— Это просто прекрасно, не так ли? — Говорит Ашер.
Я шикнула на него, когда Пит выложил последнюю карту. В башню ударила молния. Его глаза расширяются. — Тауэр. Ты скоро столкнешься с катастрофой. Твои прежние предубеждения будут смыты, но на их месте ты найдешь новую истину.
Ашер выглядит смущенным. Он поправляет воротник и смотрит на часы. — Пора на самолет, — говорит он, вставая и оставляя Пита и меня прощаться.
Я обнимаю своего друга. — Позаботься об Эс. Позаботьтесь друг о друге.
Он кивает. — Береги себя, — говорит он. Он отстраняется и пристально смотрит на меня. — В тебе есть что-то особенное, Ари. — Ты в порядке?
Я почти смеюсь над тем, насколько правдивы его слова. — Люди меняются, Пит. Жизнь меняет нас.
— Только не потеряй того, кто ты есть внутри.
***
Ашер хочет вернуться в особняк и отправиться домой, но у меня все еще есть немного времени, с которым можно поиграть, и поэтому я заставляю его идти со мной. — Пора тебе посмотреть, как живут эти 99 %, - говорю я, таща его за собой по улице. Сверху посыпается легкий дождик. Гудят машины, а вдалеке лает собака.
— Я не хочу видеть, как 99 % живет, большое спасибо. Я бы предпочел остаться в моем 1 % мира, какой бы мир я ни занимал.
Я отрицательно качаю головой. — Ты пойдешь со мной, мы поговорим, выпьем, и еще несколько часов я буду той девушкой, которой была до того, как все это случилось.
— Очень хорошо, Принцесса. Если ты настаиваешь.
Я беру его под руку, и мы идем дальше. Я показываю ему мой любимый магазин безделушек и место, куда я люблю ходить за кофе. Конечно, все закрыто, поэтому мы идем в бар, и я заказываю нам самые безалкогольные напитки в меню. Поскольку я явно не являюсь законом в этом мире. У него есть зонтик и несколько вишен.
Мы сидим на улице, наблюдая, как мимо нас проходят в основном пьяные люди, возвращающиеся домой из баров.
— Знаешь, я должен признаться, что немного завидую, — внезапно говорит он, пока я пью свой напиток.
— От чего же?
— Вашей стороне. Вашей дружбе. Эс и Пит, они для тебя как родные.
— Так оно и есть, — признаю я.
— Наверное, это здорово, когда люди что-то значат. Для меня каждый человек — это фигура на доске, которой можно манипулировать.
Мы допиваем наши напитки и продолжаем прогулку. Погода становится все холоднее, и я натягиваю куртку поближе к себе. Я скучаю по весу моего меча на бедре, но мне нравиться, что я могу носить джинсы здесь.
— Это печальный образ жизни, — говорю я, когда мы переходим улицу и проходим через парк. Вдалеке прогуливаются парочки. Утки плавают в пруду, охотясь за любыми угощениями, оставленными участниками пикника.
Мы останавливаемся у воды, наблюдая за птицами.
— Наверное, я научился этому у своего отца, — говорит Ашер. — Я никогда не задумывался об этом, но у тебя есть способ заставить меня взглянуть на свою жизнь иначе.
Я поворачиваюсь и смотрю на него. На его голубые глаза и точеное лицо. — Но ведь не все же пешки в твоей игре?
Он поднимает руку к моей щеке. — Не все.
Он не Фэн. Но он же Ашер. Красивый, обходительный, обаятельный Ашер. Кто-то, кто верит в мир, кто борется, чтобы сделать эту мечту реальностью. Он может быть лучшим выбором для короля. Разве я не обязана перед этим миром увидеть, есть ли между нами искра?
И поэтому, когда он спрашивает, может ли он поцеловать меня, я киваю.
Наши губы сходятся вместе.
И он очень нежный. Очень мило.
Я как будто целовала моего брата.
То есть, если бы у меня был брат.
Мы отстраняемся друг от друга.
Он странно смотрит на меня. — Совсем ничего?
Я отрицательно качаю головой. — Вообще-то нет. Без обид.
— Я и не обиделся. Это было… странно.
Я смеюсь. — Спасибо.
— Ты же знаешь, что я имею в виду, — говорит он, толкая меня в плечо.
— Да, я знаю. Проблема в том, что я не думаю, что это меня ты должен целовать.
Он ничего не говорит, но я точно знаю, что смотрю ему прямо в глаза. — Есть много способов, как эти вещи могут сработать, — говорит он.
