огрызнулся он, отряхаясь. — Это был последний набор!..
Но Белиал молчал. Он всё так же пялился в экран и всё так же держал в руке донышко. Даже когда фильм был поставлен на паузу и повсюду начались оживлённые обсуждения, он отрешённо смотрел куда-то перед собой. В себя пришёл только когда кто-то попытался стянуть с него плед.
— Просыпайся, — закатил глаза Сатана.
— З-зачем?..
Веста, уже стоявшая в дверях, прикрыла ладонью улыбку.
— Твой отец жаждет хлеба.
— Зрелища нам уже хватило, — прошептала Веста, уронив взгляд.
— Ужин и так был отложен, — качнул Сатана головой отцу и вновь потянул за плед. — Да отдай ты его!..
Но Белиал только сильнее вцепился в него и метнул бешеный взгляд на дверь, откуда ему лучезарно улыбалась девушка.
— Я не голоден.
— Он врёт! — рассмеялась Веста. — Вы бы слышали, как у него живот выл во время фильма!..
— Во-о-о-от оно что! — задумчиво перехлестнула на груди руки девочка. — Во-о-от что это за звуки были.
Веста вздрогнула и перевела взгляд на Белиала. Тот, как оказалось, ни на секунду не отрывался от её глаз.
— Я его сейчас подожгу! — стал закипать Сатана. — И тебя заодно.
— Да бросьте вы его!..
На мгновение Белиал выдохнул, что и сыграло против него: Сатана с лёгкостью вырвал плед и тут же с отвращением бросил его на пол.
— Ты!..
— Неужели опять? — чуть ли не крикнула Веста, увидев, как дед с интересом вытянул шею из-за спины Сатаны. — Ох, мне так неудобно, что вы узнали об этом вот так!..
Наигранно она закачала головой, изобразила грусть, а сама всё щёки втягивала, чтобы не выдать улыбку.
— Сын… Скажи, что это не то…
Сатана запнулся и обернулся на Весту. Дед же удивлённо смотрел на внука, который наконец додумался прикрыть пятно на паху ладонью. Слишком быстро испуг у него сменился злостью, и злость эта была направлена исключительно в сторону двери, а не на того, кто стянул с него плед. Приоткрыв рот, он процедил воздух и уже хотел было ответить, как Веста вновь забрала всё внимание на себя.
— Ваш сын онанист!
— Всё-таки не живот!.. — тут же ахнул дед и закрыл лицо ладонями.
В зале в мгновение повисла тишина, которую нарушил её виновник спустя долгие две минуты, глядя на своё проклятие исподлобья.
— Бес одолевает. Ничего с этим поделать не могу, — с трудом переступая через себя, выплюнул он. —Покане могу.
Рай: три всадника
Понедельник
— Когда я был в твоём возрасте…
— Доброй ночи, — вздохнул Белиал, привстал со стула и тут же был усажен отцом обратно. — Фальстарт, понял.
Сидя за столом, он ни разу не поднял глаз — смотрел исключительно на пальцы, которые время от времени сгибал и разгибал. Сатану перестал слушать, стоило тому впасть в воспоминания, и даже деда старался не замечать, хоть тот весь остаток вечера провёл молча.
Ни сразу после инцидента — как обозвал это Сатана, ни после плотного ужина Белиал не смог разгадать причину, по которой Веста опозорила его на добрую половину рая. Перебирал вариант за вариантом, даже грешил на корявый почерк в записках, но «отлично» по каллиграфии ещё в начальных классах лицея подсказывало ему, что проблема в чём-то другом.
Сама девушка раскрывать причину своего поведения не планировала. Это стало понятно Белиалу только после того, как в районе двух часов ночи он постучался к ней в спальню и без доли злобы в голосе спросил про вечер. Он даже извинился за поздний визит и, не зная зачем, пересказал треть беседы с отцом. Вот только Веста, а точнее — дверь, оказалась не такой сговорчивой, поэтому в кровать он отправился с тяжёлой головой и новой порцией догадок. Хотел разобраться со всем позже — хотя бы в обед следующего дня, однако наутро неожиданно для себя сменил тактику: гнаться за правдой должен был далеко не он.
Вторник
Раскаты грома разбудили её в седьмом часу. Из-за позднего визита Белиала она уснула только под утро, поэтому теперь с кровати сползала с закрытыми глазами. Машинально поправила ворот рубашки, смахнула волосы с лица и поджала губы в улыбке.
— Это был не сон!..
Когда Веста поплелась вниз, единственное, на что та рассчитывала, был свежезаваренный кофе, а не три коврика для йоги и столько же пар ног у каждого. Что дед, что Сатана, что Белиал были одеты в подобия спортивной одежды. И если на лицах первых двоих можно было уловить полную сосредоточенность, то лицо того, что стоял последним, выражало только искреннее непонимание происходящего.
— Доброе утро, Веста.
— Доброе-доброе!.. — не отрываясь от книги, кивнул дед девушке. — Надо вот эту ногу поставить…
Веста приподняла брови, стоило ему изогнуться так, что в нескольких местах у него прохрустели суставы.
— Чего ждём?
— Я бы…
— Ты сыну своему помочь хочешь? — фыркнул глава семейства на Сатану.
— А как мне…
— Снизит тонус в причиндалах! — огрызнулся дед уже на Белиала и швырнул в него книгой.
Один за другим они стали сгибаться к полу и переставлять стопы ног в неестественные позы. Веста же, не в силах оторвать от этого взгляд, присела на край ступеньки и сложила руки на коленях. Ей стало любопытно — надолго ли хватит этих троих. И она бы с удовольствием засекла время, если бы Белиал не окликнул её.
— Поставишь чайник?
Вместо слов она лениво встала на ноги и направилась на кухню, где минутами позже под мелодичную брань Сатаны из гостиной отметила: «Значит, в молчанку играть он не собирается».
Среда
Дожди обещали лить всю неделю, поэтому из развлечений в раю остались настольные игры, просмотр фильмов и издевательство над тем, кто своим поведением никак покоя не давал Весте. Ей странным и подозрительным в нём казалось всё: несвойственная покладистость, вежливость в любых проявлениях, отсутствие глупых шуток в её сторону. Последнее настораживало особенно.
Вот уже больше суток он не лез к ней с расспросами и сам не поддерживал Весту, когда та начинала вспоминать вечер в зале. Отшучивался, менял тему разговора, но в большинстве своём — молчал и улыбался. Из раза в раз наблюдая такую картину, Веста наконец обозвала его «шизиком». Так подошёл к концу второй день затишья.
Четверг
По отработанной
