Читаем без скачивания Голубые ангелы - Чингиз Абдуллаев

Ничего не поняв, Мигель растерянно отступал в сторону дверей. Громадная дверь нависла прямо над ним. Постучаться не успею. Прирежет. Надо драться, подумал Мигель, чувствуя легкую дрожь в правой ноге. Удар. Еще удар. Нога скользнула по плечу нападавшего, не причинив ему существенного вреда, а лишь отбросив его на шаг. Еще удар. Мимо. Заключенный взмахнул ножом. Мигель увернулся. Сталь прошла в нескольких сантиметрах от шеи. На этот раз Мигель нанес точный удар в живот. Глухонемой застонал, скорчился, но ножа не выронил. Еще удар по затылку. В последний момент заключенный, собрав все силы, с размаху, всем телом налетел на Гонсалеса. Оба покатились на пол.

Сосед Мигеля поднялся первым. Гонсалес успел лишь выпрямиться и резко скоординировать в сторону, когда почувствовал обжигающую боль в груди. На рассеченной рубашке расплывалось большое красное пятно. Не давая ему времени опомниться, глухонемой снова взмахнул ножом. Собрав все силы, Мигель оттолкнулся от стены и нанес удар «анеми». Этот страшный удар стал уже легендой в каратэ. К нему очень редко прибегают даже профессионалы. Человек умирает еще до того, как упадет на землю.

Все. Гонсалес прислонился к стене и медленно сполз на пол. Все. Вот тебе и спокойная ночь, и приятное соседство… Это, конечно, человек триады. Похоже, он недооценил ее оперативность. Господин Муни сделает все, чтобы Мигель Гонсалес замолчал навсегда. Сегодня ему повезло. А завтра? Завтра кто-нибудь из полицейских за солидную мзду может пристрелить его при попытке к бегству. Ждать больше нельзя. Надо бежать.

Он потрогал грудь. Кажется, нож не причинил вреда. Он только скользнул по груди, рассекая кожу. Просто рана. Крови вытекло порядочно, но ничего страшного. Мигель разорвал рубашку со спины и приложил кусок материи к ране. Болит. Но ничего. Терпимо. Теперь надо бежать. Бежать во что бы то ни стало. Утром может быть поздно. Как? Надо придумать. Нет тюрьмы, из которой нельзя бежать. Нет безвыходных положений. Надо думать, думать, думать…

Остров Мадура. День шестнадцатый

Яхта лениво покачивалась на волнах Мадурского пролива. В иллюминаторе виднелась зеленая листва острова. Луиджи, развалившись на диване, смотрел на хозяина каюты, возившегося у бара с напитками.

— Честно говоря, я не поверил своим глазам. Ты — и вдруг здесь, на Мадуре. Думал, ошибаюсь. Потом вижу — он. Надо же. Здесь — и такая встреча. В этой глуши. — Луиджи взглянул на собеседника. — Думаешь, случайность?

Хозяин каюты усмехнулся.

— Конечно, нет. Видимо, мы делаем одно и то же дело, просто с разных концов.

— Не знаю.

— Ну ладно, ладно… Не темни. Сколько лет прошло, а ты все такой же скрытный. Я ведь сразу понял, для чего ты здесь. Офицер АНБ [21]  и вдруг на Мадуре. Ясно. По тому же вопросу, что и мы.

— Мы? Вас здесь много?

— И не только здесь, — собеседник Луиджи протянул, ему стакан. — Целая группа. Обеспечиваем блокировку информации.

— Какой?

— Можно подумать, ты не знаешь. Так и быть. На правах старой дружбы. На Флоресе [22]  найден уран. Сам понимаешь — наше правительство придает этому событию особую важность, учитывая месторасположение этого района. И вот мы здесь.

— Ясно. Значит, это корабли с Флореса идут под такой охраной?

— Конечно, нельзя же рисковать.

— Понятно. Теперь действительно понятно многое. — Луиджи отхлебнул виски, не отводя взгляда от хозяина каюты.

Когда он увидел его там, в порту, то сразу догадался, что Роберт Кларк — один из профессионалов ЦРУ — не приедет на Мадуру просто так, отдыхать. Очевидно, и Кларку не стоило большого труда моментально сообразить, что Луиджи Минелли, или, вернее говоря, бывший офицер ЦРУ и сотрудник АНБ Дамиано Конти, а ныне помощник регионального инспектора «голубых», не ради скуки на Мадуре.

Увидев друг друга, они по изумленным взглядам догадались, что встреча была неожиданной для обоих. Оба были профессионалы и довольно долго не вступали в контакт, хотя Кларк и кивнул Конти, поворачивая в другую сторону. Луиджи поспешил за ним. Они все же перекинулись несколькими фразами, и вот теперь Луиджи сидел здесь, в каюте Кларка, на его яхте, очевидно, служащей прибежищем для агентов ЦРУ.

