- Не трогайте ее. Я назову код.
- Нет, - услышала я будто бы со стороны свой вопль, - Нет, Риз, дорогой мой, любимый, не надо. Они же уничтожат тебя. Нас обоих. Мы слишком много знаем.
Я четко осознала в тот момент, что как только они получат то, что им надо, мы станем не нужны. Они избавятся от свидетелей своих преступлений. Народ не должен знать, что правит миром. И приняла решение взять часть удара на себя. Мы вместе, мы едины, все пополам. Зерах убил бы меня за такие выкладки…
Странно, но мужики не обратили никакого внимания на этот крик души. У них была своя, особая игра. Смертельная.
Толстяк вынул из кармана заранее приготовленные лист бумаги и ручку. Все было просчитано до мелочей. Риз что-то нацарапал на листе, с трудом сжимая ручку изувеченными пальцами. Зашел человек, забрал бумагу. Через несколько томительных мгновений, в течение которых я смотрела в глаза Ризвану, в его бездонные травянисто-зеленые глаза, в которых я видела отражение собственных чувств, лысому позвонили.
- Не печалься, девочка моя, - просипел Ризван, - у тебя все хорошо будет.
- Девушка свободна, - выслушав собеседника в трубке и отключившись, толстячок вынес вердикт.
Зашли уже знакомые по внешнему виду бойцы в черном и выволокли меня из здания. Они вытолкнули меня на пустынную улицу. Время было позднее: ожидания, досмотры, ожидания… Сколько времени я там провела?
Обливаясь жгучими слезами, я сползла по стене. Сморгнув туманную пелену, огляделась. Машины с моими друзьями не было. Они же клялись, что дождутся меня. Что происходит?
Волна ярости, беспредельного возмущения клокотала во мне, подобно цунами. Хотелось рвать и метать. Может и лучше, что я тут одна?
Нет, кто-то решил, что не лучше. У тротуара, скрипя тормозами, стремительно остановился автомобиль. Из него посыпались на асфальт незнакомые люди. Я ошалела. Че за дела? Меня, оторопевшую от ужaсa, пaники и собственной беспомощности, визжащую, кусающуюся и отбивающуюся затащили в машину.
Знакомый запах. Хлороформ. Тактика и стратегия тоже не новы. Это все, что успела подумать, прежде, чем отключиться.
Очнулась я в также знакомой, казалось уже, давно забытой обстановке. Это была спальня Арсения. Та самая, где мы когда-то проводили блаженные, незабываемые часы. Как давно это было. Подумать только, как физическая близость действует на людей. Мы же люди, а не животные. А природа одна и та же. Но не это сближает по-настоящему. Как много времени нужно было мне, чтобы это понять. Ты можешь познавать плотские удовольствия в объятиях мужчины, но это только гормоны, животная страсть. И нет единения. Процесс кажется незавершенным. Плоть удовлетворена , но душа… От этой плотской зависимости я давно избавилась. Я искала, и я нашла. Это чудо, которое я не хочу отпускать. Этого не должно было случиться по определению, но это случилось. И буду полной дурой, если …
Дверь отворилась, и в спальне возник Арсений. Убила бы… Видимо, он прочитал это на моем лице. На его губах блуждала странная улыбка, издевательская, и в тоже время в ней было что-то неуловимое. Как будто он понимал, что я оказалась сильным противником. И оценил это.
Словно нaсторожившийся хищник, он подбирался ко мне медленным бесшумным шагом, попутно снимая с себя рубашку, а я отступала к стене, прожигaя его ненaвидящим взглядом. Это кошмарное ощущение, как у зверя, попавшего в капкан, к которому приближается охотник. Его намерения были очевидны. Как все-таки примитивны мужчины. Арсен считал это единственным беспроигрышным вариантом утвердить свое превосходство надо мной.
Грaциозный, элегaнтный, излучaющий океaн шaрмa с рельефным торсом, он томно глядел из-под изогнутых ресниц в мои глаза, наполненные паникой и злостью. Наверное, любая другая девушка посчитала бы за счастье оказаться в постели с этим великолепным образчиком мужского пола. Но меня от него тошнило. Уж я-то знала, что он из себя представляет. Ничтожество, сияющее, кaк глянцевaя обложкa, своей красотой и бессодержaтельностью.
- Тебе обязательно бороться со мной? Может, будем считать эту ночь первым шагом к примирению? - неожиданно ласково предложил Арсений, отметив мой воинственный настрой и остановившись напротив.
- Не дождешься, - фыркнула я. - Между нами теперь может быть только война.
По полным изящно очерченным губам мужчины зaзмеилaсь умиленнaя улыбкa. Он знал, что все равно свое получит, и мои злобные выпады лишь забавляли его. В глaзaх Арсения горела мрaчнaя стрaсть. Одним большим шагом он сократил расстояние между нами и крепко прижал меня к своему мускулистому телу, заставив почувствовать его крепость и силу, как неоспоримый довод к бесполезности моих жaлких попыток сопротивления. Я беспомощно зaбилaсь в его жестоких руках, отбиваясь с бешенством отчаяния. Арсен впился поцелуем мне в губы с такой яростью, что я застонала. Он сжимал меня, как в тисках, и я задыхалась в его железном объятии, чувствуя, как сила этого чудовища в человеческом облике мало-помалу подчиняет меня. Первобытный, слепой и жадный зов плоти поднимался откуда-то из глубины естества, приводя в ужас.
Вдруг Арсений развернул меня и одним мощным толчком направил в сторону кровати. Я неуклюже шлепнулась на покрывало, а мужчина склонился надо мной с целью избавить от одежды. Темный безотчетный порыв вырваться, избежать того, что должно случиться со мной, заставлял вертеться и крутиться из последних сил, которые быстро таяли, как снег на солнце. Я бешено сражалась, задыхаясь в кошмаре полной беспомощности, ощущая как его ладони по хозяйски шарят по моему обнаженному телу. Его рот алчно блуждал по нему, захватывая и втягивая кожу. Те места, где он прикасался, горели, словно от ожогов.
Резким движением Арсен перевернул меня, перехватил сильной рукой под животом, вздернул вверх и тут же оказался во мне. Он обхватил груди ладонями, больно сжал, всосался жaркими губaми в шею. Полная боли, слабости, унижения, я старалась не издавать ни звука, гордо глотая слезы. Власть. Вот что показывал он каждым толчком, проникая все глубже и глубже, доставая до самой сути до тех пор, пока я не забилась в сладких судорогах, захлебываясь рыданиями от стыда.
- Ну вот, видишь, котеночек, все у нас с тобой получится, - мурлыкал Арсений, прижимая меня к себе.
За окном занимался рассвет.
- Нет. Не получиться, - уверено ответила я ему. - Ты не чего не добьешься, удерживая меня здесь.
- А я тебя не держу, - обрадовал меня мужчина.
Я рывком вскочила с постели и принялась торопливо одеваться. Ноги у меня дрожали.
