любезно снабдил нас Сергей Васильевич.
— Какие же вы скоты, мальчишки! — поразилась Рысь. — Так совсем нечестно!
— Вообще-то боец твоего уровня должен быть готов к любым неожиданностям, — строго заметил Пестрецов. — Как тогда, в обогатительной линии на Утлегаре.
— Думаю, если бы я видела, где находятся ваши роботы, то вполне смогла бы пройти их на боевой медитации, как линию на Утлегаре! — запальчиво заявила Рысь.
— Вот поэтому ты их и не видела, — заметил Лось. — Правильная маскировка — важная часть успеха операции. Если бы они нанесли плазменный удар одновременно из трех точек, которые тебе не видно, тебя не спасла бы уже никакая боевая медитация.
— Я и говорю: скоты! — возмутилась Светка. — Я ведь на самом деле не собиралась в вас стрелять! А вы⁈ К чему весь этот цирк?
— А мы были готовы к любому развитию событий, — спокойно произнес Родим. — Ну, кто выиграл в этот раз? С кого водка?
— Свет, я на твоей стороне! — поспешно сказала Грейс. — Так правда нечестно! Я всегда за девчонок!
— Держись от меня подальше, лесба! — досадливо рявкнула Рысь.
— У нас мало времени, — проговорил Родим. — Распугивать бомжей не так уж сложно, но они быстро возвращаются в свои заброшенные здания. Поэтому раз уж мы все наконец собрались, давайте скоренько пройдемся по диспозиции. И большая просьба: не надо оскорблять мою подругу. Она уже давно не лесба.
— Слушаюсь, командир, — серьезно сказала Светка. — Грейс, прости меня, пожалуйста. Не бери в голову. Просто разозлилась на вас, вот и несу чепуху…
— Замяли! — ответила фрау Кюнхакль.
— Мне просто интересно, для какой высшей необходимости было встречаться здесь, в публичном месте, — продолжала Рысь, — если побеседовать, не раскрывая ртов, мы вполне могли, сидя на разных концах города.
— А вот как раз именно для этого, — сказал Витковский. — Чтобы наглядно продемонстрировать, что у нас есть хорошая огневая поддержка. Чтобы вы действовали, исходя из данной позиции. И помогали идеями, как протащить этот комплекс внутрь периметра, в который нам предстоит проникнуть.
— В общем, точку, откуда действует противник, мы зафиксировали, — продолжал Песец, словно его и не прерывали. — Либо это она, либо там фасуют наркотики. Но наркотрафик обычно не окутывают такой строжайшей секретностью. Забор хороший у них, глухой, высокий. Обширная территория, согласно документации в открытом доступе — много складских помещений. Постороннему внутрь не попасть, вышвырнули вон даже алкоголика, который слонялся возле забора — очень строго блюдут «туман войны». Уже подозрительно.
— Какого алкоголика? — удивилась Грейс.
— Меня, родная, меня! Пришлось изобразить забулдыгу, который бродит вдоль заветного забора в поисках странного. Очень быстро, как из-под земли, появились двое в униформе охранников. Вы чего тут шастаете, уважаемый? Да вот, тошнит с перепою, поблевать хочу… Пошел вон, урод! Как это — пошел⁈ я свободный человек, где хочу в этом городе, там и блюю, не русский тоталитарист, слава богу!.. — Родим сделал многозначительную паузу. — Короче, они меня вышвырнули на набережную. Синяк. Два синяка, по одному от каждого. Ничего страшного, не переживайте, рабочий момент. Профессионалы: я так и не сумел понять, откуда они появились и куда исчезли после, хотя глядел во все глаза. Подозреваю глухую арку в стене, но в любом случае для нас это плохой путь внутрь.
— Еда, — сказал Лось. — Можно попробовать.
— Верно, — согласился Пестрецов. — За охраняемый периметр доставляют большое количество продуктов. Все машины собственные, с логотипами «Звездного Пути». Груз хорошо упакован, но оттого, что вокруг базы уже давно не происходит ничего подозрительного, доставщики начали слегка лениться. Так что порой через прорехи видно, что именно находится в упаковке. Белковый концентрат для суперфуд-коктейля. Продукты, богатые белком: яйца, бобы, рыба, мясо. Тофу, если я правильно идентифицировал часть названия. Гречневая крупа, пшенная крупа. Соя. Творог. Потребители этого товара активно конструируют фигуру и наращивают мышечную массу.
— Этим тварям нужно много белка, — задумчиво проговорила Грейс. — Чтобы поддерживать в порядке тела своих подопечных.
— Тела шахтеров? — мрачно поинтересовалась Рысь.
— Супербоевиков, способных двигаться быстрее Горностаев, — сказала фрау Кюнхакль. — Но главным образом да, шахтеров, которые способны долго выдерживать жесткое излучение двойной звезды.
— Вот сволочи, — проговорила Светлана.
— Раз в сутки из-за забора выходит автомобильный конвой, — сказал Родим. — Окон в микроавтобусах нет, но, в общем, и так ясно, что внутри люди. Хорошо хотя бы догадались не перевозить людей в скотовозках или крытых грузовиках, ради секретности. И въезжает кавалькада — правильно, на местный космодром, где пассажиров из микроавтобусов быстро пересаживают в транспорт.
— Большое спасибо за информацию квадрокоптерам дяди Лося, — проворчал Витковский. — Не? Никто не похвалит? Ладно.
— Спасибо, дядя Лось, — сказала Света. — Вообще-то это твои официальные обязанности согласно штатному расписанию.
— Понял, пся крев, — грустно произнес Витковский. — Заткнулся.
— Брось, Казимир, — миролюбиво произнес Песец. — Ты лучший. Что бы мы без тебя делали вообще?
— Лапу сосали бы, — буркнул Лось.
— Дядя Лось! А ты не пытался запустить беспилотник над огороженной территорией? — поинтересовалась Рысь.
— Пытался, конечно! — возмутился Казимир. — Ну, что за глупый вопрос? Только без толку. Сбили плазмой на пятнадцатой секунде полета.
— И больше ты, разумеется, ничего не запускал?
— Разумеется. Чтобы не взбудоражить противника. С одним коптером они еще могли решить, что мальчишки балуются. Но два беспилотника — это уже тревожная тенденция. Значит, кто-то всерьез интересуется территорией. И вот того, чтобы противник сделал такие выводы, очень хотелось бы избежать.
— Дальше самое интересное, — продолжал Родим, дождавшись, когда подчиненные обменяются мнениями. — Куда отправляется транспорт с людьми, никто не знает. Но раз в два-три дня из космопорта куда-то стартует грузовое судно, которое возвращается сутки спустя. Полусожранное коррозией, полуразрушенное. Поврежденные участки прямо хлопьями отслаиваются с корпуса, хорошо видно. Его прячут в экранированный ангар — видимо, для разгрузки. Тут уже беспилотники бессильны. Дальше следы груза теряются. Судя по всему, его дробят по более мелким контейнерам, и отследить его становится уже невозможно в принципе. Слишком много контейнеров перемещается между ангарами. Понятно только, что груза много, автоматические погрузчики так и шмыгают…
— Осталось только понять, куда эти смелые ребятки летают за грузом, — сказала Рысь. —
