Подхватив меня под локоток, он буркнул, — давай прогуляемся еще немного.
Завернув за угол, резко остановился и развернул меня к себе, теплое дыхание будто обожгло мое ухо.
— Этот Шмыг — он гурман, как и все их племя. Мы бы не смогли подобрать универсальное лакомство, так как каждый из множества любит что-то свое. Этот личинок мучных червей.
Я почти сразу же воскресила картину этой гадости вместе с ощущением лопающейся на языке личинки и начала снова отплевываться.
— Что с тобой Лили?
Я всхлипнула, — я чувствую эту личинку и как она лопается у меня на языке. Фу, гадость!
— Да уж — правду сказал, — наши земляки, то есть выходцы с Земли, имеют одну очень редкую особенность — синхронизационную чувствительность и восприимчивость с этими охранниками.
— То есть мы можем разделить с ним его фантазии?
— Эм, — видимо Дерек прокрутил мою реплику, с другой стороны, — надеюсь, что они у него не очень бурные.
Затем окинул взглядом близлежащую поверхность забора и убедившись в отсутствии объекта нашего разговора продолжил.
— Земляне — лучшие проводники. Усредненно можно сказать, что охранники — это наемники. Они, так же, как и люди подписывают контракт, на выполнение работы на определенный период. С планеты, где они обитают, на место «службы» их доставляет проводник. Чаще всего землянин. Он же, регулярно поставляет лакомство своему подопечному. Мистер Сам-Сан привез одного Шмыга. Изумруда. Но исчез. И у Шмыга испортился характер. Срок службы еще не закончился, вкусняшек не носят, а тут мы — в беседке.
— Если бы ты не предложила его изловить, то он бы еще тогда нам на шею бросился. Шмыги — не домашние любимцы, они очень свободолюбивы. Но все хорошо, что хорошо кончается. Охранник предложил поделиться с нами информацией в обмен на любимое лакомство.
— Дерек, и где мы эту живность найдем?
Мой партнер мстительно улыбнулся.
— Сами вырастим? — и так проникновенно посмотрел на меня, что волоски на моих руках встопорщились, и несмотря на теплый день, мороз пробежал по моей спине.
— Ты сошел с ума! — стукнула его ладошкой по груди.
Он подхватил ее и поцеловал кончики пальцев. — Я думаю, что Ту-ша решит эту проблему.
— Но мы его с собой на стрелку не возьмем.
— Согласен, расскажем по окончании встречи. А то непонятно как отреагирует охранник на третьего лишнего.
А я вдруг поняла, что как не запирай свои секреты в шкатулку, Дерек обязательно выудит их оттуда, причем совершенно не понятно, как ему это удается.
Пока он мягко касался губами каждого моего пальчика, я млела и плыла, отдаляясь все дальше и дальше от сколецифо́бии и червей, ее вызывающих.
— Спасибо, Дерек! — забирая от его губ свою ладонь, я неожиданно поняла, что все чаще мечтаю, чтобы его губы оказались на моих, и везде, где только можно мечтать. Эти мысли заставляли краснеть и желать чего-то несбыточно сладкого. И с каждым днем все сложнее было сопротивляться этому зову и желанию.
— А как мы расскажем Ту-ша?
— Думаю он будет ждать нас возле пансионата, — предположил Дерек.
А я, покопавшись в своей шкатулке, рассмотрела еще один секрет. С самого первого момента, как я увидела эмиссара, мне казалось, что я нашла давно утраченного дядюшку. Брат моего отца исчез за несколько лет до аварии, но его образ приносил из памяти запах марципанов, диковинных игрушек и тепла, которое остается после объятий искренне любящего тебя родственника.
— Дракон — дядюшка? — хохотнул в моей голове разум.
— А что, — ответила я ему, — мечты — сбываются, если в них искренне верить, — и продемонстрировала в оправдание одну, — из глубин детской памяти — где я в длинном платье, с ушами, как у эльфа, стою в свадебной арке рядом с Дереком. Следовало признаться самой себе в том, что он был первой моей влюбленностью, по-детски восторженной и тайной. Запрятанной одной из первых в шкатулку женских секретов, но тем не менее до сих пор заставляющей проигрывать этот фантастический момент свадебной церемонии снова и снова.
