взгляд на усталое лицо, я согласилась со спутником. Мужчина выглядел измождённым. Хотя раны затянулись совсем, я подозревала, что столь серьёзные повреждения не могли пройти для организма незамеченными. – Но сначала позавтракаем, нужно возместить потраченные силы.
Обычно мы не трогали запас сушёного мяса, обходясь пойманной дичью, но просто варёной крупы Айолину для восстановления было откровенно мало. Поэтому наскоро настругав твёрдые волокна, отправили их вариться в котелок, а сами решили, что делать дальше.
- Утешает, что чем бы ни были наши вчерашние гости, днём они не появляются. Нужно возвращаться в деревню и запросить подмогу.
Я забеспокоилась. Мы не могли вернуться, не найдя убежища. Если сюда нагрянет вся орденская рать, шанс того, что я смогу разыскать половинку сферы был ничтожен. Мне и так предстояло придумать, как убедить Айолина исследовать убежище, а не следовать инструкции - самим не соваться, дать знак остальным и ждать подкрепления.
«Не знаю, чего ты добиваешься, Ард, но твои детишки совсем делу не помогают», - мрачно подумала я.
На самом деле, больше всего мне хотелось прислушаться к доводам спутника и покинуть лес, что теперь казался зловещим и ещё менее гостеприимным, чем раньше. Даже днём, в тёмных тенях от деревьев чудились зловещие очертания ночных наблюдателей.
- Ты не боишься, что мы можем привести их за собой к поселению? – мой вопрос был лишь отчасти продиктован желанием отговорить Айолина от возвращения. По какой-то причине жители деревни не знали о существовании подобных тварей в лесу. Возможно, мы разбудили их своим присутствием. Или сработала защитная система, оставленная Умброй.
Айолину чудом удалось убить одного. Крестьяне не смогут противопоставить им ничего.
По мрачному лицу гомункула я осознала, что его беспокоят те же мысли:
- Не нравится мне всё это. Эти твари не из обычных монстров. Ими движет не просто злоба и желание набить брюхо. Они любят играть с добычей и наслаждаются её отчаянием. Подобные им не будут отсиживаться в лесу, им нужны разумные жертвы. Поэтому странно, что ни о чём подобном мы до сих пор не слышали.
- Возможно, это знак, что мы на верном пути.
- Боюсь, ты права.
Глава 23
Я уложила мужчину спать, пообещав разбудить, если замечу что-нибудь подозрительное. Айолин завернулся в отсыревшее походное одеяло и забылся беспробудным сном.
На фоне грубого серого полотна бледное лицо гомункула выглядело ещё более исхудавшим и усталым. Энергия для регенерации не бралась из ниоткуда. Организму, чтобы залечить раны в одном месте, требовалось взять её из другого. Мой спутник в буквальном смысле исхудал, будто много дней провёл впроголодь.
По-хорошему, пойти бы поохотиться, но я не могла оставить Айолина одного, поэтому занялась сбором снаряжения – мы должны были отправиться в путь сразу после пробуждения воина.
Пока руки механически выполняли работу, я размышляла о том, о чём думать совершенно не хотелось.
Куда идти, когда в ордене я оставаться больше не смогу.
Я знала, что Ард не солгал. Мимолётная тревога, будто первый холодный ветер в конце лета, предвещающий приход осени, засела глубоко внутри. Орм открылся мне с новой стороны. Я многое узнала об обычаях, социальном устройстве, культуре и других жизненно необходимых вещах. И от того мои шансы на выживание казались мне ещё более призрачными. Конечно, Ард обещал мне поддержку, если я выполню его задание. Но на бога надейся, а сам не плошай. Особенно, если благодетель твой – бог Тьмы.
Единственное, что я умела, из того, что могло пригодиться в этом мире – владеть мечом. Надо признать, так себе, но всё же не хуже, чем многие другие новобранцы. Вот только шансы мои заработать себе на хлеб ратным делом стремились к нулю.
Если я получу «красную карточку» в ордене, на службу ни к одному лорду меня не возьмут, даже если захотят. А могут и не захотеть, потому что только в Орден пятерых спокойно брали женщин, в остальных случаях всё сильно зависело от феодала. Конечно, искусные воительницы, вроде мастера Аноры, всегда были в почёте. Но, вот беда, я к ним не относилась.
Ещё один вариант – податься в наёмники. Но это весьма скользкая дорожка. В прославленные отряды с хорошей репутацией очередь желающих вступить. И, разумеется, туда берут лишь самых лучших. А вот в менее щепетильные наёмничьи шайки самой не хотелось. Меня может быть и возьмут, только в качестве кого? В определённых кругах сочетание «боевая подруга» - это завуалированное «шлюха походная». Берут таких девок с собой, чтобы в перерывах меж охраны обозов жить было веселее… И не всегда они даже сражаться умеют. Подумаешь, помрёт? Найдут другую, мало ли неприкаянных сирот, нуждающихся в куске хлеба.
Да и, что самое главное, не хотелось мне рубить людей да самой шею подставлять. Одно дело – нежить, другое – разбойники и другие такие же наёмники.
Как ни крути, а этот путь для меня закрыт.
Крестьянкой стать тоже не так-то просто. Когда читаешь книги, об этом не задумываешься, но нельзя просто так прийти в деревню, занять какой-нибудь пустующий домик и начать выращивать репу да картофель, которые, кстати, на Орме всё равно не растут.
Раз в несколько лет каждый феодал проводит перепись крестьян, живущих на его земле. Может быть, моё появление и не вызовет особых вопросов. В конце концов, какая разница, если староста дал дозволение поселиться, а я плачу подати.
Вот только, смогу ли я их платить? Сначала нужно взять где-то семена и зёрна, денег на покупку которых у меня нет. Умудриться не угробить все посадки в течении года и собрать урожай, чтобы весомую часть его отдать не только лорду земель, но и деревне на общие нужды.
Даже если невероятно повезёт, меня приютят и не дадут загнуться от голода, пока я осваиваю огороднические премудрости, одной огромной проблемы это не решает.
Рано или поздно мне придётся выйти замуж за какого-нибудь крестьянина. Просто потому, что крепкая семья с кучей родни – основа любого хозяйства в деревне. В одиночку поле не больно вспашешь, за скотиной не походишь и кучу других дел не переделаешь. Да и брак в моей ситуации был бы единственным надёжным способом закрепиться на земле.
Подозреваю, что для замужества мне пришлось бы ещё крепко попотеть. У крестьян женят рано, и я, какая бы красавица ни была Генерис, скорее всего, уже перестарок. К тому же пришлая. И не девица. Только мечом махать и умею. Куда ни плюнь сплошные
