Для нее одной это был миг перед великим открытием.
Она проследила за кружащимся узорным водоворотом, и в ее голосе послышалось разочарование.
— Не вижу никакой разницы.
— Вы должны взглянуть ближе, Свет Тысячи Лун. Тогда вы поймете, чего мы достигли…
Азшара нахмурилась. Она пришла без своих слуг, как он и просил, и, возможно, теперь сожалела об этом. Однако Азшара была королевой, и ей надлежало показывать, что даже в одиночку она была главной в любой ситуации.
Изящной походкой Азшара подошла к самому краю узора. Поначалу она проследила за работой Высокорожденных, а затем соизволила пристально посмотреть в ад внутри нее.
— И все-таки меня это неприятно поразило, дорогой Ксавий. Я ожидала большего от…
Она вздохнула, и хотя советник не мог видеть выражения ее лица, он знал, что Азшара теперь поняла всё.
И голос, который он слышал прежде, голос его бога, сказал, чтобы услышали все…
— Я иду…
Восемь
Ритуал Высокой Луны был закончен, и теперь у Тиранды было время для себя самой. Элуна ожидала преданности от своих жриц, но не требовала посвящать ей все время. Мать-Луна была доброй, любящей хозяйкой; вот что привлекало юных ночных эльфов в ее храм. Вступив туда, Тиранда нашла некое успокоение от своих опасений, своих внутренних противоречий.
Но одно противоречие не покинуло ее сердца. Время изменило все между ней, Малфурионом и Иллиданом. Больше не было юных друзей. Простота их детства превратилась в сложные взрослые отношения.
Ее чувства к обоим изменились, и она знала, что они тоже думают о ней уже не так, как раньше. Соревнования между братьями всегда были дружескими, но в последнее время они усилились и изменились неприятным Тиранде образом. Теперь это выглядело так, будто они сражались друг с другом за некий выигрыш.
Тиранда понимала — даже если они сами еще не осознавали этого — что она была этим самым выигрышем.
И хотя это приятно льстило новообращенной жрице, но она не хотела причинить боль никому из них. Однако Тиранде придется сделать это, ибо она знала, что придет время выбрать своего спутника жизни — и это будет либо Иллидан, либо Малфурион.
Одетая в серебряное с капюшоном платье жриц-послушниц Тиранда тихо и торопливо проходила через высокие мраморные залы храма. Зачарованные фрески над ней изображали небеса. Случайный гость мог даже подумать, что тут нет крыши, — так идеальна была иллюзия. Но только большой зал, там, где проходили ритуалы, был расположен под открытым небом. Туда Элуна приходила в облике лучей луны, чтобы чудесным образом коснуться верных ей, как мать ласкает любимых детей.
Пройдя мимо сокрытых в тени скульптур, изображавших земные воплощения богини — тех, кто в прошлом были верховными жрицами, — Тиранда наконец шагнула на мраморный пол огромного вестибюля. Здесь в замысловатой мозаике описывалось создание мира Элуной и другими богами; особое внимание уделялось, конечно же, Матери-Луне. За редким исключением, все боги были изображены смутными силуэтами, а лица их были укрыты тенями — ни одно создание из плоти не было достойно представить себе их истинный облик. Лишь полубоги, дети и помощники богов, были изображены детально. Одним из них был Кенарий; многие говорили, что он был ребенком Луны и Солнца. Кенарий не подтверждал и не опровергал эту легенду, но Тиранде нравилось считать, что история правдива.
Снаружи прохлада ночного воздуха немного успокоила ее. Тиранда спустилась по белым алебастровым ступеням и присоединилась к толпе. Многие почтительно склонили головы в знак уважения, другие же вежливо уступали ей путь. В этом было преимущество служителей Элуны, даже недавно посвященных, но в этот момент Тиранда хотела просто побыть собой в этом мире.
Сурамар не был столь великолепен, как Зин-Азшари, но в нем было все, что было в столице. Яркие, безвкусные цвета бросились ей в глаза, как только она ступила на главную площадь, где продавцы всех сортов усердно предлагали свои товары населению. Сановники в роскошных, усеянных бриллиантами солнечно-красных и огненно-оранжевых мантиях, вздернув носы вверх и смотря лишь на дорогу перед собой, прогуливались бок о бок с эльфами низкого положения в более незамысловатых зеленых, желтых, синих или же раскрашенных в различные цвета одеждах. Все на рынке изо всех сил пытались пустить пыль в глаза своей внешностью угим ыеамысловатыхв. На рынке,обойе,.
Даже здания были такими же яркими, как и их жители — все цвета радуги предстали пред взором Тиранды. Некоторые были раскрашены во все семь оттенков; то тут, то там на стенах блистали яркие изображения. Ярко светил свет факелов, танцующие огни оживляли картины на зданиях.
Некоторые представители других рас, которых послушница встретила за свою короткую жизнь, находили ее народ слишком ярким и даже осмеливались говорить, что раса Тиранды, должно быть, сплошь страдает дальтонизмом. Хотя её собственные вкусы склонялись к более умеренным цветам — правда, не настолько, как вкусы Малфуриона, — Тиранда считала, что ночные эльфы просто лучше понимают разнообразие цветов и оттенков, существующих в мире.
Рядом с центром площади она заметила собиравшуюся толпу. Многие жестикулировали и показывали на что-то, некоторые давали замечания с отвращением или с издевкой. Заинтригованная Тиранда подошла посмотреть, что же могло их так заинтересовать.
Поначалу зрители даже не заметили ее присутствия — явный знак, что то, на что они смотрели, было редкостным чудом. Она вежливо коснулась стоявшего перед ней, и эльф, осознав кто она, немедленно пропустил ее вперед. Таким образом она прошла вглубь толпы.
В центре находилась клетка, чуть ниже Тиранды, сделанная из крепких железных прутьев. Очевидно, в ней было заключено существо крайне сильное, ибо клетка опасно трещала, и время от времени звероподобный рев заставлял публику возобновить шушуканье.
Те, кто были впереди нее, не подвинулись, даже когда поняли, кто потрогал их за плечо. Обескураженная и заинтригованная, стройная эльфийка скользнула вбок, пытаясь разглядеть клетку между стоявших впереди.
От того, что ей пришлось лицезреть, у нее перехватило дыхание.
— Что это? — пролепетала Тиранда.
— Никто не знает, сестра, — ответил тот, кто оказался часовым на страже. На нем были нагрудные латы и мантия одного из Стражей Сурамара. — Лунным Стражам пришлось три раза произнести заклинание, чтобы уложить его.
Инстинктивно Тиранда оглянулась вокруг в поисках волшебников в зеленых робах и капюшонах, но не увидела ни одного. Возможно, зачаровав клетку и отдав обезвреженное существо Стражам, они ушли, чтобы обсудить, что же делать с ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