И Дерек оказался, как всегда, прав. Так и не успевший переодеться эмиссар, в праздничной форме и фуражке, он отмахивался от крутившейся рядом пани Моники. И хоть сегодня она и сменила платье, но от шляпки не смогла отказаться, поэтому больше всего издали она напоминала клопа — солдатика в красно-черном костюме тройке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
С ярко читаемой неохотой она оставила его в покое, когда мы подошли поближе.
— А наш эмиссар, как наживка для женщин, — задумчиво изрек Дерек.
— Это из-за того, что он выглядит сладеньким милахой, — на автомате ответила на его реплику и округлила глаза от собственной наглости.
— Да ты эксперт, дорогая, — со смешком в голосе ответил Дерек.
Я зарделась. Не стоило говорить, что именно так же я вижу и его, и этот секрет я запихнула на самое дно шкатулки и набросала сверху всего остального. Если уж он умеет копаться во всем этом, то пусть подольше добирается до секретов, заставляющих меня капитулировать перед его обаянием и харизмой.
— И что могло стрястись за сорок минут? — встретил нас этой репликой бравый военный.
— Нам нужна наживка на рыбалку, — как можно громче ответила ему, заметив ушки пани Моники по близости.
— Да, точно, мучные черви! — подтвердил мой партнер. — Нам сказали, что на них отлично клюет подлещик.
— И что, это очень срочно? — зачем-то куратор добавил в голос металла.
— Ага, просто горит, — я похлопала ресницами. — Рыба не хочет ждать.
Он несколько секунд смотрел на меня, пытаясь понять, что я имею в виду под «рыбой», и представляя меня с удочкой и букетом этих червей на крючке. Поняв, что его фантазия проигрывает моей вздохнул. — Постараюсь найти наживку. Я так понимаю, вопрос рыбалки решенный?
Дерек кивнул. — Пойдем в ночную.
Я же заметила, как после упоминания червей, яркая владелица пансионата отпрыгнула от пальмы, за которой пряталась и заспешила в сторону лестницы.
Да уж, у нее нет моего Дерека, умеющего усмирять фобии, — удовлетворённо подытожила, наблюдая за ее поспешным отступлением.
— Надеюсь больше ничего, — тем временем наш куратор порывался как можно быстрее распрощаться с нами.
— Нет, пока все, — согласился Дерек и распрощался с ним до вечера.
— А может нужно было самим сходить в рыбацкую деревню, — спросила я его уже в номере.
— Ты знаешь, мне кажется, что рыбу здесь ловят не на живца. А пластиковый мучной червь нам вряд ли подойдет. Точнее он вряд ли обрадует нашего информатора.
Часть 21. Полуночные секреты
Желание узнать тайну, превращает ожидание в очень нервное занятие.
Если размышлять теоретически, то что могло показать животное, если про первого пропавшего собрали самое полное досье.
Что он делал когда оставался один? Но может одиночество давало ему возможность переосмыслить себя и то, что происходило вокруг. Или он прятался для того, чтобы поплакать?
Другое дело, что само нахождение охранника в санатории, практически сразу перед исчезновением мистера Булгака навевало определенные вопросы.
Зачем нанимать охранника, если ничего необычного не происходит.
Кто-то очень предусмотрительно подстраховался, ведь свидетельство от Шмыга — невозможно ни подделать, ни сфабриковать.
Получается персонал и владелец — ни при чем. Пациент исчез сам. И Шмыг подтвердил, что к его исчезновению все эти люди не имели непосредственного отношения.
С десяти вечера мы засели в холле пансионата поджидая нашу наживку. Пришлось одеться соответственно. Если ты собрался на рыбалку, то люди должны быть уверенны по твоему внешнему виду, что ты собрался именно туда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Минут через пятнадцать к нам в холл просочился подросток.
— Это вы что ль на рыбалку?
— Да, мы.
— Тогда, я ваш провожатый.
Он вывел нас из холла и увлек по освещенной улице в сторону поворота на санаторий.
