но воспитание брало своё — она не стала брызгать слюной или опускаться до базарной ругани.
— Твоя самоуверенность обойдется тебе слишком дорого, молодой господин, — процедила она холодно, чеканя каждое слово. Её голос слегка дрожал, но она старательно держала лицо уязвленной аристократки. — То, что ты хитростью обошел одну формацию, не делает тебя бессмертным. Фракция, стоящая за моей спиной, не прощает подобных унижений. Ты даже не представляешь, чьего гнева только что заслужил.
Мин тихо рассмеялся, звук его смеха был низким и совершенно не вязался с личиной чахоточного старика.
— Опять громкие угрозы? — он чуть сместил корпус, и Сонг инстинктивно вжалась в стену, её ресницы затрепетали. — Мне казалось, мы уже закрыли нашу кармическую сделку. Ты пришла за своим нефритом? Похвальная смелость. Но скажи мне, милая тень… Как ты вообще меня нашла в этом муравейнике? Маскировка была безупречной. Ни один стражник Фэнси даже не посмотрел в мою сторону.
Сонг презрительно фыркнула. Оскорбленная гордость позволила ей на секунду забыть о смущающей близости мужского тела.
— Твоя маскировка? — она издевательски приподняла идеальную бровь. — Пилюля Тысячи Лиц меняет только форму скул и цвет кожи. Для слепых ищеек на воротах этого достаточно. Но твоя аура… это просто катастрофа. Ты, как пылающий костер посреди темного поля. Твой энергетический след настолько тяжелый и аномальный, что я уловила его отпечаток за два квартала отсюда. Я даже не смотрела на твое выдуманное лицо, а просто шла на запах дыма от твоей раздутой ци.
Улыбка на лице Мина медленно угасла. Глаза юноши потемнели, став похожими на два куска черного льда.
Воздух в подвале мгновенно стал разреженным. Эта реакция Мина, внезапный выброс ледяного, убийственного намерения, порожденного шоком от осознания собственной уязвимости, заставила Сонг затаить дыхание. По её позвоночнику пробежал первобытный холодок. Девушка вдруг отчетливо поняла, что человек, прижимающий её к стене, не просто уличный мастер. В этой мгновенной вспышке проступил силуэт монстра.
«Аура фонит как костер… — мысль ударила Мина наотмашь, словно хлыст. — Син Юань. Старейшина ступени Ядра не нуждается в портретах. Он выследит меня по энергетическому следу быстрее, чем я успею моргнуть. Книжник Хао — это пустышка.»
Искренний Ли и Честный Чжао из секты Девяти Добродетелей не соврали ни на миг. Ему жизненно необходима «Каменная Маска Лицедея». Только артефакт, способный вплетаться в меридианы и отсекать отток ци, мог спасти его от глаз обезумевшего Владыки Обители.
Мин моргнул, и жуткая тень исчезла из его взгляда так же быстро, как и появилась. Он плавно разжал пальцы, освобождая запястья девушки, и сделал шаг назад.
Лишившись его поддержки и сковывающего тепла, Сонг едва не осела на пол. Она торопливо прижала руки к груди, растирая побелевшие запястья, и тяжело задышала, пытаясь вернуть контроль над предательски ослабевшими коленями.
— Верни мой жетон, — потребовала она, стараясь, чтобы голос звучал твердо, хотя румянец на её щеках пылал ярче прежнего.
Мин невозмутимо сунул руку за пазуху и извлек нефритовый диск с вырезанными символами. Он небрежно подбросил его на ладони, поймал и сжал в кулаке.
— Не сегодня, — ответил он, вновь надевая маску высокомерного спокойствия.
— Это вещь моей секты! Ты не имеешь права…
— Право в этом мире принадлежит тому, кто может его удержать, — отрезал Мин. Он прислонился спиной к косяку и с усмешкой посмотрел на раздосадованную воровку. — Ты выследила меня. Признаю, это было впечатляюще. Но вот твое исполнение ловушки оскорбляет мое чувство прекрасного. Когда ты докажешь, что способна быть по-настоящему полезной, а не просто путаться под ногами со своими детскими веревочками… я, так и быть, подумаю над тем, чтобы вернуть тебе эту цацку.
Сонг подавилась от возмущения, её глаза сверкали, грудь вздымалась. Обычная девушка уже осыпала бы его проклятиями, но ученица Девяти Добродетелей лишь поджала губы, обдавая его взглядом, полным ледяного, аристократического презрения.
— Твое невежество обойдется тебе слишком дорого, — произнесла она, сохраняя гордую стать. — Ты думаешь, что играешь с обычными уличными крысами. Но этот город — лишь вершина горы, о которую ты вскоре разобьешь себе лоб. Мы еще встретимся, господин «Хао». И тогда условия сделки буду диктовать я!
Девушка резко развернулась. Её фиолетовая туника мелькнула в полумраке, и Сонг растворилась в тенях узкого коридора, оставив после себя лишь легкое, исчезающее облако аромата горького апельсина.
Мин остался один в сыром подвале. Улыбка окончательно сползла с его губ. Он опустил взгляд на зажатый в ладони нефритовый жетон.
Время игр закончилось. Если его аура действительно настолько заметна, Син Юань уже вполне может быть на подступах к Фэнси. Нужно было срочно наведаться к Честному Чжао и Искреннему Ли. Сбор ингредиентов для «Маски Лицедея» из сомнительной авантюры превратился в вопрос жизни и смерти.
* * *
Верхний ярус гильдейского дома обычно дышал ароматами благовоний и спокойствием больших денег, однако сейчас мастер Дун чувствовал себя так, словно его заперли в раскаленной жаровне.
Он в очередной раз протопал от стены к стене, цокая подошвами сапог, и злобно пнул осколки фарфора. Ни одной целой чайной пиалы в кабинете больше не осталось.
Лэй Ба — его личный ручной монстр, гарант абсолютной неприкосновенности на Нижнем рынке, способный рвать обычных людей пополам! В данный момент скулил у костоправа переломанной сукой. Шестой уровень Пробуждения. Хваленая кисть могучего вышибалы превратилась в кровавый кисель, который лекари даже не брались собирать воедино. И всю эту анатомическую катастрофу устроил какой-то бродячий ученый, причем даже не запыхавшись!
Дун уставился на свои мягкие холеные ладони с въевшейся в поры элитной киноварью, где мозоли натирались исключительно дорогой соболиной кистью, а не рукоятью нормального меча. Зубрежка символов, идеальные расчеты углов преломления и составление сложных коммерческих смет кормили его десятилетиями, но прямо сейчас вся эта бумажная империя не стоила и ломаного гроша, ведь его собственные меридианы, небрежно вскрытые бракованными рыночными пилюлями, зияли пустотами, по которым рыхлая ци ползла с грацией парализованной улитки.
— Что толку от моих безупречных «Знаков уплотнения», если я даже не смогу нанести их в реальном бою⁈ — взвизгнул Дун, хватаясь за волосы.
Туго набитые кошельки не спасали от грубой стали, и теперь этот дьявольский мастер Хао мог вломиться к нему с минуты на минуту. Никто из наемных крыс гильдии не почешется, чтобы встать на защиту толстого торгаша, которому выбили все клыки.
Подкосившиеся ноги не выдержали. Дун грузно рухнул на колени прямо перед личным алтарем удачи, содрогаясь всем своим массивным телом.
— О, милосердные Небеса! — завыл начертатель, воздевая пухлые руки к деревянному потолку. — Я отдам половину своего состояния! Девять
