Джеффри уже ждал ее. Кровать его была завалена ворохом одежды, из которой юноша давно вырос. Розанна выбрала для себя льняную рубаху, камзол цвета бордо и узкие черные атласные панталоны. Джеффри с усмешкой взглянул на нее.
— Что это ты так веселишься, дорогой братец?
— Я хотел спросить, что ты намерена делать со своими волосами? Ты ведь не собираешься обрезать их, а?
Розанна придирчиво рассматривала бархатный берет.
— Я вовсе не собираюсь выдавать себя за мужчину! — ответила она. — Но в этом нараде мне будет гораздо удобнее путешествовать. Ведь дорога займет у нас не один день!
В дверь тихонько постучали условным стуком. Джеффри впустил сэра Брайана. Розанна с улыбкой подошла к брату.
— Да благословит тебя Бог, дорогой Джеффри, за все, что ты сделал для нас! Брайан, — обратилась она к возлюбленному, — по-моему, нам следует ехать ночами, а днем скрываться в аббатствах или на постоялых дворах.
— Нет! Ночью путешествовать гораздо тяжелее и опаснее. Мой дом находится всего в семидесяти милях отсюда. Когда мы доберемся туда, нам уже ничто не будет угрожать. Мы немного отдохнем и отправимся в Шотландию.
— Многие аббатства пускают путников на ночлег, — проговорила девушка.
— И нам придется воспользоваться гостеприимством добрых монахов, — подхватил сэр Брайан. — Ведь комнаты на постоялых дворах нам не по карману: у меня совсем мало денег, — добавил он извиняющимся тоном.
— Зато они есть у меня, Брайан. Все будет в порядке! — заверила его Розанна.
Он взял ее руки в свои, глядя на нее полными любви глазами.
— Ты просто чудо, Розанна! Ради меня ты рискуешь всем!
— Но ведь и ты ради меня подвергаешь опасности свою жизнь, Брайан!
Он заключил ее в объятия.
— О, скорей бы настал тот день, когда я смогу по праву назвать тебя своей, дорогая! Как тягостно ожидание!
Розанна протянула ему полураскрытые губы. Так ли уж обязательно дожидаться этого дня? — пронеслось у нее в голове. Будь Брайан хоть чуточку смелее и настойчивее… Но она тут же запретила себе предаваться подобным нескромным мечтаниям. Ведь юноша относился к ней с трепетной почтительностью истинного рыцаря и не давал воли своему вожделению лишь из уважения к ее достоинству истинной леди…
Джеффри достал из ящика шкафа потрепанную карту, и все трое молча склонились над ней. Внимательно изучив маршрут предстоящего путешествия, Розанна решительно произнесла:
— Первую ночь мы проведем в Уэлбекском аббатстве. Отсюда до него всего каких-нибудь двадцать миль. Мы не должны выезжать утром: тогда у преследователей будет впереди целый день, а вот если мы отправимся в путь после обеда, то все сперва подумают, что я решила прокатиться. А когда хватятся меня, а заодно и тебя, Брайан, будет уже темно. Таким образом мы сможем выиграть время и оторваться от погони.
Молодые люди обменялись восхищенными взглядами.
— Ты умница, Розанна — похвалил ее брат.
— Спасибо за комплимент, дорогой Джеффри!
— Хорошо бы нам к следующей ночи достичь аббатства Сэлби! — воскликнул Брайан. — Ведь оно находится всего в семнадцати или восемнадцати милях от моего дома!
Джеффри был сегодня одет в камзол, на рукаве которого красовался герб герцога Кларенса — черный буйвол.
— Когда ты вернешься на службу к Джорджу, я примкну к тебе, — напомнил он другу.
— А почему бы тебе не поехать с нами? — спросила его Розанна.
— Нет уж. В таких путешествиях, как ваше, третий — лишний, — усмехнулся юноша и серьезно добавил: — Я принесу вам гораздо больше пользы, оставаясь здесь. Надеюсь, мне удастся отвести подозрения от Брайана, сказав, что он поехал в Лондон. Возможно, тогда они погонятся за вами по южной, а не по северной дороге.
Розанна взглянула на сэра Брайана и в который уже раз подивилась его нежной, изысканной красоте. Если бы не короткая светлая борода, его можно было бы принять за прелестную юную девушку. К тому же он был так почтителен с ней, так робок и застенчив, в его прозрачных глазах светилась такая искренняя любовь к ней!
— Я думаю, что нам не следует медлить с побегом. Лучше всего будет выехать послезавтра, — сказала она.
Два рыцаря снова обменялись многозначительными взглядами, словно безмолвно поздравляя друг друга с удачей. Затем Розанна, Джеффри и Брайан соединили свои руки в знак любви, дружбы и нерушимой верности.
Настал день, намеченный заговорщиками для побега. Розанна, переодевшись в платье Джеффри и оседлав Зевса, выехала на север, чтобы встретиться с сэром Брайаном в Ньюарке, как было условлено заранее. Совесть не мучила беглянку. Она отогнала от себя мысль о том, как расстроятся родители, обнаружив, что их дочь-невеста тайком покинула родной кров. Ведь когда они с сэром Брайаном поженятся и явятся в Кастэлмейн с повинной, семье ее не останется ничего другого, кроме как примириться со свершившимся фактом и простить строптивую дочь.
Влюбленные скакали во весь дух, чтобы успеть добраться в Уэлбекское аббатство до наступления ночи. Они без труда преодолели расстояние в двадцать миль. Вид двух рыцарей, которые спешили куда-то, подгоняя коней, не вызвал ни малейших подозрений у встречных пеших и верховых путников.
Они успели достичь аббатства задолго до того, как ворота его заперли на ночь. Позаботившись о лошадях, Розанна и Брайан поднялись в трапезную, где их угостили хлебом и сыром, а затем отправились в отведенные им крошечные кельи с беленными известкой стенами и узкими железными кроватями.
Розанна знала, что нынче ночью Брайан не придет к ней. Аббатство было совсем неподходящим местом для любовных объятий. Засыпая, она радовалась тому, что все сложилось так удачно для них с Брайаном и что завтрашний день также сулит им радость и успех.
Однако, проснувшись поутру, девушка обнаружила, что ожидания ее не оправдались. За ночь погода вконец испортилась: небо было затянуто тучами, дул холодный, пронизывающий ветер, и дождь лил как из ведра.
Зябко кутаясь в плащ, она с отчаянием вглядывалась в хмурое, недовольное лицо сэра Брайана.
— Я не знаю, стоит ли нам продолжать путь. Возможно, разумнее было бы переждать эту проклятую непогоду в стенах аббатства? — неуверенно пробормотал он.
— Не говори: «проклятую»! Ведь ты можешь, чего доброго, сглазить нашу удачу! — ответила она. К ней снова вернулось утраченное было присутствие духа, и она бодро продолжила: — Мы не можем задерживаться здесь! Поехали! Не беспокойся обо мне, я ведь не растаю от дождя!
Они молча ехали по скользкой, размытой дороге. Под копытами их лошадей хлюпала грязь. Зевс мог бы скакать без устали до темноты, но Розанна была вынуждена сдерживать его, поскольку к середине дня конь Брайана стал выбиваться из сил и замедлил бег.
