- Вы, девушка, - начал господин Литовский, - стало быть, мечтаете породниться с нашей семьей?
На этом месте моя челюсть едва не встретилась с полом. Я вытаращилась на оппонента, затем недоверчиво прищурилась, опасаясь: не начало ли у того развиваться старческое слабоумие.
- С чего вы взяли? - осторожненько так спросила его.
- Анжелика, при мне вовсе не нужно хитрить и изворачиваться. Я не собираюсь ловить вас за руку. Наоборот, я пришел для того, чтобы попробовать решить вопрос мирным путем. Но согласитесь, очень трудно поверить, что моему мальчику нужно прибегать к насилию для того, чтобы добиться женщину. Признайте, вы все это затеяли, чтобы женить Арсения на себе? Я знаю, что однажды он вас бросил, и вы все это придумали, чтобы вернуть его? К тому же, вы сейчас в такой трудной ситуации. Развелись со вторым мужем, который исчез в неизвестном направлении, скинув на вас все дела. Вам нужна помощь, вот вы и сочинили все это…
Пару минут я ловила ртом воздух, как рыба, вытащенная из воды, задыхаясь от возмущения.
- Да я с вашим Арсением на одном поле …
- Леля, - оборвал эту безкультурщину Зир, - не надо. Владислав, ваш сын жестоко надругался над этой девочкой. Но это не единственный его мерзкий проступок. Все началось с того…
И принялся рассказывать все с самого начала: о том, как Арсен и Азар похитили меня в первый раз, чтобы поссорить с Ризваном, про покушения, про Никитку, про то, как я приняла решения отдать акции, но Арсений захотел еще и меня в придачу чисто из мести… По мере того, как повествование подходило к концу, Литовский мрачнел и хмурился все больше и больше, по всей вероятности, его сын ему все преподнес совсем под другим соусом. Это как раз меня не изумляло.
- Поймите, - прокомментировала я конец рассказа, - Я не мщу. Я уже компенсировала моральный ущерб продажей акций Шадорову.
- Я знаю, - отозвался Владислав. - Шадоров их купил от моего имени. Я, так сказать, решил на время изъять предмет распрей, пока не зашло все слишком далеко.
- Все итак уже зашло слишком далеко, - огрызнулся такой обычно спокойный Зерах, чем вызвал мое крайнее недоумение.
Он из всех нас единственный, кто был не склонен к репрессиям и не был сторонником жестких мер, стараясь спускать все на тормозах.
- Согласен, заигрались щенки, - прорычал отец Арсена. - С Ризваном можно было в свое время договориться. Он - разумный человек. И нечего было в дела бизнеса женщину впутывать. Ладно. Я разберусь с ними сам. Но весь этот конфликт должен остаться в пределах личной конфронтации. Не стоит выносить это на общее суждение. Можно уладить все вопросы мирным путем. Что вы хотите?
- Моего Риза, - быстро ответила я, не дав Зераху и рта раскрыть. - Верните мне Ризвана. Я знаю, у вас есть связи. Сделайте так, чтобы его отпустили и сняли все обвинения. Они уже выудили из него все, что хотели. Зачем он им? Как только буду уверена, что Ризу больше ничего не угрожает, я заберу заявление и не буду мстить. Даю слово.
Не уверена, что он поверил моему честному слову (правильно, кстати, сделал), но кивнул.
- Хорошо, посмотрим, что тут можно придумать.
- Не нужно думать, - покачал седой головой адвокат. - Нужно делать, - и продолжил шантаж, излагая нашу уже отработанную до мелочей затею с телевиденьем.
- Ты что, правда, решила отступить? - прищурившись озадачился старик, когда дверь за Литовским захлопнулась.
- Такого нельзя прощать! - взвился до этого затихарившийся Шурик.
Во время нашего диалога с Литовским он прикидывался одним из предметов мебели, ничем не выдавая своего присутствия. Да так ловко, что все о нем позабыли.
- Ну, не орите вы, - отмахнулась я от них. - Все что меня интересует на данный момент - это Ризван. Это вопрос первостепенной важности, который надо решить как можно скорей. И я готова пообещать все, что угодно, только бы вытащить его из этого ада как можно быстрее. Я так боюсь за него. Он, конечно, крепкий мужчина, но, - не выдержав, обхватила голову руками, пытаясь сдержать защипавшие горло слезы, - я так боюсь за него. Это все так ужасно…
На следующий день, когда я вышла в магазин за продуктами, ко мне подскочил Азар. На его перекошенном от ярости смуглом лице горели, как угли, черные восточные глаза, источавшие крайний уровень бешенства.
- Стерва, - вопил он, скрученный и удерживаемый охраной, - думаешь, ты выиграла? Черта с два. Да я тебя порву, и Риз тебе уже не поможет.
Я спокойно подошла к беснующемуся парню.
- Азар, я не понимаю. Ризван же - твой брат. Родной. Как ты так можешь? Тебя даже не интересует, что с ним? И не капли жалости? А совесть? Ты думаешь, что деньги в этой жизни все? И ты готов продать ради них душу? Нет, ты ее уже продал. У тебя нет души. Продавать больше нечего. Именно поэтому ты проиграл.
Глава 17.
Цена победы.
Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал.
Песня.
Прошло еще три дня, в течение которых я не могла найти себе места. Нервы были на пределе, ресурс терпения давно себя исчерпал. От Литовского старшего не было никаких известий. На контакт он больше не шел. Арсен и Азар тоже никак не проявляли себя. Это напрягало еще хуже. Нервный срыв - это как бомба замедленного действия. Не знаешь когда взорвёшься. И проснувшись утром четвертого дня я схватила телефонную трубку.
- Зерах, не могу больше… Я звоню Инге и даю отмашку. Пусть прогонит сюжет. Похоже, нужен толчок, - выпалила махом.
- Не надо сюжет, - грустно и устало проговорил адвокат. - Ризвана отпустили.
- Где он?!- я уже слетела с кровати и умудрилась попасть одной ногой в колготу.
- В больнице, - Зерах назвал адрес. - Только не гони. Пусть тебя охрана лучше подвезет.
Старого адвоката, моего рыжего друга и Славу я нашла у дверей операционной. Судя по их лицам, все было еще хуже, чем я себе представляла.
- Что? - спросила одними губами.
Зерах Унгольд взял меня под локоток и отвел в сторону.
- Он в ужасном состоянии. Владислав сказал, что люди из спецслужб не требуют от тебя, чтобы ты отдала все имеющиеся у тебя материалы только потому, что знают: копий можно наделать сколько угодно. Но они верят, что у тебя хватит ума не давать им ход. Надеюсь, ты понимаешь, о чем речь? Это не простая угроза. Они перемелют нас всех, и муки не останется. Только благодаря Литовскому это все решили замять, полагаясь на твое благоразумие и его заверения в твоей доброй воле. Он, уместно, напомнил про заявление. И пообещал, что Арсен больше тебя не потревожит. Что касается Риза, они его отпустили лишь потому, что уверены: он долго не протянет.
