— Сестра! — крикнул один из стражников. — Вы не должны подходить так близко! Он же разорвет…
— Ничего он не сделает, — быстро уверила она их. Взглянув на создание, она добавила:
— Так ведь?
Он потряс головой и сложил руки на груди, как знак. Часовые вернулись на место, но оставались бдительны.
Не обращая на них внимания, Тиранда спросила:
— Хочешь чего-нибудь? Еще еды?
— Нет.
Она помолчала, а потом сказала:
— Мое имя Тиранда. Я жрица Элуны, Матери-Луны.
Существо в клетке, казалось, было не предрасположено к продолжению беседы, но когда он увидел, что она решительно ждет чего-то от него, он, наконец, ответил:
— Брокс… Броксигар. Присягнувший на верность Вождю Траллу, правителю орков.
Тиранда попыталась осмыслить то, что он сказал. То, что он был воином, было понятно уже по его внешности. Он служил какому-то лидеру, этому Траллу. В каком-то смысле это имя было куда любопытнее, чем его, ведь она понимала его значение, а также чувствовала несоответствие между положением правителя и его именем.[3]
Раз этот Тралл был правителем орков, то Тиранда предположила, что орком-то Брокс и был. Учения храма были подробны, но никогда ни там, ни где бы то ни было еще, она не слышала о расе, именуемой орками. Несомненно, если они такие же, как Брокс, ночные эльфы хорошенько бы их запомнили.
Она решила копнуть глубже.
— Откуда ты, Брокс? Как ты попал сюда?
И в ту же секунду Тиранда поняла, что совершила ошибку. Глаза орка сузились, и он сжал челюсти. Как глупо, как она могла не подумать, — конечно же, Лунные Стражи уже спрашивали его… и без той вежливости, что проявила к нему она. Теперь он, должно быть, думает, что ее послали добротой вызнать то, что не смогли силой и магией.
Очевидно, желая закончить их встречу, Брокс поднял миску и протянул ей, его лицо потемнело и выражало недоверие.
Без предупреждения вспышка энергии, направленная в клетку из-за плеча послушницы, поразила руку орка.
С яростным ревом Брокс схватился за свои горящие пальцы и крепко сжал их. Он так угрожающе посмотрел на Тиранду, что она не рискнула помочь ему, лишь поднялась и отошла. Часовые тут же оказались у клетки, их копья заставили Брокса прижаться к дальним прутьям.
Сильные руки схватили ее за плечи, и знакомый обеспокоенный голос прошептал:
— Ты в порядке, Тиранда? Эта бешеная тварь не поранила тебя, нет?
— Он и не думал нападать! — выпалила она, повернувшись к своему так называемому спасителю. — Иллидан! Как ты мог?
Статный ночной эльф нахмурился, его притягивающие взор золотые глаза поблекли.
— Я всего лишь боялся за тебя! Эта тварь могла…
Тиранда отстранилась от него.
— Здесь он мало чего может… и он не тварь!
— Нда?.. — Иллидан наклонился, чтобы осмотреть Брокса. Орк оскалил зубы, но не сделал ничего, что могло бы переубедить ночного эльфа. Брат Малфуриона презрительно фыркнул. — По мне, так цивилизацией тут и не пахнет…
— Он просто пытался отдать миску. Если бы даже возникли проблемы — стражники были наготове.
Иллидан нахмурился.
— Извини, Тиранда. Может, я поспешил с выводами. И все же ты должна признать, что немногие бы, даже из твоего ордена, рискнули бы сделать то, что сделала ты! Может быть, ты не знаешь, но мне рассказали, что когда он очнулся, то чуть не придушил одного из Лунных Стражей!
Жрица посмотрела на каменнолицего часового, и тот неохотно кивнул. Он забыл упомянуть ей об этой маленькой детали. Однако Тиранда сомневалась, что это что-либо изменило. С Броксом плохо обращались, и она чувствовала, что должна была помочь ему.
— Я ценю твое беспокойство, Иллидан, но еще раз повторяю — опасность мне не грозила, — ее взгляд сузился, когда она взглянула на рану орка. Пальцы почернели, а в глазах Брокса читалась боль, однако он не кричал и не просил исцелить его.
Отвернувшись от Иллидана, Тиранда снова опустилась на колени перед клеткой. Без колебаний она протянула руку между прутьев.
Иллидан бросился к ней:
— Тиранда!
— Стойте сзади! Все вы! — встретив угрожающий взгляд орка, она прошептала:
— Я знаю, ты не причинишь мне зла. Я могу помочь тебе. Пожалуйста. Позволь мне.
Брокс зарычал, но ей показалось, что не со злости, а взвешивая свой выбор. Иллидан все еще стоял рядом с Тирандой, которая понимала, что он ударит орка еще раз при малейшем намеке, что что-то идет не так.
— Иллидан… я прошу тебя отвернуться на некоторое время.
— Что? Тиранда…
— Ради меня, Иллидан.
Она чувствовала, как в нем через край вскипает ярость. Но, несмотря на это, он развернулся лицом к одному из зданий, окружавших площадь.
Тиранда снова посмотрела в глаза Броксу. Его взгляд метнулся на Иллидана, и на кратчайший миг она увидела в них удовлетворение. Затем орк обратил свой взор к ней и осторожно протянул свою искалеченную руку.
Взяв ее в свои ладони, она шокированно осмотрела рану. Плоть на двух пальцах была сожжена, а третий покраснел и гноился.
— Что ты с ним сделал? — спросила она Иллидана.
— То, чему я недавно научился, — это было все, что он ответил.
Несомненно, этому он обучился не в лесу Кенария. Заклинание, которое он прочел даже не сосредоточившись, было колдовством высших ночных эльфов. Это был пример того, насколько искусным мог быть брат Малфуриона, если происходящее волновало его. Обращение с чародейством явно приносило ему большее наслаждение, чем медленные шаги в друидизме.
Тиранда не была уверена, что ей нравился его выбор.
— Мать-Луна, услышь мою мольбу… — не замечая ошеломление стражи, она взяла орочьи пальцы и нежно поцеловала каждый из них. Затем Тиранда зашептала Элуне, умоляя богиню одарить ее силой облегчить боль Брокса и воссоздать то, что Иллидан столь опрометчиво погубил.
— Вытяни руку так далеко, как можешь, — приказала она пленнику.
Смотря на часовых, Брокс продвинулся вперед, до боли протягивая свою крепкую руку сквозь прутья решетки. Тиранда ожидала какого-то магического сопротивления, но ничего не произошло. Она предположила, что до тех пор, пока орк не делал ничего, чтобы выбраться, чары клети не реагировали.
Жрица посмотрела на небо, прямо над ними сияла луна.
— Мать-Луна… наполни меня своей чистотой, своей милостью, своей любовью… надели меня силой исцелить его…
В то время как Тиранда повторяла свою мольбу, она слышала, как с трудом ловил воздух один из стражей. Иллидан хотел было повернуться, но затем решил, что может помешать Тиранде.
Струя серебряного света… света Элуны… окружила юную жрицу. Тиранда сияла так, будто сама была луной. Она чувствовала, как сила богини стала частью ее самой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
