предстоит встретиться! Кабаин в своём письме делал ещё одну попытку уговорить Коэнди-Самата образумиться и добровольно отправиться в замок в сопровождении Бусо-Кана. Но Йоши-Себер не сомневался, что скоро его кредитор перестанет быть столь щепетильным. Третьего демона он пошлёт, чтобы вырвать душу Коэнди-Самата и доставить её в Хирагуру. Йоши-Себер представил, как его тело, похожее на оболочку из мяса и костей, плетётся вслед за демоном — безвольная кукла, которая не может смириться с тем, что потеряла душу, и сама идёт в лапы Кабаина.
Йоши-Себер бросил письмо на стол и сел, обхватив голову руками. Ясно, что Бусо-Кан не выпустит его из Эдишамы — схватка произойдёт в городе, и не важно, сколько людей при этом погибнет. Все жертвы будут демону только в радость — захватив Йоши-Себера, он славно попирует трупами убитых.
За окном бушевала гроза, ежеминутно сверкала молния, и дождь нещадно хлестал по стеклу, проникая сквозь щели рамы. На пол уже натекла небольшая лужица. Йоши-Себер резко встал и вытащил из кармана Око. Сосредоточившись, он начал искать демона. Его взгляд проникал сквозь стены зданий и шарил по самым тёмным закоулкам Эдишамы. Он видел разврат и грабежи, семейные ссоры и тайные убийства, умирающих детей и стариков, полчища крыс, первые робкие свидания и рожающих матерей. Йоши-Себер был полон решимости найти Бусо-Кана и сразиться с ним — ожидание казалось слишком томительным, оно отнимало силы, увеличивая вероятность поражения. Йоши-Себер не хотел давать противнику преимущество. Лучше они схватятся сейчас, и пусть всё решится так, как предопределено судьбой!
Почти полчаса провёл Йоши-Себер в поисках врага и, наконец, обнаружил его на верфи в северо-западной части города. Бусо-Кан прятался в подвалах портового склада в сопровождении нескольких существ, похожих на людей, но излучавших совсем другую ауру — Йоши-Себер определил их как нежить, но кем именно они были, разобрать не сумел. То ли они прибились к Бусо-Кану уже в Эдишаме, то ли он привёл их с собой в качестве подручных. В любом случае, твари были отвратительны, поскольку явно выполняли роли паразитов при хищнике — подобно тому, как гиены следуют за львом, чтобы подъедать после него остатки. Пока Йоши-Себер разглядывал демона, тот поднял голову и воззрился на него белёсыми, слегка выпученными глазами. Под тонкой прозрачной плёнкой копошились белые жирные черви с чёрными головками. Ноздри демона раздулись, словно он учуял запах смотрящего на него человека. Йоши-Себер вздрогнул: на миг ему показалось, что Бусо-Кан рядом и видит его. Отключив артефакт, он взял сандогасу и вышел из номера.
Внизу к нему подскочил хозяин гостиницы.
— Господин! — прошипел он, делая страшные глаза. — У меня для вас важные сведения!
Йоши-Себер вопросительно поднял брови, но, видя, что Бакуро не торопится делиться информацией даром, усмехнулся.
— Этого хватит? — спросил он, доставая золотой.
На этот раз хозяин ломаться не стал и поспешно выхватил монету из рук Йоши-Себера. Это был дурной знак: раз Бакуро даже не попытался торговаться, значит, сам боялся того, о чём хотел сообщить.
— В чём дело? — требовательно спросил Йоши-Себер.
— О вас спрашивали! — прошептал Бакуро, озираясь, словно опасался чужих ушей. — Минут пять назад сюда вошли двое, переодетые торговцами, но я солдат сразу узнаю, можете мне поверить!
— Что конкретно они говорили? — Йоши-Себер нахмурился, пытаясь понять, кто мог интересоваться его персоной с учётом того, что он только вчера приехал в город.
— Спрашивали, как вы выглядите, показывали рисунок.
— И?
— Портрет не ваш. Но они были уверены, что тот человек поселился здесь.
— Приняли меня за другого?
Бакуро кивнул.
— Я им так и сказал, но они явно не поверили. Будьте осторожнее, господин.
— А почему они не поднялись ко мне?
— Мне пришлось солгать, что вас нет, — хитро прищурился Бакуро. — Мало ли кто интересуется моими постояльцами.
— Они тебе ничего не заплатили, да? — усмехнулся Йоши-Себер.
Хозяин гостиницы развёл руками.
— Увы, не все так дальновидны, как вы, господин! — он подобострастно поклонился.
Йоши-Себер сунул ему в руку ещё один золотой.
— Либо я встречу их на улице, — сказал он, — либо они снова заявятся сюда. Во втором случае, если меня не будет, предложи им подождать в номере.
— Вы уверены? Стоит ли пускать их?
— Боги велят нам быть гостеприимными, верно?
— Надеюсь, у меня не будет неприятностей? — озабоченно спросил Бакуро.
Йоши-Себер хлопнул его по плечу.
— Ты же сам сказал, что они обознались, так? Это просто ошибка, и когда я поднимусь, им всё станет ясно. Они поймут, что нашли не того, и отправятся дальше.
Бакуро кивнул.
— Полагаю, вы правы, господин. Мне нужно заботиться о репутации заведения.
— Весьма похвальное стремление. Не забудь только меня предупредить, что они пришли.
Хозяин гостиницы рассмеялся. Глазки у него при этом сощурились, превратившись в узкие щёлочки.
— Разумеется, господин, само собой!
— Вот и договорились.
Взяв у Бакуро тростниковый зонт, Йоши-Себер вышел на улицу. Он торопился и почти бежал, перепрыгивая через лужи. Очень скоро его одежда и обувь стали мокрыми (стоило ли переодеваться?), но он не обращал на это внимания.
Глава 28
На улице почти никого не было: люди попрятались от напасти и старались не выходить из домов. Лишь некоторые теснились под узкими навесами, надеясь, что дождь скоро прекратится.
Дважды сверкнула молния, грянул раскат грома. Йоши-Себер свернул в узкий переулок, пробежал под раскачивающимися на ветру вывесками торговцев и нырнул в арку между домами. Оказавшись на небольшой площади, он пересёк её и предстал перед храмом Аэдоля, покровителя земледелия.
Здание возвышалась над остальными постройками тёмной громадой, резные коньки в виде драконьих голов выглядели особенно зловеще на фоне грозового неба. По обе стороны от входа стояли скульптуры химерических многоруких существ, вокруг которых вповалку лежали нищие, слишком пьяные, чтобы найти в себе силы уползти от дождя в какое-нибудь укрытие. Сверху падали струи, вырывавшиеся из жерл водомётов, расположенных по периметру храма.
Взбежав по ступенькам, Йоши-Себер вошёл в приоткрытую дверь и огляделся.
Было темно, горели только свечи перед деревянными раскрашенными статуями богов. Из внутренних помещений храма доносилась тихая музыка — кто-то играл на лютне. Из прихожан были только две женщины и старик. При появлении Йоши-Себера они на миг обернулись, но тут же вернулись к молитвам. В дальнем конце храма виднелся алтарь, перед которым восседал бронзовый Аэдоль, обряженный в золотые и голубые одежды. В руках он держал серп и молотильный цеп. Шесть выпученных глаз, казалось, смотрели прямо на Йоши-Себера. Возле статуи стоял обритый наголо священник и медитировал. Двое служек разносили по храму голубые цветы глицинии и клали их перед изображениями
