Он дотянулся до плеча Менлика, который лежал рядом. Шаман тут же проснулся, жмурясь, словно кошка.
— Что случилось?
Какое-то мгновение Тревис колебался, сожалея, что поддался порыву. Он представления не имел, сколько Менлик помнит о настоящем. И он сам мысленно кисло усмехнулся подобной фразе — «помнит о настоящем». Людям, заброшенным в расовое прошлое, настоящее казалось куда как менее реальным. Но поскольку Менлик всё-таки сохранил знание английского, Тревис надеялся, что на лестнице прошлого он застрял не так уж далеко.
— Когда мы с Кайдессой встретились с вами, это случилось неподалёку от одной долины, — и Тревис скупыми словами описал её. Он по-прежнему не решался заговорить прямо, но кочевье монголов находилось невдалеке от башен, и они наверняка о них знали. — Внутри долины здания… очень древние.
Менлик окончательно проснулся. Он сел и принялся играть своим жезлом.
— Это есть или было местом невероятной мощи, Фокс. Я знаю, что ты сомневаешься в моём родстве с духами и властью, которую они приносят. Но когда к человеку приходит опыт, то он уже не станет идти против того, что чувствует здесь и здесь, — его длинные пальцы коснулись лба и груди. — Мне тоже пришлось пройти по каменным тропам той долины. И я слышал шёпот…
— Шёпот?
Менлик рассеянно покрутил жезл.
— Чрезвычайно тихий шёпот, который немногие способны уловить. Доносится, словно жужжание насекомого, и нельзя разобрать никаких слов. Да, это место великого могущества!
— Это место, которое необходимо исследовать!
Менлик невозмутимо продолжал играть жезлом, не отрывая от него пристального взгляда.
— Сомневаюсь я в этом, Фокс. Воистину сомневаюсь. Ведь как бы мы ни чувствовали, это не наш мир, и здесь вполне может найтись нечто, для кого или чего наше присутствие нежелательно.
Шаманские штучки? Или он действительно чувствовал нечто странное, что невозможно описать земным языком? Полной уверенности у Тревиса не было, но он знал, что когда-нибудь вернётся в долину и убедится в этом сам.
— Послушай, — сказал Менлик, придвигаясь ближе, — я понял, что ты побывал в самом первом звездолёте, который пронёс вас по древним тропам звёзд. Тебе приходилось видеть нечто подобное?
Он принялся рисовать кончиком жезла на мягкой земле. Кем бы там Менлик ни был в настоящем, перед тем, как превратиться в шамана орды, в нём пропадал отменный художник. Несколькими штрихами он создал на земле яркий, отчётливый рисунок.
Это был человек или, по крайней мере, фигура, напоминающая человека, — округлый, слегка великоватый для его комплекции череп был гол, одежда в обтяжку подчёркивала худобу конечностей. Существо обладало огромными глазами, маленьким ртом и носом, и все эти черты лица группировались внизу, опять-таки подчёркивая огромность черепной коробки. Тревису почудилось что-то знакомое.
Это не летающие люди с одной из планет, и уж точно не ночные гориллообразные существа. Однако Тревис был уверен, но ему уже где-то приходилось встречать подобный портрет. Он закрыл глаза и, сосредоточившись, попытался представить себе как бы эта фигура могла выглядеть воочию.
Похожая голова с бледной кожей словно из тонкой бумаги лежала на тонкой, немощной руке, обтянутой синим рукавом. Эта картина с невероятной ясностью всплыла в его памяти и он начал лихорадочно соображать; где же он мог такое видеть.
Апач не смог сдержать восклицания, когда наконец он вспомнил всё в мельчайших деталях. Пустой звездолёт, который они нашли в прошлом, и в нём мертвец, который всё ещё сидел за пультом управления. Тот самый инопланетянин, который установил навигационную кассету, ставшую виновницей их невольного путешествия по дорогам забытой империи…
— Где?! Когда ты его видел? — апач схватил Менлика за руку. Тот обеспокоенно повёл бровями.
— Он представился в моём воображении, когда я был в долине. Я почти увидел его лицо в одном из окон. Но не уверен, что это было на самом деле.
— Некто из давних-давних времён. Один из тех, кто однажды владел ключами от звёзд, — ответил Тревис. Неужели они ещё сохранились здесь? Остатки цивилизации, процветавшей десятки тысяч лет назад? Как узнать, оставались ли и теперь на Топазе эти яйцеголовые, столетия назад столь безжалостно преследовавшие красных, отважившихся ограбить их повреждённые корабли?
Ему припомнилась история бегства Росса Мэрдока от этих инопланетян в далёком прошлом Европы, и он содрогнулся. Мэрдок отличался отличной физической закалкой и железными нервами, но его рассказ о собственном бегстве навеял ужас на Тревиса. Ну что могла противопоставить им горсточка примитивно вооружённых и примитивно мыслящих землян?..
Глава десятая
— Дальше этого места, — Менлик остановился на самом краю обрыва, предостерегающе подняв палец, — дальше этого места никто не двинется.
— Но ты же говоришь, что кочевье твоего народа расположено в степях, — удивился Джил-Ли.
Он стоял на одном колене, обшаривая горизонт в полевой бинокль, который они нашли на звездолёте. Затем он передал бинокль Тревису. Ничего не было видно, кроме отдельных рощиц вблизи подножия холмов.
Стояло раннее утро. Монголы-проводники помогли им миновать перевал коротким путём, и теперь они стояли на склоне гор, глядя на далёкие равнинные земли, над которыми красные имели полный контроль.
Встреча двух вождей вылилась в компромисс. С самого начала Тревис прекрасно понимал, что шансы убедить всех членов клана в верности своего плана слишком малы. Даже желание выслать разведку натолкнулось на сопротивление Деклая и его сподвижников.
— Дальше этого места, — повторил Менлик, — они всегда настороже, и уже здесь способны управлять нами с помощью машин.
— А ты как думаешь? — Тревис передал бинокль Нолану.
Если у них и появится вождь, то именно такой, как Нолан. Высокий, худощавый, сдержанный и спокойный, он как раз подходил для такой роли. Нолан подрегулировал окуляры и принялся не спеша осматривать огромные пространства равнин. Внезапно он застыл словно окаменев. Рот сжался в тонкую линию.
— В чём дело? — спросил Джил-Ли.
— Всадники. Два… четыре… пять и ещё что-то… в воздухе.
Менлик дёрнулся, схватил Нолана за руку и потащил его вниз.
— Флаер. Все назад! — он, не переставая тянуть Нолана за собой, даже ткнул Тревиса одной ногой. Стоявшие вокруг апачи изумлённо наблюдали за всем происходящим. Шаман выпалил что-то на своём родном языке, а потом, взяв себя в руки, заговорил по-английски.
— Это охотники, а с ними машина для контроля. Либо кто-то сбежал, либо они хотят найти наше горное кочевье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
