не уйду, — хмуро ответил учитель несмотря на то, что Интена кинулась выполнять поручение. — Я хочу знать, чего нам ожидать…
— Тирхан, не стоит спорить. Причин для волнений нет. Нам остается ждать новостей. В вестниках все равно ничего толкового нет, лэдор Геварский изволил обо мне беспокоиться.
Учитель нахмурился, а я продолжила.
— Все же он не получил ответа ни на одно из посланий. Все, что мы могли сделать — уже сделали. Осталось дождаться того мига, когда королевские посланники придут к какому-либо решению. Или они просто заберут Радана и вернутся в столицу, или они решат заехать к нам. Если второе, то хотелось бы, чтобы все вы обладали незамутнённым усталостью сознанием, были бодры и собраны. Потому что данная встреча, если и состоится, то не раньше, чем через пару-тройку вех.
— Хорошо… — устало выдохнул учитель, а я улыбнулась ему.
В этот момент вернулась Интена, причем с подносом, на котором стояли две чашки.
Я усмехнулась, вот ведь какие молодцы, видимо, с момента появления Люси и Тирхана в доме подготовились!
— Пейте, — приказала я, глядя на Люси и учителя.
Чувствую себя деспотом, но зная своих близких, не ошибусь, если скажу, что каждый из них точно бы забыл о том, что травяной отвар стоит выпить.
Тирхан закатил глаза, но молча выполнил требуемое. Люси так буквально сразу схватила с подноса чашку. Пили они пару минут, все же отвар был теплым.
— Замечательно, — выдохнула я. — Приятного отдыха.
Наконец они ушли, а я, глядя на молчавших Аррияша и Севрима, приказала:
— Немедленно соберите Сарвенду и ее служанок для отбытия из герцогства. Аррияш, всем королевским солдатам быть готовыми к отъезду. Они будут сопровождать Сарвенду до самой столицы и отвечать за нее головой.
— Ваша светлость, это приказ Его величества?
— Верно. — Кивнула я и посмотрела на последнее письмо. Оно-то и было королевским посланием, точнее вестником от аргерцога, в котором тот изъявлял волю своего государя.
Взгляд Интены не стал для меня сюрпризом.
Она смотрела на меня с укором, ведь я солгала учителю. Но знай он, что от меня потребовали и отдыхать бы Тирхан точно бы не отправился.
А ведь я все еще не знаю, что там с мужем, живой ли он? Добрался ли в итоге до владений Ойдохи, встретилась ли ему на пути его свита…
— Дурсу оставить здесь. Полагаю, она достаточно насмотрелась и в столице, и по пути сюда. — Вспомнив про маленькую сироту-предательницу, произнесла я. — Карету Сарвенды запрячь двумя кобылами Гражских толкачей. Аррияш, мы это обсуждали, помните?
— Да, Ваша светлость, я помню тех, кого вы отбирали для Его величества.
Вояка скромно умолчал, что отбирала я пять кобыл. Но теперь мои планы на этих лошадей изменились.
— Прекрасно. Тогда выполняйте. — Я дождалась пока мужчины оставят наедине меня с Интеной и только тогда произнесла. — Они требуют моего возвращения в герцогство Дарремское.
Глава девятая
— Тирхан… — в который раз простонала я, откладывая перо, кисть ныла, пальцы вообще судорогой сводило от длительной писанины.
И ладно бы ручка шариковая была! Так перо и чернильница! Неужели так сложно сделать деревянную палочку с металлическим наконечником? Всяко же лучше!
Нет, я все же оказалась избалованной цивилизацией, хотя прекрасно помню то время, когда учила сына правильно писать перьевой ручкой, разводить чернила, пользоваться промокашкой… К тому времени шариковые ручки уже существовали, но были они… скажем так, отвратительного качества, с современными и сравнивать нечего.
— Давайте сделаем перерыв, — выдохнула, но по взгляду учителя поняла, что отдых мне не светит.
Я точно знала, что Тирхан мстит: за то, что я его в такой момент усыпила и обманула, пусть и понимал, что это было продиктовано заботой о нем и его здоровье.
— Пиши-пиши, девочка. Раз уж научилась вестниками пользоваться Его величество не оценит твою писульку в три абзаца с размытыми чернилами да кривым почерком. Это для аргерцога сгодится, и то лишь потому, что, условия и ситуация к иному не располагали: требовалось как можно скорее поставить Его светлость в известность о происходящем на землях Моррисон.
— Учитель… — я с надеждой посмотрела на сына, который и не думал просыпаться, уютно устроившись прямо на полу (на пушистом ковре, в котором ноги по щиколотку утопали да с одеялами, куда уж без них!), в компании волка, обернувшегося вокруг ребенка кольцом.
Собственно Илиас уже сутки от себя морфа не отпускал, очень уж ему не понравилось отсутствие плюшевой живой игрушки… Три дня дитятко маялось и требовало волка… Дорвалось.
Морфу можно было только посочувствовать. Потому что в лес его дух выпускал максимум на десять минут — сходить по нужде да глотнуть свежего воздуха, потому что Илюшка такой ор поднимал — до небес просто, и успокоить его могла только я.
Я же была в мыле, и истерики сына хоть и принимала стойко, но… Когда ты не можешь весь день выпустить из рук дитятко, много ли сделаешь?
Тем более, что с одной стороны, я волновалась о морфе, который не возвращался, а Дух наотрез отказывался показывать, что с ним происходит, хотя я уж точно знала, что мог! Раз уж он аж за вехиман мне мужа показал, то и морфа мог, с ним у нас, несомненно, тоже имелась связь! И гораздо приятнее, чем узы Гименея[9] с герцогом.
С другой — приказ аргерцога, который доставил мне много неприятных минут. Да, я отписала ему ответ, предельно вежливо сообщив, что о таком явлении как Святая Ночь мне уже известно. Однако ждать плодов этой ночи не приходится, потому что муженек, упившись выдал свои, а также намерения Его величества, и мы немножечко поскандалили, что естественно никакому продолжению рода не способствовало.
А так как Его светлость был зол на то, что спутал дни и вместо послушной его воле и желаниям жены, получил вполне обоснованный отпор, то поддавшись возлияниям решился на прогулку в гордом одиночестве.
Даже любовницу не взял. И я не берусь судить связано ли это с устроенным скандалом, который девица закатила
