лет корпорации в Америке прошли путь от шпоры революционной войны за независимость до растущих хозяев своего народа. Неудивительно, что, учитывая историю предоставления корпорациям тех же прав и защиты, что и людям в глазах закона, корпорации процветали, и к 1890 году в Соединенных Штатах насчитывалось почти полмиллиона таких корпоративных лиц.
В начале XX века в прецедентном праве США, похоже, был закреплен еще один принцип управления корпорациями, требующий, чтобы компания работала исключительно на прибыль своих акционеров, а не на благо своих работников или общества. Речь идет о деле "Додж против Форд Мотор Компани" 1919 года, возбужденном акционерами Джоном и Хорасом Доджем, которым принадлежало 10 процентов акций Форда. В 1916 году Генри Форд решил потратить часть излишков капитала в размере 60 миллионов долларов США на реинвестирование в новые заводы, а не на выплату дивидендов. Братья Додж, друзья и деловые конкуренты Форда, не одобрили такое использование своих потенциальных средств: им нужны были дивиденды, а не новые заводы и сотрудники Ford. Поэтому они обратились в суд с иском к компании Ford, чтобы получить эти деньги по праву.
На суде Форд описал свое видение компании с точки зрения социального блага, назвав ее "инструментом служения , а не машиной для зарабатывания денег". Он объяснил: "Моя амбиция состоит в том, чтобы нанять еще больше людей, распространить преимущества этой промышленной системы на как можно большее число людей, помочь им обустроить свою жизнь и свои дома. Для этого мы возвращаем большую часть прибыли в бизнес". Он сказал, что его компания "организована так, чтобы делать как можно больше добра, везде и для всех, кого это касается... [...и, кстати, делать деньги", и свидетельствовал, что если вы даете рабочим хорошую зарплату и продаете недорогие автомобили, "деньги сами упадут вам в руки". Но Верховный суд штата Мичиган отверг эти доводы и принял решение в пользу братьев Додж, постановив, что Ford не может управляться как благотворительная организация, и указав, что деловая корпорация создается в первую очередь для получения прибыли ее акционерами. Суд постановил выплатить крупные дивиденды (около 19 миллионов долларов США), и братья Додж использовали эти деньги для создания собственного автомобильного бизнеса, компании Dodge Brothers Company.
Это дело часто цитируют, утверждая, что американское законодательство требует от советов директоров компаний максимизировать богатство акционеров, или прибыль, исключая все остальное. Хотя некоторые ученые-юристы опровергли это утверждение, дело стало определяющим для корпоративной практики и представлений населения о роли бизнеса в современной Америке - сердцевине промышленного капитализма и родине промышленных корпораций, а его дух был закреплен в мейнстриме послевоенной экономики, наиболее ярко выраженном Милтоном Фридманом.
В сентябре 1970 года в эссе под громким названием "Социальная ответственность бизнеса заключается в увеличении его прибыли", опубликованном в журнале The New York Times, Фридман ответил "бизнесменам", которые говорят о социальной ответственности бизнеса в системе свободного предпринимательства, включая "обеспечение занятости, устранение дискриминации , предотвращение загрязнения окружающей среды и все остальное, что может быть лозунгом современных реформаторов". По влиятельному мнению Фридмана, существует "только одна социальная ответственность бизнеса - использовать свои ресурсы и заниматься деятельностью, направленной на увеличение своей прибыли, при условии, что он остается в рамках правил игры, то есть участвует в открытой и свободной конкуренции без обмана и мошенничества".
Мнение Фридмана отражает долгую историю развития корпоративных прав без соответствующего признания их обязанностей. С самого начала своего существования в качестве акционерных обществ корпорации все больше приобретали такие права, как ограниченная ответственность, право на надлежащее судебное разбирательство, слияние и приобретение, не неся при этом соответствующих обязательств. Результатом стал "дефицит ответственности, при котором все заинтересованные стороны компании - инвесторы и неинвесторы - были, по сути, исключены из сферы знаний, надзора и контроля, связанных с быстрой индустриализацией", как выразился Аллен Уайт из бостонского Института Tellus (основанного в 1976 году для решения социальных и экологических проблем). Мы создали корпорации как организации, движимые в основном узкими, жаждущими прибыли корыстными интересами и настолько мало заботящиеся о сообществах , в которых они работают, что их поведение может граничить с психопатией, как, например, в случае с нефтяной катастрофой Deepwater Horizon компании BP в 2010 году и ее разрушительными последствиями для Мексиканского залива, а также многочисленными грехами и упущениями компании Enron, от разрушения окружающей среды до кражи прав рабочих. И все же, как отмечает Сухдев, "эта корпорация стала главным агентом современной рыночной экономики в двадцатом веке, поборником свободного рыночного капитализма".
Эта корысть привела к тому, что при принятии решений корпорации стали ориентироваться на все более сжатые временные периоды, стремясь получить максимальную прибыль к следующему квартальному отчету, чтобы умиротворить фондовые рынки, стремящиеся к максимизации их богатства. Эта культура краткосрочности привела к тому, что извлечение прибыли достигло новых маниакальных высот в ущерб рациональному ведению бизнеса. Исследование 2013 года показало, что 75 % финансовых директоров США не стали бы принимать решения, отвечающие интересам их бизнеса, если бы эти решения привели к невыполнению квартальных рекомендаций - то есть если бы это означало, что бизнес не оправдает их собственных прогнозов относительно прибыли в ближайшем будущем, выраженной в виде суммы денег на акцию, обычно приводимых в квартальном отчете. Это правило цифр, доведенное до крайности.
Публикация доклада Брундтланд в 1987 году ясно показала, что современное общество с его правилом экономического роста, основанным на краткосрочных соображениях, не может быть устойчивым в долгосрочной перспективе на нашей планете. Как мы уже видели , в этом докладе был введен термин "устойчивое развитие", который объединил ранее противоположные идеи защиты окружающей среды и экономического развития, и таким образом идея устойчивого развития вошла в экономический язык и в конечном итоге стала общеупотребительной. В нем также было дано широко распространенное определение устойчивого развития: "Человечество способно сделать развитие устойчивым, чтобы оно удовлетворяло потребности настоящего времени, не ставя под угрозу способность будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности". Забота о будущих поколениях в докладе Брундтланд разошлась с краткосрочным мышлением послевоенной экономики, ориентированной на экономический рост любой ценой, в первую очередь с фридмановской мантрой об оптимизации краткосрочных прибылей и приоритете создания акционерной стоимости.
Законы, регулирующие раскрытие корпоративной информации, - от первого британского закона, обязывающего акционерные общества раскрывать финансовую информацию в 1844 году, до требования Комиссии по ценным бумагам и биржам США о предоставлении аудированной финансовой отчетности в 1934 году, - обязывают детей свободного рынка (корпорации) говорить с внешним миром на языке финансовой отчетности. Но в XXI веке выяснилось, что даже язык корпораций дает
