Рубос вздохнул, встал и принялся одеваться. Его движения были неторопливы, словно он готовился к битве. Так оно и было на самом деле. Когда латы легли на его плечи и Рубос стал застегивать боковые пряжки, он спросил:
– Ну, чего разлегся? Если все так серьезно, тогда, похоже, у нас и выбора нет. – Помолчав, он добавил: – У тебя неплохая тактика – делать то, что для всех, даже для меня, оказывается неожиданностью. Пока она приносила успех. Посмотрим, что будет дальше.
– Подожди. – Лотар сел и опустил босые ноги на пол. – Я не уверен, что правильно понимаю ситуацию.
– Не притворяйся. Я убежден, ты давно все продумал. И не знаешь только, какой из нескольких способов верного самоубийства выбрать.
– Чтобы не тратить времени, – ответил Лотар, улыбаясь, – попробуем их все одновременно. А для начала сделай-ка вот что…
ГЛАВА 16
Пока Лотар одевался и пристегивал оружие, Рубос уже вернулся. Он ввалился в комнату и с грохотом опустил на стол массивный арбалет.
– Бестолковая штука, – прокомментировал он. – И за эту вот деревяшку негодяй из оружейной мастерской потребовал целых два нобиля. Я его чуть пополам не разорвал. Кстати, как ты с ним познакомился?
– Он мне приглянулся, пока ты перебирал шлемы с Блехом перед битвой с Освирью. Не жалей денег, ты заплатил их не за самострел, а за молчание.
Рубос кивнул.
– Конечно, раз ты сказал, пришлось согласиться. Но все это очень смахивает на попытку поскорее разориться.
– Стрелы, – напомнил Лотар.
Рубос вытащил из-за пазухи пять тяжелых арбалетных стрел. Оперенье у них было сделано из полосок тонкой кожи, которые заставляли их вращаться в полете.
– А остальное?
Рубос кивнул и достал моток тонкой конопляной веревки, которая вполне могла выдержать даже массивного мирамца. Лотар улыбнулся.
– Теперь все в порядке. Кстати, тебя никто не заметил? Если королевские шпионы узнают, что мы что-то замышляем, нам не дадут с места сойти.
Рубос успокаивающе поднял руку.
– Тогда так. – Лотар прошелся по комнате, собираясь с мыслями. – Надень-ка вот это. – Он передвинул по столешнице пояс с монетами. – Тебе это меньше помешает. Потом это. – Он пнул ногой сумку с книгами и своими пожитками.
Потом подошел к умывальному кувшину и, стараясь не пролить ни капли, наполнил флягу. Рубос следил за ним, начиная догадываться.
– Мы уходим?
Лотар кивнул и произнес:
– И флягу тоже придется нести тебе.
Рубос шумно вдохнул воздух.
– Ты решил все сделать без моей помощи?
– Не обижайся, Рубос, но ты двигаешься со всей этой поклажей так же медленно, как и без нее. А меня она свяжет. Я думаю только о целесообразности. Но даже в этом случае может получиться, что к утру мы оба будем мертвы.
– Вот что значит хороший командир, – все еще посапывая от обиды, проворчал Рубос, – двумя словами умеет поднять настроение.
Когда все было готово, Лотар взял две стрелы и положил их на стол, а сам сел на скамейку.
– Теперь держись от меня подальше. Лучше всего, – он посмотрел на Рубоса очень печально, – выйди из комнаты и последи, чтобы никто не вошел.
– Делай свое дело, – ответил Рубос, – и оставь мне мое.
– Как знаешь.
Лотар сосредоточился, очистил сознание, не думая о том, что ему предстояло. Когда он решил, что готов, он произнес приказ, и тогда злоба и ненависть закипели в его душе как составляющие зла, которое вложил в него Гханаши в оазисе Беклем. Это была ненависть ко всему живому, это была злоба на все, что могло оказаться на его пути и поэтому должно было лежать во прахе, уничтоженное его силой. Это была жгучая страсть к разрушению, способная сделать его сильнее. И когда, казалось, он вот-вот схватит оружие и бросится по коридорам, убивая всех без разбора, неимоверным усилием воли он перевел все, что чувствовал, в ярко-красную, горячую, как лава, и тягучую, как кровь, энергию, которую медленно, капля за каплей стал собирать в пальцах.
Теперь его руки были словно напитаны ядом, и он знал, что его рукопожатие теперь так же смертельно, как отравленный кинжал. Один его взгляд вызвал бы у обычного человека болезнь, а крик, если бы он захотел крикнуть, оглушил и, возможно, ослепил бы каждого, кто услышал бы его. Он сосредоточил эту энергию под ногтями и осторожно, стараясь не попасть на столешницу, вылил ее на стрелы.
Вокруг стрел сейчас же появилась рубиновая аура, которая растеклась по ним от конца с опереньем до острия, становясь все сильнее, все насыщеннее. Когда Лотар почувствовал, что зло вытекло из него полностью, он выровнял дыхание, успокоил сердце, расслабил мускулы. Он снова был почти человеком. Почти…
Лотар посмотрел на стрелы. Он по-прежнему видел ореол вокруг них и темный, кровавый отсвет на стенах, который они отбрасывали. Он протянул руку, поколебавшись, отвел ее. Сдернул с кровати простыню, сложил ее до размеров платка и лишь после этого взял стрелы. На плохо струганных досках от них остался четкий черный след, словно выжженное тавро. Другой рукой он провел над отпечатком, снимая остатки зла, хотя не сомневался, что завтра же этот стол и все, что было в этой комнате, сожгут. Возможно, и саму комнату замуруют, потому что ни жить здесь, ни даже находиться долгое время нормальный человек теперь не сможет никогда.
Он повернулся к Рубосу. Тот стоял, привалившись к стене, оставаясь на ногах только благодаря своей недюжинной воле. Лотар растянул запекшиеся губы в некое подобие улыбки. Рубос медленно вытер пот с лица.
– Если бы у меня был выбор, – проговорил он шепотом, – возможно, я бы выбрал другого напарника для путешествия домой.
– Я же советовал тебе выйти…
Рубос вздохнул, выпрямился. Ноги его дрожали в коленях. Он качнул головой.
– Не знаю, сумею ли я теперь относиться к тебе по-прежнему.
– Я – человек, – твердо произнес Лотар. – То, что я делаю, служит наилучшим доказательством моей человечности.
Рубос обреченно махнул рукой.
– Все правильно. Не обращай внимания на старого дурака.
Лотар завернул заколдованные стрелы в покрывало и, подхватив самострел, встал.
– Ну что же, – сказал он, жестко улыбнувшись, – теперь мы готовы.
Они вышли в коридор. Лотар чуть не наступил на стражника, который должен был, по идее Блеха, стеречь их. Почтенный воин похрапывал, подергивая ногами, как собака, которой снится, что она гонит зайца.
– Что ты с ним сделал? – спросил Лотар. Рубос удивился.
– А я думал, это твоя работа.
– Да? – Лотар рысьим взглядом осмотрел полутемный коридор. Все было спокойно. – Плохо, очень плохо. Может быть…
– Что?
– Ничего. Мы все-таки будем действовать, как задумали.
