Сердце Эйлис болело, и эта боль лишала ее сил. Она чувствовала много больше, чем страсть, но Александр давил в себе выражаемые ночью нежные чувства, как только просыпался утром. Каждую их ночь можно было бы назвать прекрасной, но каждое утро было для нее нестерпимым. У нее появилось ощущение, что ее используют, однако она не могла не ждать горячечной сладости его объятий в следующую ночь. Даже сейчас, когда его рука обнимала ее тонкую талию, а ее щека была прижата к его широкой груди, она желала его, однако он держался напряженно, как оскорбленная старая дева. Эйлис знала, что ей придется скоро принять определенное решение. Если она будет продолжать делить с ним постель, то превратится в его очередную шлюху и лишится остатков самоуважения. Чтобы избавиться от позора, ей нужно получить от него больше, чем пробуждающееся на ночь желание и жестокое равнодушие днем.
Когда Александр натянул вожжи и остановил лошадь, Эйлис отрешилась от своих невеселых мыслей. На другой стороне неглубокого ущелья находился участок выступающей земли. Она решила, что это и есть Паганс-Пойнт. Не ожидая помощи Александра, она соскочила с лошади и поспешила к Барре, чтобы помочь спуститься Сибил. Бедняга чувствовал себя очень неуверенно. Даже то, что близнецы сразу расположились у него по бокам, не подбодрило его.
– Она говорит, что это то самое место, – негромко произнес Барра, после чего посмотрел прямо на Эйлис: – Я хотел бы, чтобы ты сейчас сказала мне, что все это всего лишь игра.
– Не могу, Барра. Поверь мне, я понимаю, как ты себя чувствуешь. Я сама не хотела слышать это, – произнесла Эйлис.
– То, что ты понимаешь, является чепухой, – произнес Александр жестким и злым тоном, направляясь к ним. Его два тяжеловооруженных солдата, держа лошадей, настороженно смотрели на них. – Думаю, эта игра зашла достаточно далеко. Это был всего лишь какой-то трюк, чтобы попытаться бежать.
– Оставив Джейма одного? – Эйлис бросила на него неприязненный взгляд, после чего повернулась к Сибил: – Именно здесь ты видела щенков?
– Как она могла их здесь видеть? Она никогда не была на этом месте. – Глаза Александра округлились, когда Эйлис стремительно обернулась и взглянула на него. – Я начинаю уставать от всех этих глупостей.
– Тогда ты можешь уехать. Мы прекрасно справимся без тебя. Думаю, сейчас самое важное – успокоить Сибил. Мы можем это сделать, только поступив так, как она говорит. Когда она окажется права или не права, дело будет сделано и мы все отправимся домой. – Она повернулась к девочке: – Это здесь, моя радость?
– Да, – ответила Сибил. – Здесь. – Она отправилась к краю и показала на место в нескольких ярдах вниз по реке. – Именно там должны быть щенки. Мы должны отправиться туда и поймать их.
– Здесь есть пологий склон, тетя, – позвал Мейнус всего через несколько мгновений после того, как они с Рутом начали поспешно искать путь вниз.
– Ты уверена, что мы должны спускаться, детка? – спросила Эйлис, когда маленькая девочка схватила ее за руку и потянула к каменистой тропинке, по которой вниз уже карабкались близнецы.
– Да, мы должны поймать их там. Мне жаль, что я сказала об этом папе, тетя Эйлис, но я должна спасти щенков.
– Конечно, ты должна. – Эйлис услышала, как Александр приказал своим тяжеловооруженным солдатам присмотреть за лошадями. Она оглянулась и увидела, что владелец Ратмора ловко спускается за ними. – Думаю, вы очень расстроили дядю.
Сибил кивнула:
– Он очень печальный человек.
– Это так, моя радость. – «И я очень боюсь, что мне за это достанется», – подумала она, внимательнее присматриваясь к неровной дорожке.
Александр пробормотал проклятие и поспешно последовал за Баррой, детьми и Эйлис. Он не мог ничего разглядеть на земле по обеим сторонам реки, однако они могли сломать себе шеи из-за того, что девочка решила, что бедняжки там. У Александра было искушение приказать прекратить спуск, но он знал, что Эйлис права. Нужно было дать маленькой девочке проверить свой сон. Это был единственный способ покончить со сложившейся ситуацией.
Когда они наконец добрались до берега, почти столь же каменистого, как и дорожка, Эйлис отряхнула юбку.
– И где твои щенки, Сибил? – спросила она племянницу.
– Они скоро появятся, тетя. – Сибил выпрямилась и внимательно вгляделась в Паганс-Пойнт. Барра в это время отряхивал одежду детей.
Внезапно Эйлис подумала, что она, должно быть, неправильно определила время того, о чем говорила Сибил. Щенки могли не появиться сейчас – и даже через несколько месяцев. Бедная Сибил снова начала говорить о своих снах. Как раз когда Эйлис собиралась спросить Сибил, Александр толкнул ее сзади. Она нахмурилась и тут увидела, что он показывает на Паганс-Пойнт, где вверх по оврагу скакал какой-то человек.
Поначалу Эйлис не знала, на что смотреть – туда, где воплощался в жизнь сон Сибил, или на реакцию Александра. Хмуро посмотрев на Александра еще раз, она поняла, что ему не хочется смотреть. Его лицо стало бледным. Она знала, что он не собирается признавать дар Сибил.
– Там щенки! – закричала Сибил и, когда незнакомый человек потащил щенков к ущелью, зарыдала.
В то время как Александр и Барра взбирались вверх, чтобы вытащить мешок из неглубокой быстрой реки, Эйлис всячески удерживала своих племянников и племянницу. В то мгновение, когда Макдабы положили мешок на берег и Александр его развязал, Эйлис отпустила детей. Потом она направилась за ними, весьма удивленная.
– Поспеши, тетя, – позвала ее Сибил. – Они боятся, и им больно.
– Что она хочет сказать? – спросил Александр, когда она подошла к нему.
– Она чувствует это, – ответила Эйлис, наблюдая, как Барра и близнецы освобождают шесть трясущихся, мокрых, но живых щенков.
– Чувствует это?
– Да, милорд, чувствует. Любой может догадаться, как эти несчастные щенки должны себя ощущать, когда их запихивают в мешок и бросают с обрыва, но Сибил действительно чувствует это.
– И ты считаешь, что я поверю?
– Поступайте, как считаете нужным, милорд, но я бы посоветовала вам быть внимательнее, когда Сибил будет говорить о каком-нибудь человеке. Это может решить вопрос жизни и смерти. – Поскольку Александр на эти слова лишь выругался, она вздохнула, а затем поспешила обратно по дорожке. Ее не удивило, когда через мгновение она услышала за спиной топот копыт. Она повернулась к ошеломленному увиденным Барре.
– Может, это все же была какая-то игра, Эйлис? – спросил Барра, усаживаясь на камень и глядя на детей, внимательно осматривавших щенков.
Эйлис села рядом с ним и похлопала его по руке.
– Я искренне хотела бы, чтобы так и было. К этому трудно привыкнуть, но я все же надеюсь, что этот дар со временем исчезнет. – Он рассмеялся, и она слабо улыбнулась в ответ. – Людям это не нравится. Они этого боятся. И это было бы опасно для Сибил.
