звона оружия, ни криков, даже мерзкий нарастающий смех-скрип существа прекратился. Только глухие удары, шелест травы и звук ломающихся сухих веток.
Как ни странно, лучше всего было заметно чудовище. Вернее, смазанное чёрное пятно, то и дело появляющееся в поле зрения меж тёмных силуэтов деревьев, а вот Айолина я почти не видела, но утешало одно.
Раз бой продолжается, гомункул жив и способен стоять на ногах.
Пока.
Пульс бил в виски, а кончики пальцев холодели от плохого предчувствия. Оценить на чьей стороне перевес в сражении было невозможно, но мой дар безошибочно подсказывал, что дерьмовее расклад не придумаешь. Я знала, если ничего не придумаю, Айолин не выживет.
Кидать сферу не имело смысла, бой шёл уже на приличном удалении от нашего укрытия, но даже будь он рядом, попасть в нечисть я бы не смогла, а вот ослепить и дезориентировать гомункула запросто.
И тут я увидела то, отчего все связные мысли покинули меня.
Мужчина был слишком занят схваткой, поэтому не видел, как силуэты дальних деревьев неожиданно раздвоились, и пять… нет, шесть копий чудовища, что до сих пор скрывались в тени вековых стволов, синхронно склонили головы, взглянув на сражение.
Они засмеялись, довольные своей шуткой - тем, что выманили жертву за пределы круга и позволили поверить, что шанс на победу есть.
Глава 22
- Их много! Запали огонь! – закричала я, что было сил, надеясь, что Айолин меня расслышит. А сама рванула обратно к стоянке.
Действовала больше на инстинктах, чем в действительности просчитывая ситуацию. Схватила было лук, но соотнеся вес магической сферы и стрелы, отбросила в сторону.
Где-то позади меня Айолин активировал свой артефакт, полыхнуло марево огня. Слишком слабое, чтобы быть надёжным. Должно быть, после обильного дождя даже магическое пламя неохотно схватывало влажную древесину.
Я не обернулась, чтобы не терять и секунды, схватила одно из полотенец, сушащихся на рогатине. Обернула им сферу и завязала на манер кулька. Обхватив странную ношу, метнулась обратно к ограждению, не забыв с помощью второй сферы зажечь потушенный на стоянке костёр.
Айолин сидел вдалеке, привалившись к дереву с полыхающей кроной. Даже отсюда я видела поблескивающую в отблесках огня кровь, залившую плотную куртку из дублённой кожи.
Только в сказках прекрасные рыцари всюду разъезжают в латах. На деле полный доспех надевают крайне редко, обычно лишь перед непосредственными боевыми действиями, когда есть время на подготовку. Стандартное походное обмундирование орденцев состоит из плотных курток с металлическими пластинами, наручей и других отдельных элементов доспеха. Гораздо легче и в то же время надёжно.
И всё-таки тварь без особого труда располосовала толстую кожу и пробила металлические пластины. Я не могла оценить в полной мере состояние своего спутника, но, если бы не языки пламени над головой, он был бы уже мёртв.
Тем не менее, острое чувство смертельно опасности чуть стихло. Возможно, критическая точка была пройдена, и теперь у нас появились неплохие шансы на выживание.
Тёмные тени кружили возле Айолина на грани светового круга. Скрипа-смеха больше не было, похоже, огненные сферы стали для тварей неприятным сюрпризом. Вот только огня от сгорающего дерева не хватит, чтобы продержаться до утра. Нужно дать возможность Айолину вернуться в защитный круг.
Зачем он вообще покинул его?
Злясь на себя за бесполезность, я начала осторожно, на манер пращи, раскручивать полотенце со сферой внутри. Когда, как мне показалось, снаряд оказался в нужной точке, я выпустила ткань из рук, молясь, чтобы сфера разбилась вблизи какого-нибудь дерева и подожгла его.
Айолин понял мой замысел ещё до того, как полотенце коснулось земли. Плавно, будто и не был ранен, поднялся и почти на пределе видимости метнулся к новому участку света.
***
Позже я осознала, что сглупила. Айолину хватило бы огня и от его заклинания. Он мог бы использовать угли и пылающие ветви дерева, чтобы поджечь окружающие кустарники и проложить огненную тропу до защитного круга из кристаллов.
Мне оставалось лишь развести костёр на стоянке и позволить гомункулу всё сделать самому. Но я настолько устала от вечного ощущения бесполезности в этой вылазке, что схватилась за возможность помочь и в результате потратила ценные артефакты совсем не рационально.
И всё-таки важнее, что мы проложили огненную тропу от второго подожжённого дерева. Гомункул добрался до меня уставшим, но почти невредимым.
Я говорю «почти» лишь потому, что не все раны на теле мужчины успели затянутся до нашего воссоединения, но большая часть из них уже зарубцевалась или, как минимум, перестала кровоточить. Айолин выглядел измождённым, но смертельная опасность миновала.
Твари сторожили нас вплоть до рассвета, в предрассветных сумерках они исчезли, хотя я буквально кожей ощущала нечеловеческую злобу.
Гомункул после сражения чувствовал себя неважно, но первым делом прошёл проверить место ночного боя и вернулся назад со странной белой маской в руках. Казалось, она была отлита из гипса – с узкими прорезями для глаз и улыбающейся щелью на месте рта.
- Это всё, что осталось от того, которого мне удалось убить, - Айолин постучал по поверхности пальцами. – Когда я сорвал с него маску, он будто ослеп и перестал видеть меня.
Я масок на лицах ночных созданий не заметила, но, с другой стороны, и не сталкивалась с ними лицом к лицу.
Интересно, кстати, почему?
Неужели, они приходили лишь за мужчиной? Быть может, Ард велел им не трогать меня?
Гадать было бессмысленно. Как и всерьёз рассчитывать на то, что тёмные создания не навредят мне. Всё же Тьма – есть Тьма. Не уверена, что она может пойти против своей сути.
- Кстати, - внезапно вспомнила я. – Зачем ты покинул защитный круг?
- Подойди сюда, - Айолин поманил меня рукой и подвёл к кристаллу. – Не знаю, как ему это удалось, но он повредил защиту.
Я склонилась над прозрачным с фиолетовыми вкраплениями камнем. Ночью от него исходило едва заметное свечение, но днём он казался почти обыкновенным. У основания вилась небольшая трещина, настолько незначительная, что она скорее угадывалась, чем действительно виднелась.
- Как ты её разглядел? – поразилась я.
- Не глазами уж точно. Магический фон изменился.
Покосившись на измождённого после трудной ночи мужчину, сосредоточенно расследующего повреждённый кристалл, я промолчала. Интересно. Не думала, что Айолин настолько чувствителен к магической энергии. Обычно это доступно лишь магам и некоторым одарённым, вроде Криса и мастера Рейдала.
Возникал вопрос. Видел ли Айолин, что я бездарок? Неужто знал и молчал?
- Ольга, мне придётся поспать, - подняв
