глубокой ночью. Хотела взять оттуда полотенце, но сколько бы ни искала, смогла откопать лишь халат и ту самую сумку, с которой они приехали погостить. Чёрт девушку дёрнул залезть в неё. И этому чёрту она была благодарна, ведь на дне её нашла кое-что давно забытое, но поистине необходимое.
Впопыхах девушка вернулась к себе, спрятала пропажу под подушку и подобрала с пола резинку для волос. А чтобы самой не намокнуть, накинула толстовку с капюшоном и до колен натянула носки, ведь не хотела переодевать шорты.
Бесшумно она спустилась в гостиную и подкралась к двери. Если бы не завывающий ветер по ту сторону, то ей бы и правда удалось незаметно улизнуть от Сатаны.
— Доброе утро, Веста.
Нахмурившись и беззвучно чертыхнувшись, она надела на лицо улыбку и обернулась, чтобы поприветствовать Сатану.
— Тебе пригодится.
Не успела она и рта открыть, как он поставил перед её ногами высокие сапоги.
— Плащей нет. Был один, но мой отец… он ярый противник всего нормального.
Не произнося ни слова, а лишь глупо улыбаясь, Веста вылезла из тапок и надела сапоги. Халат свернула в несколько раз и засунула себе под толстовку, а резинку натянула на запястье. Про капюшон чуть не забыла — надела его, уже порядком намочив волосы.
До знакомой двери она добежала быстро. Влетела в неё, чуть стены не снеся, и на ходу принялась стягивать с ног сапоги. Всё переживала, что опоздала.
— Сними живо! — вскрикнула она, когда увидела, как Белиал затягивал на шее петлю. — Совсем с головой дружить перестал?
— Да это безопасно.
— И кто тебе это сказал? — подлетела она к нему и рывком стянула удавку. — Старик в юбке?
Она на него злилась, поэтому не замечала ничего вокруг. А посмотреть было на что: одни волны под три метра чего стоили! Как раз нехилые брызги от одной из них и привели её в чувства.
— Одевайся, — отпрыгнула она от берега и забегала взглядом по мокрым носкам, а подняв голову, вновь вцепилась в верёвку. — Отпусти!
— Они не отстанут, — с печалью в голосе ответил ей Белиал и накрыл её пальцы своей холодной ладонью. — Семейное это.
Веста поёжилась от мурашек, но хватку не ослабила.
— Пару дней помучиться осталось, — вновь хмыкнул он и на мгновение задумался. — А с каких это пор ты беспокоишься о…
— О себе!
На его лице мелькнуло недоверие.
— Не хочу в наследство твоей этой Лие перейти!..
— Ну-у-у нет, — запрокинул он голову, широко улыбаясь. — Я тебя деду отдам.
— Не смей! — испуганно взвизгнула она. — П-пожалуйста!
Очередная волна окатила её по колено, тем самым напугав девушку.
— Д-дубак!
— Иди давай, — засмеялся Белиал. — Подключайся к разработке плана по моему уничтожению.
В мгновение она опустила глаза и поникла.
— Я не знала, что так всё выйдет.
На носки случайно взглянула. Вздохнула, когда поняла, что они не только сырые, но и грязные теперь, и потянулась к ним, чтобы снять. Только после неудачной попытки вспомнила про халат.
— Я тебе… чтобы не простудился.
Она протянула ему и вновь потупила взгляд.
— Спасибо.
Потянувшись к носку, краем глаза заметила ещё кое-что, что забыла передать: резинку с руки сняла и, держа двумя пальцами, передала Белиалу.
— Может… перетянешь себе там что.
Белиал не сдержался и рассмеялся, на что Веста нахмурилась и посмотрела на него исподлобья.
— Я про волосы.
Не хотела этих неловких пауз и долгих расставаний, поэтому без предупреждений стала собираться обратно. Капюшон туже завязала, сапоги отыскала и надела их на босые ноги. Носки решила оставить Белиалу, не объяснив ему всей пользы мокрой и грязной тряпки.
— Удачного заплыва, — махнула она, не оборачиваясь.
— Спасибо! — крикнул тот в ответ, косясь на её затылок. — Я знаешь ещё чего хотел сказать!..
Она замерла, вспомнив о ночи.
— Дед завтра будет у себя, поэтому думай перед тем, как рот открыть.
Она шумно выдохнула и кивнула.
— Это не угроза, — замялся он сразу. — Я как лучше…
— Спасибо, — обернулась она на него и пожала плечами. — А это благодарность. Возможно, что... искренняя.
Вечер того же дня
— Чёрная и белая.
— Спасибо.
— И бумага, — протянул ей Сатана небольшую стопку смятых листов. — Ножниц, как видишь, не нашёл.
— Ничего страшного. Это не так обязательно.
Надавив сначала на один, потом на другой тюбик, она убедилась, что краска не засохла, и ещё раз поблагодарила Сатану. Тот же зачем-то поблагодарил её в ответ.
— Даже не поинтересуетесь?
Она посмотрела на него внимательно, без улыбок и тем более надменного взгляда, и выдавила на ладонь немного белой краски.
— Нет, — свёл он ладони и плавно скрестил пальцы в замок. — Развлекайтесь.
Её что-то в нём смутило: то ли мягкая улыбка, то ли хитрый взгляд. Не могла сказать, что сам мужчина ей не нравился, но настораживал он её довольно часто.
Ещё до его ухода она принялась за работу: стала размазывать краску по каждому листу, но только с одной стороны. Раскрасив таким образом около трети, она выдавила на белую ладонь совсем немного чёрной краски, чтобы получился один из оттенков серого, — им она раскрасила ещё треть.
— Глупая затея, — поморщила она нос, который, как назло, чесался. — Но какое исполнение!
Выдавив почти всю чёрную краску, она докрасила остаток листов и, как и остальные, разложила их по полу до полного высыхания, а сама села рядом. На кровать уставилась, задумалась.
— Ты делаешь это, чтобы развлечься, — поджала она губы в кривой улыбке. — Не более.
Нос всё-таки почесала, да и лоб тоже. Не заметила, как из-за этого оставила краску на лице, да и покажи ей себя в зеркале, она бы всё равно не поняла подвоха, ведь думала совершенно о другом: ей до ужаса было жаль Белиала.
Когда краска схватилась, она собрала все листы и разложила их на три стопки в соответствии с цветами: чёрный, серый и белый. Пересчитала на всякий случай несколько раз и принялась их аккуратно рвать. Таким образом, с одного листа она получала девять небольших карточек.
Закончила поздним вечером, поэтому спускалась на кухню чуть ли не на носках. А вымыв руки, так же тихо поднялась обратно. Дело осталось за малым — уснуть.
На
