Лотар через силу улыбнулся.
– Гораздо важнее, Рубос, что те силы, которые противостоят нам с самого начала, теперь не станут ждать, пока Блех выгонит нас из Ашмилоны. Они попытаются атаковать.
– И мы наконец-то дождемся боя, – полувопросительно сказал мирамец.
– Нет, – спокойно ответил Лотар. – Мы нападем первыми.
ГЛАВА 17
Вблизи Звездная башня казалась огромной. Она вздымалась в темное небо, сливаясь с ним в вышине. Дверной проем был заложен каменными блоками едва ли не крупнее тех, которые лежали в основании башни. Все окна тоже были наглухо закрыты каменной кладкой. К башне не вела ни одна тропинка, люди обходили эти стены не ближе, чем за сотню шагов.
Трава здесь не росла. Вероятно, на этих стенах, по крайней мере в нижних ярусах, лежало какое-то заклятье: едва сапоги Лотара перестали задевать стебли невысокого репейника, он ощутил на лице сухой жар, как будто ему на кожу попали капельки яда тарантула или скорпиона. Он вступил в зону, напоенную тяжелой, опасной магией.
– Не подходи пока, – сказал он Рубосу. – Успеешь еще отравиться.
Он прошелся вдоль стены. Как попасть внутрь? Ход существовал, только был скрыт магией и лежал глубоко под землей. Воспользоваться им, не предупредив противника о своем приближении, наверняка невозможно. Нужно искать что-то еще, но что?
Лотар приложил к стене руку. Сначала камни показались ему такими же, как всегда, но вдруг он понял, что рука дрожит от слабости или немой, неощутимой боли. Он отдернул руку и встряхнул, чтобы капли враждебного колдовства отлетели подальше.
Он поднял голову. Темная стена, ровная, как зеркало. В швы между блоками невозможно уложить даже соломинку. И так ряд за рядом, ряд за рядом… Лотар присмотрелся. На высоте сотни локтей по периметру были выложены декоративные зубцы, и почти сразу за ними стена поднималась выше. Но между зубцами и стеной наверняка устроен карниз в три-четыре фута шириной. Только есть ли оттуда выход и как там оказаться?
Вообще-то Драконий Оборотень мог и взлететь, трансформировав руки, как при перелете из оазиса Беклем в Ашмилону, только гораздо меньше, потому что одно дело лететь десятки лиг, а другое – подняться на сотню локтей. Но трансформироваться на глазах Рубоса и не иметь возможности потом смыть с тела слизь, которая останется после возвращения в облик человека… Вдобавок процедура затянулась, а рассчитывать на то, что стражники не обратили внимания на крик раненой птицы Сроф, не приходилось. Нужно было попробовать что-то более простое и быстрое. В общем, все было ясно. Лотар не знал, правда, как к этому отнесется Рубос и получится ли это вообще, но попробовать стоило. Или нет?.. Если не удастся с трех попыток, решил Лотар, придется трансформироваться.
Лотар вернулся к Рубосу почти бегом:
– Давай веревку. – Тот достал ее из мешка. – Укладывай кольцами, чтобы каждое последующее кольцо оказалось поверх предыдущих.
Рубос принялся за дело. Лотар осмотрел арбалет. Тетива в том месте, где касалась заколдованной стрелы, потемнела, но прочности пока не потеряла. Он достал одну из обычных стрел и, как только Рубос кончил свою работу, привязал к ней веревку. Взвел арбалет, наложил стрелу.
Стены, казалось, нависали над каждым, кто смотрел на них снизу, зубцы были слишком высоко, дело представлялось совершенно безнадежным. Желтоголовый поднял арбалет, прицелился. В птицу Сроф он целился не так аккуратно…
Хлопок, стрела взвилась, увлекая за собой веревку. И где-то высоко, так высоко, что Рубос даже не увидел этого, пролетев между зубьями, ударилась в стену за ними и отрикошетила в сторону. Вот она уже падает, протаскивая веревку между декоративными зубцами.
Она упала в полусотне шагов от башни. Вдоль ее древка, почти до середины, прошла трещина. Теперь веревка обоими своими концами свисала до земли.
– Здорово, – проговорил Рубос. – Наверное, долго тренировался?
– Как сказал один верблюд, поедая финики, никогда прежде не пробовал, а оказалось, что умею.
Лотар привязал толстый, с руку Рубоса, арбалет вместо стрелы и потянул второй конец вниз. Арбалет, покручиваясь туда-сюда, пополз вверх.
– Сколько в этой веревке?
– Мне сказали, локтей двести пятьдесят.
– Значит, нам ползти по ней почти половину этого расстояния. И на одних руках, ногами зацепиться за этот шнур невозможно.
Рубос кивнул.
– Тогда давай поднимем твои вещи, пояс и мою рубашку отдельно.
Арбалет уперся концами в соседние зубцы и, насколько Лотару было видно, держался крепко. Он проверил Гвинед за плечами, поплевал на руки и полез вверх, упираясь ногами в стену.
Это было очень трудно. Ноги срывались, руки вспотели и скользили, иной раз Лотару приходилось напрягать все силы только для того, чтобы не сползать вниз. Он не поднялся и на половину высоты, а ему уже стало казаться, что стена никогда не кончится. Он запыхался, у него заболели мышцы плеч и груди. Но когда он представил, как здесь через несколько минут будет подниматься массивный и менее гибкий Рубос, ему уже пришлось убеждать себя не очень спешить, чтобы по-глупому не сорваться.
Когда он схватился за зубцы и вытащил себя на пыльную площадочку, то почувствовал не меньшую гордость, чем в тот момент, когда победил мантикору. Он перевел дыхание и осмотрелся.
Карниз шириной в полсажени обводил башню по периметру. Его хватало, чтобы даже на такой высоте чувствовать себя в безопасности. Лотар пошел по уступу, ощущая на лице ветер из пустыни. Здесь уже не было никакой магии, стены были обычными, как их сложили в незапамятные времена.
На обратной стороне башни он нашел то, что им было нужно, – небольшое круглое окошко, забранное толстым стеклом. Лотар попробовал стекло – прочное. Вытащил кинжал, ударил рукоятью и послушал, как зазвенели осколки. Потом просунул голову внутрь и осмотрелся. С внутренней стороны башенной стены шел узкий, не шире трех футов, и высокий коридор. Справа он круто опускался куда-то вниз, а слева поднимался вверх. На ступеньках лежал толстый, не менее четырех дюймов, слой нетронутой пыли. До них было не более шести-семи локтей. О лучшем нельзя и мечтать. Лотар вернулся к месту подъема. Рубос уже привязал к веревке сумку, свои доспехи и остальное их имущество. Он остался в рубашке, поверх которой затянул ремни, удерживающие его ятаган за плечами.
Лотар быстро поднял тюк наверх, развязал его и бросил рядом. Они все-таки слишком мешкали. Между стен, где можно было пройти к обитаемой части дворца, появились факельные блики. Это была стража. А Рубос еще стоял внизу. Желтоголовый скинул веревку, Рубос, не подозревая о противнике, стал карабкаться, упираясь ногами в стену. Он лез тяжело, почти сразу потеряв дыхание, делая много лишних движений. Лотар не знал, виновата ли в этом накопившаяся усталость или на мирамца действовала злая магия Звездной башни. Так или иначе, Рубос не вскарабкался и на треть нужной высоты, а уже стало ясно, что до верха он не поднимется.
