сравнению с тем холодом, что растекается внутри.
— Подожди.
Её шёпот — как порыв ветра в пустой комнате. Я замираю. Не оборачиваюсь. Боюсь, что если увижу её лицо, то всё рухнет: и моя решимость, и её хрупкое «так будет лучше».
Медленно оборачиваюсь. Она подходит ближе — так близко, что я чувствую тепло её дыхания на своих губах. Её глаза — тёмные, глубокие, полные невысказанных слов.
Она медленно проводит языком по моим губам. Лёгкое, почти невесомое прикосновение — и всё во мне взрывается. Тысяча молний, тысяча вспышек, тысяча вопросов без ответов.
— Что же ты творишь со мной? — шепчу, и голос дрожит, будто натянутая струна.
Она целует — медленно, дразняще. Каждый миг растягивается в вечность. Я беру её голову в ладони, пальцы утопают в мягких волосах. Притягиваю ближе, углубляю поцелуй. Наши языки встречаются — сначала робко, потом всё смелее, всё отчаяннее.
В этом поцелуе — все слова, которые мы не смогли произнести. В нём — и страх, и надежда, и то самое «может быть», ради которого стоит рискнуть всем.
Я чувствую, как её руки обвивают мою шею, как пальцы впиваются в плечи — то ли чтобы оттолкнуть, то ли чтобы прижать ещё ближе. Неважно. Сейчас есть только это: её губы, её дыхание, её сердце, стучащее в унисон с моим.
Отрываюсь от её губ лишь на миг — чтобы заглянуть в глаза. В них — буря, которую она больше не прячет. И в этой буре я вижу то, ради чего готов пройти через всё: желание быть рядом. Настоящее. Искреннее.
Отрываюсь от её губ лишь на миг — чтобы заглянуть в глаза. В них — буря, которую она больше не прячет. И в этой буре я вижу то, ради чего готов пройти через всё: желание быть рядом. Настоящее. Искреннее.
— Дай мне время. Хорошо? — её голос звучит тихо, но твёрдо. В нём больше нет метаний — только просьба, простая и ясная.
— Хорошо. Сколько нужно, — отвечаю, не отрывая взгляда. В груди всё ещё бушует ураган, но в нём появляется новая нота — робкая, но уверенная: надежда.
Я осторожно отпускаю её, делаю шаг назад. Расстояние между нами снова увеличивается, но теперь оно не кажется непреодолимой пропастью — скорее границей, которую мы оба готовы пересечь, когда придёт время.
— Я уехал, — говорю, уже стоя у двери. Слова звучат не как конец, а как пауза. Как обещание вернуться.
Выхожу на улицу. Воздух холодный, свежий — он отрезвляет, но не гасит огонь внутри. Сажусь в машину, завожу двигатель. В зеркале заднего вида мелькает её окно — тёмное, молчаливое.
«Сколько нужно», — повторяю про себя. И знаю: я буду ждать. Потому что теперь у нас есть «потом».
Глава 19
ЛЕНА
Весь день на работе из моей головы не выходил Артём и наше с ним сумасшествие в субботу — сначала в сауне, потом в моей квартире. Я не могла ни на чём сосредоточиться: снова и снова вспоминала, как он меня целовал, как снял мою рубашку, как касался меня.
Я никогда ещё не испытывала такого сильного желания. Была в одном шаге от того, чтобы поддаться чувствам и раствориться в нём полностью. Не знаю, откуда у меня хватило сил остановить его и попросить не торопить события. В то же время я очень ему благодарна, что он меня услышал и не стал давить. Но чувствую — надолго меня не хватит.
Вчера он не звонил и не заезжал, а я в глубине души ждала этого. Очень сильно ждала. Каждая минута без его сообщений казалась бесконечной, я то и дело проверяла телефон, надеясь увидеть знакомое имя на экране.
После работы мы заехали с Юлей в пиццерию, выпили кофе. Она, конечно же, попыталась заговорить про Артёма. Я сильно не углублялась в рассказ, сказала только, что в субботу он ко мне заезжал. Юля смотрела на меня с понимающей улыбкой, но я лишь отмахивалась — не готова была делиться всем, что творилось у меня внутри.
Подъезжая к своему дому, я заметила красный Porsche Panamera Артёма. Сердце в груди от радости сделало несколько сальто.
«Он приехал ко мне?» — мысль вспыхнула яркой искрой, разогнав все сомнения.
Когда он вышел из машины, я обомлела: какой же он красивый всё-таки! Белая футболка обтягивала мышцы, подчёркивала крепкие руки. Голубые джинсы, дерзкая улыбка… От одного взгляда на него внутри всё замирало и тут же вспыхивало жаром.
— Сколько можно ждать? Ты же вроде до 18 работаешь? — начал он.
— Мы с Юлей заезжали попить кофе. Ты ко мне приехал?
— Нет, к соседке. Сегодня её день.
— Не смешно.
— Пойдём? — спросил Артём.
— Пошли, — кивнула я в сторону дома.
Он открыл дверь, достал пакеты.
— Что это за пакеты?
— Переезжаю к тебе жить, — улыбнулся Артём.
Мы зашли в квартиру. Я сняла туфли, чувствуя, как волнение пульсирует в каждой клеточке тела.
— Пойду приму душ и переоденусь.
В душе я всё ждала, что он предложит потереть мне спинку. Воображение рисовало картины, от которых становилось жарко. Но Артём удивил — никаких намёков.
— Иди, — только и сказал он.
Я быстро приняла душ, стараясь унять бешеный ритм сердца. Из головы не выходило, что он сейчас в моей квартире, что его запах, его присутствие заполняют всё пространство вокруг. Надела шорты и майку, вышла к нему.
Артём разложил содержимое пакетов на столешнице, достал кастрюлю и сковородку. Я и не знала, что они у меня есть.
— Что ты делаешь?
— Буду тебя кормить. Ты же наверняка голодная, а готовить, как я уже знаю, ты не умеешь. Да и времени у тебя нет. А доставка уже приелась, я прав?
— Прав. И что ты будешь готовить?
— Увидишь.
Я включила на колонках свой плейлист с Майклом Джексоном.
Артём удивлённо повернулся:
— Что? Я люблю Майкла. Он лучший.
— Я не спорю, — ответил Артём и продолжил хозяйничать на моей кухне.
Зрелище было шикарное: красивый мужчина в фартуке готовит что-то для меня и переживает, что я голодная. Это что-то новенькое. Пока он нарезал овощи, я не сводила глаз с его крепких рук и пальцев, которые ещё позавчера так крепко меня держали, впивались в кожу, заставляя терять голову.
Воспоминания нахлынули волной: его дыхание на моей шее, его губы, его шёпот… Я невольно сжала пальцы, пытаясь унять дрожь.
— Обо мне думаешь? — спросил Артём с игривой улыбкой, поймав мой взгляд.
Я лишь улыбнулась и подошла ближе. Скрестила
