Фите Паульсена и его подручных. Мы были так близки к этому – и это стало бы нашим огромным успехом! Но если вы не хотите, я сделаю это одна.
Ладно, это всего лишь неуклюжая отговорка. Но всё равно. Возможно, она подействует, и девочки пойдут со мной. А если нет, тогда они по крайней мере не спросят, зачем мне непременно нужно вернуться в порт.
– Ну, что скажете? У нас есть ещё пять часов, чтобы исправить ситуацию. До этого времени нас никто не хватится. Сейчас Сабрина покажет нам комнату. К тому же теперь у нас есть телефон и деньги. Мы не будем сидеть на месте, а снова поедем в порт. Если там у нас ничего не получится, Марианна никогда не узнает, что мы сделали ещё одну попытку. Тогда мы просто сядем в машину к Максу и ни слова никому не скажем.
Девчонки переглядываются. Потом Ким кивает первая, а остальные присоединяются к ней.
– Окей, – говорит она. – Давайте попробуем. Но если до 16 часов мы не добудем никаких убедительных фактов, мы вернёмся сюда.
Я торжественно поднимаю правую руку.
– Честное слово!
14
Мохнатый паршивец!
– Oh, nee! Wat wil je hier ook alweer? О нет! Что вам опять тут нужно?
Ладно, на сердечное приветствие это не походит. Но, вероятно, капитан Эдгар просто чуточку ошарашен нашим появлением на его замечательном пароме. Он стоит у причала «Хук ван Холланд», где паром, вероятно, делает небольшую остановку.
– Хелло, Эдгар, – кричу я с подчёркнутым оптимизмом, – мы хотим ещё раз побывать в порту. Но на этот раз, – я роюсь в кармане джинсов и достаю купюру в 20 евро, – у нас даже есть деньги на билеты.
Эдгар смеётся.
– Ну, это другой разговор. Тогда поднимайтесь на борт, мы сейчас отправляемся. – Он возвращается на паром, мы следуем за ним.
– Хотите подняться со мной на мостик? Я могу развлечь вас морскими байками про Роттердамский порт, – предлагает нам капитан Эдгар, едва мы поднялись на паром. – Всё-таки теперь вы настоящие пассажиры с билетами.
– О, это было бы супер! Абсолютно классно! – благодарю я, а остальные девочки тоже кивают. Эдгар широким жестом показывает на ведущие наверх ступеньки, и вскоре мы снова оказываемся там, где уже были утром, – на мостике парома. За штурвалом стоит всё тот же моряк. Увидев меня, он смеётся:
– Het joggingpak staat je good!
Я виновато пожимаю плечами.
– Извините, я вас не поняла.
Капитан Эдгар переводит:
– Он считает, что тебе идёт спортивный костюм.
Я чувствую, что немного краснею.
– О, спасибо, – бормочу я и отхожу в дальний угол. Если честно, то мне неприятно такое внимание к моему нынешнему виду. Кажется, Эдгар это замечает, потому что быстро меняет тему:
– Прежде чем я начну рассказывать про наш порт, вы всё-таки объясните мне, зачем вам понадобилось вернуться сюда. Ведь вроде тут на вас кто-то напал.
Эх, конечно, вопрос абсолютно справедливый. Что же нам сказать? У меня вспотели ладони, пока я искала подходящий ответ. Впрочем, Ким уже нашла его.
– Да, всё верно, – говорит она. – Но тех негодяев уже арестовала полиция. Правда, наших телефонов у них уже не было, и поэтому мы хотим посмотреть, не выбросили ли грабители их где-нибудь неподалёку. Может, нам повезёт и мы их найдём.
Вот это класс! Я поражена! Как быстро Ким высосала из пальца вполне убедительную историю. Что значит настоящая профи!
– Ах, вот оно что! – Капитан больше ничего не уточняет. Значит, вопросов у него больше нет. Он проходит к лобовым окнам капитанского мостика и глядит в них. – Тогда я расскажу вам то, что знаю про наш порт. Всё-таки я работаю тут больше двадцати лет. Может, у вас уже есть какие-то вопросы?
Я обдумываю его слова, и мне действительно приходит кое-что в голову.
– Эдгар, пожалуй, у меня странный вопрос, но у вас в порту есть какие-нибудь монголы?
– Монголы? – удивлённо повторяет Эдгар.
– Да, монголы. Может, это прозвище какой-нибудь группы людей? Ты когда-нибудь слышал о том, что в Роттердаме есть монголы?
– Как, в смысле люди, которые открыли китайский ресторан? С монгольскими блюдами? Или же люди, которые занимаются нехорошими делами?
– Э-э, скорее последнее, – отвечаю я. – Люди, возможно, имеющие дело с запрещёнными веществами, контрабандой или другими криминальными вещами.
– Хм. – Капитан склоняет голову набок и щурит глаза. – Криминальные монголы… дай-ка подумать. – Долгое время он больше ничего не говорит, но потом снова широко открывает глаза и поднимает указательный палец. – Ха! Пожалуй, так и есть!
– Да? Что же?
Ким, Миа и Алекс тоже с любопытством поворачиваются к нему.
– Регистр!
– Какой регистр? – В этом слове я не вижу ничего криминального. Скорее оно скучное и строгое.
– Монгольский судовой регистр. Порт приписки – Улан-Батор, – Эдгар усмехается.
– Хм, минутку, – удивляюсь я. – Порт приписки – Улан-Батор? Я, если честно, не слишком сильна в географии, но разве Монголия находится не в центре Азии? Прямо на горе между Россией и Китаем?
Наш капитан отзывается радостным кивком.
– Но как тогда Улан-Батор может быть портовым городом? Совсем без моря?
– Стоп, стоп! – Эдгар поднимает руки. – В Улан-Баторе нет порта на море. Но зато есть судовой регистр. В нём числятся все суда, которые ходят под монгольским флагом и, значит, принадлежат к монгольскому торговому флоту.
Я ничего не понимаю и таращу на него глаза.
– Торговый флот без моря? Зачем он нужен?
– О, конечно же, суда плавают по морям. Под флагом Монголии. Её называют «государством с удобным флагом». Или с «дешёвым флагом».
– Неужели? – Я недоверчиво качаю головой.
– Да-да. Такие вещи бывают. От Улан-Батора до любого моря очень далеко, но торговый флот Монголии всё равно насчитывает больше 400 судов. Причём на самом деле судоходные компании разбросаны по всему миру, какие-то, например, находятся в Англии или даже тут, в Роттердаме. Но их суда ходят под монгольским флагом, и тогда они подчиняются не строгим законам Великобритании или Нидерландов, а монгольским законам. Например, матросам платят гораздо меньше, а когда судно покидает трёхмильную зону, ни таможня, ни береговая охрана больше не могут его задерживать. Идеальные условия для контрабандистов и других преступников.
– Правда? Вот это да! И как раз то, что мы ищем! – заявляю я.
Эдгар поглаживает бороду:
– А я думал, что вы ищете ваши мобильные.
– Да, и их тоже, – торопливо заверяет его Миа. – Но нам показалось, что у тех бандитов какие-то дела с какими-то монголами. Во