— Неужели? Например?
Он поворачивается ко мне и очаровательно улыбается. — Женитьба на мне. Я не буду настаивать на верности. Ты можешь получить Фэна и все равно быть королевой. Выбери короля, который будет лучше всего подходить для управления нашим миром.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я подавляю смешок. — Так ты предлагаешь разделить меня с Фэном? Вы когда-нибудь встречались со своим братом?
Ашер потирает подбородок. — Ты совершенно права. Это может не сработать так хорошо в реальности, как в теории.
— Мы же друзья, Ашер. Хорошие друзья. Настоящие.
— Нет… ты просто так говоришь…
— Нет, Ашер. Я честна. Так что, как ты видишь, у принца гордости действительно есть друг.
Его глаза блестят. Чуть-чуть слез. Но только на мгновение. Он вытирает лицо и улыбается. — Но ты все равно должна выбрать принца, чтобы выйти за него замуж и стать королевой. А Фэн не хочет править.
— Но этот выбор не обязательно делать сегодня вечером, — говорю я.
— Верно, но он должен быть сделан.
— Если я чему и научилась за последние несколько месяцев, так это тому, что будущее невозможно предсказать. Вы никогда не знаете, что произойдет, чтобы изменить обстоятельства.
Он вздыхает. — Это вполне возможно, но контракты с демонами не могут быть разорваны.
Я улыбаюсь и натягиваю на себя пальто. — Это я знаю.
— Тогда почему ты улыбаешься?
— Потому что если я и узнала что-то еще, так это то, что в каждом контракте есть лазейка. Даже демоническая. И я собираюсь ее найти.
Глава 11
ПО ЕГО СЛЕДАМ
— Это громко, всепоглощающе, многослойно, как хор. Он мягкий и твердый одновременно. Он нежен и яростен. Не женщина и не мужчина. Что-то еще. Он окружает меня. Он обнимает и поглощает меня.
— Арианна Сперо
Когда мы возвращаемся в замок Ашера, Сери уже расхаживает по прихожей. Увидев нас, она подбегает к нам, поправляя свое серебряное платье.
— Было еще несколько нападений, — говорит она. После нашего последнего разговора она говорит более уверенно.
— Ваду уничтожил один из торговых кораблей Зеба, а Рику поджег дворец Ниама. Принцы собираются в Высоком замке, чтобы проголосовать за курс действий.
Ашер хмурится. — И когда же?
— Сейчас же, милорд.
— Черт возьми! Им лучше не принимать никаких решений без меня.
— Без нас, — поправляю я.
— Он вздыхает. — Полагаю, тебе лучше пойти со мной. В конце концов, ты в большей безопасности с принцами.
Мы выходим из замка и снова садимся в лодку Ашера. Солнце стоит высоко в небе, когда мы едем на юг. — Мы не можем позволить им вторгнуться в Дальноземье, — слабо говорю я. Я не спала всю ночь, и это дает о себе знать.
Ашер кивает. — Я согласен. Если мы пройдем мимо стен, друиды соберут армию, чтобы встретить нас. Это будет хаос. Пострадают обе стороны. И наша надежда на мир будет лишь мечтой.
Я ерзаю, думая об альтернативах. — Может быть, мы сможем предложить мирный договор.
Он хихикает. — Не забывай, что мои братья не любят покой. Еще раз напомню, почему Ашер стал бы лучшим королем. А если они захватят одного из друидов… я молюсь, чтобы они не узнали о путеводных камнях.
Каменная дверь. Подъемник. Путь в Авакири. — Ашер, как это вампиры не знают о дверях?
Он пристально смотрит на горизонт. — Когда мы вторглись в Инферну, то уничтожили всех на своем пути. Фейри, которые могли, начали убегать. Мы думали, что они отступили в Дальноземье. По правде говоря, они бежали в Авакири. Они послали армии навстречу нам, чтобы попытаться вернуть свои земли. Каждый их солдат поклялся хранить тайну. Они скорее умрут, чем откроют предназначение дверей. Когда мы убили последнего из высших Фейри в этом мире, мы думали, что война выиграна. Но потом мой отец, с помощью методов пытки, которые я едва ли могу себе представить, узнал о путеводных камнях. Он обнаружил, что эльфы все еще удерживают половину этого мира, все еще имеют армии, все еще имеют крепости. Он ничего не сказал ни мне, ни моим братьям. Он решил заставить нас поверить, что мы правили всеми, что мы победили всех. В конце концов, он спас много жизней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
