— Почему вы компрометируете меня подобным образом? Как вам не совестно пользоваться моей беззащитностью?
— Этим я хочу лишь преподать вам небольшой урок, миледи, — ответил он. — Если бы вы отправились в данное путешествие с родителями, с надлежащей охраной, то ничего подобного с вами не случилось бы. Вы согласны? Вы же бросились… э-э-э… в Йорк сломя голову, в сопровождении одного лишь мальчишки-рыцаря, которого мне, как видите, легко удалось устранить с моего пути. Вам надлежит знать, что девушка, оставаясь наедине с мужчиной, подвергает себя немалому риску. Какому, — спросите вы, — с усмешкой проговорил он. — Что ж, он может сделать вот так. — И с этими словами Роджер принялся гладить пальцами сосок одной из ее грудей. Розанна всхлипнула и закусила губу. Угасший было огонь вожделения вновь загорелся в ее измученном теле. Она с ужасом осознала, что готова поддаться его умелым ласкам. Еще немного, и из груди ее вырвется страстный стон, услыхав который он поймет, какие чувства обуревают его беззащитную жертву. Роджер прикоснулся губами к ее полной, упругой груди. Розанна с силой втянула воздух сквозь стиснутые зубы.
— А кроме того, он может позволить себе ласкать вас вот здесь, — как ни в чем не бывало продолжал Роджер. Рука его скользнула вниз, тонкие, нежные пальцы очутились меж ее бедер. Розанна сглотнула и, откинув голову назад, взмолилась:
— О, прошу вас… Прошу вас…
— Я не совсем понял, Розанна. Вы просите меня прекратить это или же продолжить? — насмешливо спросил он и принялся ласкать ее еще более страстно. Розанна с ужасом поняла, что готова позволить ему все… Решительно все… Когда-нибудь после она возненавидит себя за это. Она станет раскаиваться… Но это будет потом… потом…
Внезапно Роджер выпрямился, и выражение его лица стало серьезным, почти суровым. Девушка едва сдержалась, чтобы не попросить его не покидать ее, дать ей сполна насладиться его близостью.
— Вчера я отправил своих людей в Кастэлмейн. Они будут эскортировать ваших родителей на пути в Йорк. Ваша мать скоро приедет сюда, Розанна. Желаю вам сладостнейших сновидений, миледи.
Глаза Розанны расширились от ужаса. Неужели этот злодей догадался, что она почти каждую ночь видит его во сне? Нет, не может быть. Она слишком утомлена, слишком подавлена, от этого ей и приходит в голову подобный вздор. Тело девушки еще хранило память о его нежных прикосновениях. Вытянувшись на постели, она прошептала:
— Он позволил себе слишком много. Он слишком высок. И слишком силен. И слишком смугл. И имел слишком много жен!
Мысли ее внезапно обратились к Брайану. Если этот злодей тронет хоть один волос на его голове, она расправится с ним! Но она тут же усмехнулась этой безмолвной угрозе. Разве сэр Брайан нуждается в защите хрупкой девушки? Ведь он как-никак рыцарь… Да, нельзя не признать, что при встрече с Рэвенспером он не проявил должной отваги, но что ему оставалось делать? Ведь согласно правилам, он, как менее родовитый из двоих, не мог вызвать барона на поединок. И все же… все же… Но Розанна крепко заснула, не успев додумать эту мысль до конца.
8
Город Йорк был построен на месте древнего римского поселения. Стены его вздымались среди болот и вересковых пустошей огромной Йоркской долины. Высокие, сложенные из известняка, они на протяжении веков выдержали не одну осаду неприятеля.
К утру ненастье миновало. В прохладном воздухе чувствовалось приближение осени. Позолоченные флюгеры на шпилях собора блестели в неярких лучах солнца.
Восемь всадников неспешно проехали сквозь широкие городские ворота, и вскоре копыта их коней зацокали по вымощенной булыжником дороге, которая вела ко дворцу короля. Розанна надела единственное платье, уместившееся в ее багаже. Оно было сшито из розовой шерстяной ткани, длинные пышные рукава украшали манжеты из беличьего меха, которым был отделан также высокий воротник ее теплого плаща цвета бордо. Рэвенспер, как и она, был облачен в одежды винно-красного цвета. Розанна искоса бросала на него полные досады взоры. Ведь и жеребцы их были одной масти! При взгляде на них встречные прохожие и всадники улыбались, наверняка считая, что перед ними — влюбленные друг в друга жених и невеста!
Король Эдуард полдничал в обеденном зале в окружении своих приближенных. Здесь царила веселая, непринужденная атмосфера. Его величество знал по имени всех своих пажей, оруженосцев, слуг, и это привлекало к нему сердца людей. Любой мог без всяких церемоний и околичностей обратиться к нему. Он обожал детей и собак. Те и другие вечно крутились вокруг него, выпрашивая подачки, и, получая их, пачкали его дорогие одежды замызганными ладошками и грязными лапами, против чего Эдуард нисколько не возражал.
Розанна застыла у входа в зал, расширенными от удивления глазами озирая это чудовищное скопище людей и псов. Рэвенспер же, переступив порог, направился прямо к королю. Увидев приближавшегося к нему друга, Эдуард просиял и с возгласом: «Роджер!» раскрыл объятия навстречу барону.
Розанна приоткрыла рот, видя, как Эдуард встал со своего массивного стула и, заключив подошедшего к нему Роджера в объятия, поднял того в воздух. Но и Роджер не остался в долгу. Едва лишь его ноги коснулись пола, как он сжал торс своего царственного приятеля мощными руками и подбросил того чуть ли не до самых стропил. Даже с такого значительного расстояния Розанна не могла не заметить, что правые кисти обоих друзей значительно превосходили величиной левые. Причиной тому, как она знала, были постоянные упражнения с тяжелыми мечами.
— Чума на тебя, бесценный друг! — пробасил Эдуард. — Где ты скрывался от меня? Я решил устроить турнир в честь твоего бракосочетания. Когда прибудет твоя невеста?
— Она здесь, сир, — почтительно ответил Роджер и, склонившись к самому уху короля, добавил: — Она прибыла сюда, чтобы просить тебя о расторжении помолвки. Я хотел бы поговорить с тобой с глазу на глаз, прежде чем ты дашь ей аудиенцию.
— Девчонка упряма, как сто чертей, — хихикнул Эдуард. — Ох, и придется же тебе помучиться с ней, бедный ты мой Роджер! Пойдем-ка прямо теперь в мои покои, дружище. — Приблизившись к Розанне, его величество нежно взял ее за руку и ласково произнес: — Добро пожаловать ко двору, мой бесценный Розовый Бутон!
— Вы строите какие-то козни за моей спиной! — возмущенно воскликнула девушка, переводя взгляд с короля на Рэвенспера.
— Что ты, моя дорогая! — хитро улыбаясь, возразил Эдуард. — Ничуть не бывало! Сейчас я позову моего гофмейстера, и он проводит тебя в отведенные тебе покои. Отдохни, дитя мое, и через пару часов я жду тебя к себе. Мы поговорим обо всем, что тебя беспокоит, и, в частности, обсудим причины, заставившие тебя мчаться сюда сломя голову, оставив все твое семейство в горе и недоумении.
