охал, глядя, как наследница собирается на вечеринку.
— Я все-таки считаю вашу идею посетить сей клуб весьма рискованной авантюрой, — повторял он.
— Не волнуйтесь вы так, дорогой дедуля! Сбегаю, покажусь, и обратно.
— Кабы чего худого не вышло!
В конце концов Мурка не выдержала и обняла старика:
— Обещаю вернуться живой и невредимой!
— Кхе-кхе, — он так и смотрел ей вслед, пока силопер не скрылся в воротах городского имения.
Игорь уже дожидался ее на условленном месте. Представительный и серьезный в темно-синем костюме. Под летним сюртуком белая рубашка с воротом жабо, конечно. Однако рюшечки под подбородком не смогли испортить положительное впечатление о парне. Медного цвета волосы уложены. Ну хорош же! Впрочем, и она сама смотрелась неплохо. Вчера еще немного подкачала себе шею, превращая ее более мужской вариант с кадыком. Ну невысок ростом Марк Боровский, зато вкусом не обделен.
— Ты вовремя! Пойдем, там как раз уже собрались самые достойные представители академии, — он одернул сюртук за полы, сбил с плеча соринку и первым зашагал по тротуару.
— Ты действительно так думаешь? — усмехнулась Мурка. Она прибавила шагу, следуя за другом.
Вскоре они увидели впереди довольно помпезное здание с французскими окнами на всю стену и занимательными спецэффектами. А именно высокие колонны, которые держали козырек были словно стеклянные, внутри них сверкали голубые молнии. Вывеска «Zet-Rur» время от времени вспыхивала и сгорала в голубом огне, затем появлялась вновь.
— Миленько! — ухмыльнулась Мурка, подходя к парадному входу, выстланному синей ковровой дорожкой с золотой каемочкой. Половичок поднимался по ступеням на второй этаж и там пропадал из виду.
— Рюрики, — мрачно пояснил Игорь.
На широком тротуаре народ толпился кучками. Разодетая по местной моде молодежь смотрелась вальяжно, занятно тянула слова. Парни в костюмах с иголочки с модными прическами, девушки в пышных шелковых платьях с юбками по колено и с кучей кружевных нижних юбоченок. Стройные ножки, открытые плечики, присыпанные блестящей пудрой, а в волосах драгоценные диадемы, гребни, шпильки. Волосы в основном длинные выставлены на показ, как гривы анимэшнных пони. В ушках серьги, свисающие до плеч. Слышался то и дело хохот. В ручках мажорчики держали хрустальные высокие бокалы. Такое впечатление, что кое-кто уже пребывал под кайфом.
— Пошли внутрь, внесем взнос, — не теряя головы, произнес Игорь.
Мурка двинулась было следом за спутником, как вдруг увидела, что к парадному входу подъезжает ярко-синий силопер. Именно подъезжает, уточнение: бодренько, а не тащится словно издыхающий от жажды осел в пустыне. А что, в этом мире разве такое возможно? Открыв рот, она обернулась и завороженно уставилась на невероятный силоперный шик. Гнутые крылья, хищного вида капот, симпатичный задок со штуковиной, напоминающей антикрыло! О-о и ах!
— Я уже обожаю его! — прошептала восхищенно 'Мурка.
— Кого, Боровский? — не понял Игорь, нахмурив рыжие брови.
— Этого красавца, конечно!
— Влада Рюрика? — челюсть Игоря активно поплыла вниз.
— Какого, к генобам, Влада! — фыркнула, отмечая достойные покрышки.
— Мартынова тогда что ли? — еще больше удивился друг, насупив щеки.
Тут только Мурка заметила, что из роскошного нутра сего средства передвижения показались знакомые ей породистые мордахи высокородных мажоров. Чернявый в белоснежном дорогом костюме, блондин — в черном с иголочки. При золотых цепях на шеях и ручках.
Да уж горячие жеребцы, ничего не скажешь. Вороной и белой масти. И девочки уж полетели на них, как мухи на круп. Обступили, разжужжались, глазками стреляют, под локотки хватают. Да отойдите же вы все, освободите обзор добрым людям на ненаглядный силопер! Ему одному Мурка готова была сейчас отдать свою любовь!
— Ты ослеп что ли? Не видишь, что ли, эту чудесную синюю птицу счастья? — пояснила Мурка. — Я о силопере! — пощелкала она перед лицом ничего не понимающего Игоря.
— А, ясно, — Назарский перестал строить из себя жирафа и пояснил: — Это Квадро, последняя модель. Самый быстрый силопер в классе А.
— Квадро… — с придыханием прошептала Мурка.
— Ага, миллион рублей — цена на силоперном рынке. На заводе Рюриков штучно собирают.
— Кхе-кхе-кхе! — прокашлялся Марк Боровский, стуча себя по груди. — Что ты там о взносе говорил? Пошли, чего время теряем.
Поднявшись по синей ковровой дорожке на второй этаж, они попали в огромный зал, размером с ангар, переходящий в самом конце в крытое стеклянное патио. Тут оказалось злачненько по молодежному. Спецэффекты переползли на потолок в виде тех же голубых молний. Народ уже приступил к гулянке. Фуршетные столики. Танцпол с полуобнаженными девочками. Барные стойки с горячительными напитками на выбор. Все как положено. Только вот музыка опять угрожающе похоронного типа, только медляки и танцевать. Угу. Медленно и скорбя. Позже стало понятно, что подобные напевы в империи Росс приравниваются к сексуально возбуждающим. Мурка не знала, кого можно возбудить такой нудятиной, разве что мертвецов в склепе.
За то время, пока они оплачивали «взносы» в «Зету», расставаясь с приличной суммой денег, в зал уж прискакали высокородные жеребцы и устроились в одной из элитных лож, развалившись там на диванах в окружении гарема.
Чтобы вписаться в общую картину, Мурка с Назарским уселись за барный стол и заказали себе по местному горячительному коктейлю — так себе на вкус. В клубе Лыковых был повеселей выбор для более солидной публики. Можно полчаса тут потусоваться, глаза помозолить и двигать обратно домой, готовиться к поездке в загородное имение Боровских, к сердцу рода.
Неожиданно со стороны сцены послышались призывные хлопки.
— Уважаемые господа! — на сцене стоял какой-то парнишка с волосами цвета спелой пшеницы. Худой, большеглазый, и судя по всему не из везунчиков. Его пиджак был измят. На лбу красовался пластырь. — Выслушайте меня, пожалуйста! — замотылял он руками, чтобы стать заметнее. — Разве вы не замечаете, что происходит⁈ Генобы уже заполонили все резервационные земли! Каждый день пропадают люди и дети! А власти ничего не делают!
— Безродники⁈ — выкрикнул чей-то пьяный голос из толпы ему в ответ. — Туда им и дорога, этой швали! Расплодились!
— Вали отсюда Люминов! Кто его вообще сюда впустил, этого голодранца из опального рода⁈
Парень на сцене сжал кулаки и смело продолжал, взывая к совести и рассудку разодетую толпу богатеньких студентов:
— Скоро генобы полезут на наши территории и тогда империя Росс исчезнет! Поймите же! Очень скоро наш мир исчезнет, если мы ничего не предпримем! Вместе мы сможем их остановить!
— Придурок! Заткнись! — вперед выступил неожиданно знакомый Мурке пернатый. То есть крашеный мажор из рода Орловых. Надо сказать, что птичка уже хорошо так подпил и язык его маленько заплетался.
— Дайте я ему вмажу! — и недолго думая один из его подпевал швырнул в парня силовой сгусток. Тот едва не вжарил неудачливому
