том, что он в лучшем случае успеет выбраться из города, прежде чем Бусо-Кан начнёт преследовать его.
Когда он добежал до гостиницы, гроза пошла на спад. Дождь продолжал лить, но ветер уже дул не столь яростно и резко.
При виде Йоши-Себера Бакуро остолбенел, а затем крикнул мальчишке, чтобы тот помог господину.
— Вам нужно немедленно помыться в горячей воде! — заявил он, выходя из-за стойки. — Иначе вы простудитесь!
— Нет времени! — Йоши-Себер оттолкнул схватившего его за рукав мальчишку. — Я переоденусь и сразу же уеду!
Хозяин гостиницы мигом смекнул, что с постояльцем произошла неприятность, а значит, от него лучше поскорее избавиться. Отправив мальчика седлать лошадь Йоши-Себера, он поинтересовался, не желает ли господин прихватить что-нибудь съестное в дорогу, но Йоши-Себер уже скачками поднимался по лестнице, торопясь переодеться.
— Плащ! — крикнул он сверху. — Мне нужен плащ!
Он ворвался в свой номер и принялся срывать не высохшую до конца одежду. Другой у него не было, так что пришлось натянуть её. Вымокшую он свернул в узел.
Спустя пару минут слуга принёс ему плащ и горячий чайник, чтобы согреться. Получив за всё пару йуланей, он с низким поклоном удалился.
Йоши-Себер взял мокрую одежду подмышку и пересчитал деньги. Осталось не так уж много. Через некоторое время придётся посетить один из тайников, которые Йоши-Себер позаботился заранее устроить в разных частях Янакато.
Выйдя из номера, он торопливо направился к лестнице, но остановился, едва подойдя к ступенькам. Снизу доносились приглушённые голоса. Опустившись на корточки, Йоши-Себер выглянул и увидел трёх мужчин в тёмных плащах и округлых плетёных шляпах — такухацугасах. Все они были вооружены и выглядели как наёмники. Не какие-нибудь головорезы с большой дороги, а профессионалы — например, ронины или бывшие солдаты. Один из воинов стоял напротив Бакуро и что-то тихо говорил ему, размахивая левой рукой, а хозяин гостиницы отвечал с натянутой улыбкой. Было заметно, что он здорово напуган.
Возможно, это были просто желающие снять номера, но интуиция и выражение лица Бакуро подсказали Йоши-Себеру, что он видит тех самых людей, которые приходили раньше, чтобы спросить о нём. Воинам стоило заплатить хозяину гостиницы за сведения, но, вероятно, мастерство в обращении с оружием превосходило их сообразительность.
На всякий случай Йоши-Себер достал Око и вошёл на несколько секунд в гэнсо, чтобы убедиться, что внизу стоят не замаскированные демоны, а обычные люди. Так и оказалось. Единственное объяснение, которое приходило на ум: его нашли агенты, посланные преследовать Арэт-Джуна. Сейчас они, вероятно, подчинялись лорду Зиану и считали, что ловят изменника и убийцу императора. И были, разумеется, правы. Вот только Йоши-Себер вовсе не походил на Арэт-Джуна, и убедить в этом агентов не составило бы никакой сложности. Тем не менее, Йоши-Себер был совершенно не настроен объясняться с кем бы то ни было. У него осталось совсем мало времени, а эти люди могли его задержать — просто на всякий случай. Поэтому он осторожно вернулся в свой номер, скрестил руки и снова перешёл в гэнсо, только на этот раз при помощи доспехов. Можно было разобраться с троицей и внизу, но Йоши-Себер не хотел устраивать спектакль для Бакуро. Убивать же ещё и хозяина гостиницы, чтобы заткнуть рот свидетелю, он не желал тем более. Лорд Куригато учил его, что сопутствующие потери приемлемы, только если игра стоит свеч. Кровожадность не была в чести у стратегов.
Поговорив с Бакуро, агенты начали подниматься по лестнице. Они шли один за другим, держась ближе к стене, чтобы ступеньки не скрипели. Опытные убийцы, судя по всему. Едва ли им поручили пленить Арэт-Джуна. Скорее уж, привезти его голову.
Йоши-Себер отлично видел воинов сквозь стены в сиреневом мареве гэнсо. Три фигуры достали катаны и приблизились к его номеру. Один из агентов осторожно толкнул дверь. Она открылась, потому что Йоши-Себер не стал запираться: чем быстрее пришельцы окажутся внутри, тем скорее он с ними покончит.
Воины не спешили входить. Они стояли на пороге, осматривая комнату и прислушиваясь. Их явно удивило отсутствие постояльца, ведь Бакуро, очевидно, уверил их, что тот, кого они ищут, на месте — иначе они не стали бы мешкать в коридоре, да и красться тоже.
Йоши-Себер почувствовал, что теряет терпение. Кулаки у него сжались.
Один из агентов, наконец, вошёл, оба его напарника последовали за ним.
— Тут никого нет! — шепнул один.
— Может, он сбежал? — предположил другой. — Или подлец-хозяин нас обманул.
— Если так, я отрежу ему для начала…
Йоши-Себер резко захлопнул дверь, отрезав агентам путь к отступлению, и тут же схватил воина, стоявшего ближе других, одной рукой за шиворот, а другой — за пояс. Приподняв его над полом, рывком швырнул в стену и тут же метнулся ко второму противнику, заносящему катану для атаки.
Агент закричал — то ли от ярости, то ли от страха. Последнее вполне можно было бы понять: едва ли наёмники ожидали встретить в номере покрытое костяным панцирем чудовище.
Йоши-Себер пригнулся, пропустив над собой разрезавшую со свистом воздух катану, и ударил противника головой в живот. Агент отлетел футов на пять и рухнул на стул, превратив его в груду обломков: мебель в гостиницах никогда не славилась особой прочностью. Йоши-Себер добежал до стены, подпрыгнул, оттолкнулся от неё ногами и кувырнулся назад, пролетев над последним из наёмников. Конечно, этот трюк можно было проделать лишь благодаря доспехам, тем более, в комнате с низким потолком.
Глава 30
Так или иначе, нападавший оказался не за спиной Йоши-Себера, а перед ним. Он попытался развернуться, но было поздно: Коэнди-Самат схватил его обеими руками за голову, раздался хруст шейных позвонков, и воин тяжело рухнул на пол.
Тот, кого Йоши-Себер бросил на стену, уже успел подняться, сориентироваться, подобрать обронённую катану и теперь кинулся в атаку. Клинок просвистел в дюйме от головы Коэнди-Самата, тут же снова рассёк воздух, и острие уткнулось в костяные доспехи. Надо отдать воину должное: оружием он владел прекрасно. Не будь Йоши-Себер защищён колдовством, его сердце уже перестало бы биться, рассечённое катаной.
Прежде чем агент возобновил атаку, Йоши-Себер взялся за лезвие и обломал его — легко, как прутик. Затем перехватил запястье противника, вывернул и вонзил в нападавшего остаток клинка. Наёмник дёрнулся и захрипел. Из его рта хлынула кровь, пальцы закребли по костяным доспехам, глаза закатились. Когда он упал, Йоши-Себер заметил, что единственный из оставшихся в живых воинов успел подняться, но атаковать не спешил. Вместо этого он бросился к двери, надеясь скрыться. Отпускать его Йоши-Себер не собирался: возможно, эти