Их встреча была случайностью, совершенно непредсказуемой, не предусмотренной никаким сценарием, но именно из таких случайностей и состоит жизнь профессионалов. Именно такие случайности порой спасали жизнь, а иногда приносили смерть.

— Ты так и не сказал, что ты здесь делаешь?

— Ищу одного человека, — хмуро бросил Минелли.

— Его нужно убрать? — Кларк провел ребром ладони по горлу.

— Его надо найти.

— Что, только ради этого ты здесь?

— В основном.

— Как его зовут? Наши люди знают здесь почти всех. Если я смогу помочь — пожалуйста. Ты ведь знаешь, Дамиано. Я твой должник.

Луиджи вспомнил, о чем говорит Кларк. Тогда они работали в Латинской Америке. Однажды им пришлось очень несладко, и Дамиано Конти, вытащив раненого Кларка, волок его на себе почти пять километров.

— Его звали Джон Моррисон.

— Как?..

— Джон Моррисон. Чего удивился?

— Высокий, светлый, с маленькой бородкой? — почти утвердительным тоном спросил Кларк.

— Да. Ты что, его знал? — Луиджи почувствовал, что волнение Кларка передается и ему.

— И не только знал. Я…

— Говори, черт побери, говори понятнее.

— Он был здесь, на Мадуре. Честно говоря, он не понравился нашим ребятам. Уж очень любил совать нос повсюду. Все ходил, расспрашивал, выпытывал…

— Ну и что?

— Ничего. Просто мы им весьма заинтересовались, как, впрочем, и ты.

— Дальше.

— Ну, что дальше? Он уехал отсюда в Сурабаю.

— Вы что, следили за ним?

— А как ты думаешь? Конечно. Наши люди «вели» его. Затем он отправился на поезде в Богор. Там он должен был, очевидно, с кем-то встретиться. Не знаю, но на меня он произвел отталкивающее впечатление.

— О своих впечатлениях расскажешь потом. Что было дальше?

— Дальше? — Кларк усмехнулся. — Мы хотели прощупать его, но он что-то почувствовал. Стал метаться, пытался оторваться от преследования. Тогда мы решили проверить его данные, и представь наше изумление, когда выяснилось, что Джон Моррисон на самом деле прилетел из Индии, тогда как в его паспорте стоит французская виза. Вообще, он вел себя странно. Мы получили приказ взять его. Но… во время операции он застрелил одного из наших людей и ранил другого.

— С ним? Что случилось с ним? — Луиджи привстал с дивана.

— Ничего. Мы же не могли позволить ему безнаказанно убивать наших людей. Сядь и успокойся. Можешь не искать его. Наши люди ликвидировали Моррисона в Богоре. Он слишком много знал. Очевидно, это был разведчик, вот только до сих пор не можем выяснить — чей?

Минелли откинулся на сиденье. Все. Вот и все.

— Зачем? — непроизвольно простонал Луиджи. — Зачем?

Все вставало на свои места. Моррисон привлек к себе внимание здесь, на Мадуре. Уран, конечно, надо охранять, и агенты ЦРУ заподозрили его. А потом? Что было потом, Луиджи теперь легко представил себе. Видимо, Моррисон, как профессионал, почувствовал, что его «ведут», а потеряв своих товарищей, он и без того был на грани срыва и в какой-то момент просто не выдержал и сорвался. Нелепая ошибка? Нет. В их игре любой срыв, любой недочет оборачивался опасностью, таящей в себе смертельную угрозу.

— Я не понимаю тебя, — услышал он голос Кларка.

— Зачем надо было его убивать? — тихо спросил Луиджи.

— Мы и не собирались его убивать. Так уж вышло. Он что, очень вам нужен?

— Где он?

— Не понял.

— Я спрашиваю, где его… — Луиджи замялся, — тело?

— Ах, труп, — догадался Кларк, — не знаю, — с искренним сожалением добавил он, — не интересовался. Да и потом, это не наше дело. Пусть теперь местные олухи с ним разбираются.

Минелли подавил в себе бешеное желание запустить стаканом в улыбающуюся физиономию своего друга.

— Он выполнял наше задание, — четко произнес Луиджи, — это был работник специального отряда «Интерпола».

— Не может быть, — Кларк вытаращил глаза, — не может быть! Мы не могли так ошибиться.

— Могли. Черт вас всех подери. Тупые идиоты… Ты не представляешь себе, что вы наделали, кретины…

— Я прошу…

— Плевал я на твои объяснения. Ты что, не понимаешь, что из-за таких, как ты, мы теряем наших товарищей? Стреляем друг в друга, а упускаем подонков! Хотя чем вы лучше их? Чем? Заткнись, не перебивай меня. Не разобравшись, в чем дело, ты приказал убрать не просто невинного человека, а нашего агента.

Кларк вскочил на ноги, лицо его пылало.

— Да, мы его убрали. И правильно сделали. Он знал об уране. И нас не интересовало, чей он агент. Не интересовало. У меня был приказ, слышишь, приказ!