пригодным для жизни, создана специально для нас.
Ксении рассеянно оглянулась на него.
— Красиво, да?
Орлов оглядел безжизненный пейзаж. Над горами как раз начинался метановый дождь.
— Я бы так не сказал. И нам было бы лучше вернуться на корабль.
— Не бойтесь, — Ксения улыбнулась, — я заметила, что он не заходит сюда. Над нами как будто стена. Вон там, — она указала пальцем туда, где заканчивалась пелена дождя. Затем обернулась резко, и когда Орлов опустил взгляд — уже стояла с ним лицом к лицу.
— Капитан… — произнесла она и закусила на секунду губу, — капитан, — решительнее повторила Ксения. — Скажите, вы не жалеете о том, что произошло?
Орлов прищурился.
— О том, что позволил привести себя сюда, на планету, где за пределами отведённой нам зоны, сделанной неизвестными нам хозяевами положения, скорее всего, нечем даже дышать?
— Я говорю не об этом, — Ксения упрямо смотрела на него.
— Ксения… — Орлов вздохнул. Руки его сами скользнули вверх и поймали щёки девушки. Они были почти что одного роста, и хотя Ксения, как он знал, ребёнком уже нельзя было назвать, она казалась невыносимо молодой. — Сколько тебе лет?
— Двадцать четыре. Вы должны знать.
Ксения посерьёзнела вдруг.
— Это слишком много? Или мало? Я не знаю, какой у вас вкус.
— Это… — Орлов замолк на секунду, — это в самый раз. Если бы не я. Если бы не…
«Анастасия», — звенело у него в голове, но он не мог произнести этого вслух. Губы Ксении были такими нежными и так манили к себе, а он так устал от одиночества бесконечного космоса — и так устал отвечать за всё, что просто наклонился и коснулся их.
Ксения на секунду напряглась как струна — и тут же растаяла, всем телом подаваясь вперёд.
— Как же вы… — прошептала она, когда Орлов высвободил её наконец и позволил сделать вдох, — как же странно вы действуете на меня. Капитан…
— Сделай одолжение, — произнёс Орлов, заглядывая ей в глаза, — больше не ставь экспериментов над собой. Не проверяй, есть ли в атмосфере аммиак и идёт ли над кораблём кислотный дождь. Для этого есть зонды. А ты нужна мне живой. Хорошо?
— Да, — Ксения смотрела на него и не слышала ничего.
ГЛАВА 14
На спутнике «Варяг» был оставлен на несколько недель — и за всё это время делегацию ромеев побеспокоили только раз. По внешней связи с Орловым снова говорил раскосый адмирал — если, конечно, звание его звучало так: ни Орлов, ни кто-либо другой на
