— Да, я все понял. Но скажи мне, сколько прошло времени с той минуты, когда вы слышали спор, до начала пожара?
Она покраснела еще больше. Очевидно, служанка не могла дать внятного ответа. Должно быть, они с ее дорогим Джебом были слишком заняты. Черт, эта парочка не думала ни о чем, пока не начался пожар в гостинице. История девчонки не дала Растмуру ни одного ответа на его вопросы.
— А что же с той женщиной? — продолжил он. Непохоже, что служанка сообщит ему что-то новое, но спросить все-таки не помешает. — Ты сказала, что она уехала. Что ты имела в виду?
Лицо судомойки осветила улыбка.
— О да! Она уехала. В экипаже, сэр.
— Это ты уже говорила.
— С джентльменом. Мой Джеб все подготовил очень быстро, как ему было приказано. Он честный человек, сэр, и если бы знал, что служит каким-то поджигателям… скорее всего не стал бы этого делать. Но они, должно быть, пришли за экипажем и уехали, когда начался пожар.
— Значит, ты видела, как они уезжали?
— Мой Джеб видел, сэр. Он заметил их, когда они заворачивали за угол. Он сказал, что они спешили — так что светлые волосы этой леди растрепались, а джентльмен гнал лошадей изо всех сил.
Наконец-то хоть что-то.
— Она была блондинкой?
— Так сказал Джеб, сэр. Думаете, это та самая женщина, которую вы ищете?
— Полагаю, да.
У Софи были светлые волосы. Возможно, Джулия была права; возможно, это Софи спорила с мужчиной во дворе прямо перед началом пожара.
Боже, ему хотелось бы на это надеяться! Он и в самом деле предпочел бы знать, что на его жизнь покушалась Софи и прихлебатель Фицджелдера, чем женщина, которую он любил.
Которую он любил когда-то.
Энтони нашарил в кармане монетку для служанки.
Девица принялась озираться, но все-таки приняла вознаграждение.
— Полагаю, теперь вы захотите, чтобы я рассказала хозяину, не так ли, сэр?
— О чем?
— О том, что мы знаем, кто мог устроить поджог. Тогда можно будет позвать судью и кого-нибудь пошлют за вашей леди и тем джентльменом. В конце концов, они ведь не согреть вас пытались.
— Нет, этого делать не нужно.
Он был бы не против задать несколько вопросов судье, но что это даст? Если это и в самом деле была Софи, а ее спутником был Линдли или кто-то из приспешников Фицджелдера, то они будут просто отрицать свою причастность к случившемуся. Разумеется, у его кузена достаточно денег и друзей среди законников, чтобы выйти сухим из воды. Любые обвинения, которые предъявит Растмур, останутся лишь словами, поскольку у него нет никаких доказательств, свидетельствующих против негодяя. Это лишь заставит Фицджелдера предпринять еще более радикальные шаги. А это будет значить лишь одно: в опасности окажется не только жизнь самого Растмура.
Нет, будет лучше, если судья не станет вмешиваться. Это останется между ним и Фицджелдером. Не стоит вытаскивать на белый свет семейные скелеты из шкафов. Он разберется со всем сам.
— Также я не думаю, что и вашему хозяину стоит об этом знать, — сказал он судомойке с деланной беззаботностью. — Покушались на мою жизнь, и я сам возмещу все убытки. Надеюсь, вашего хозяина это утешит.
Глаза служанки загорелись, она улыбнулась и стала почти хорошенькой.
— О, спасибо вам, сэр! Спасибо! Благослови вас Господь!
— Но скажи мне, — спросил он, — в каком направлении они уехали, по словам твоего Джеба?
— Туда, сэр, — ответила она, указывая на юг.
В Лондон, разумеется. Черт, Фицджелдер получит медальон и претворит в жизнь свои планы. Это обернется не лучшим образом для матери и сестры подумал Растмур. Ради их блага ему нужно забрать этот медальон прежде, чем Фицджелдер достигнет цели. А это значит, что сам он немедленно должен отправиться на юг.
Ему нужно спешить, если он хочет перехватить их до того, как грязные руки Фицджелдера коснутся медальона. Кроме того, есть кое-что еще. Кое-что гораздо более опасное. Софи знает правду о том, кто Джулия на самом деле, и если Фицджелдеру об этом станет известно, неприятностей не избежать.
Если хотя бы часть из того, о чем рассказывала Джулия, правда, то она окажется в еще большей опасности, чем сам он. Ему угрожает всего лишь погибнуть от руки кузена; но невозможно представить, насколько страшную месть он придумает для Джулии.
Растмур взглянул на Джулию — должно быть, она наконец забыла, что играет роль: ее движения были мягкими и женственными, несмотря на мужской костюм. Возможно, она не такая уж и хорошая актриса. Возможно, она и вправду всего лишь женщина, ставшая еще одной жертвой Седрика Фиццжелдера.
Но эти мысли опасны. Лучше не ступать на эту зыбкую почву. Все те, кто верил в то, что у Джулии есть сердце, в дальнейшем горько раскаивались в этом.
— Если позволите сказать, сэр, с вашей стороны было бы разумно ее отпустить, — сказала судомойка.
— Что? — переспросил Энтони.
— Ваша леди, которая только что сбежала, — ответила девица. — То, как она поступила с вами, просто ужасно.
— Да, именно.
— Но вам лучше ее отпустить. Боюсь, если вы этого не сделаете, то подвергнете себя опасности.
— Вы правы, — кивнул он.
— Разбитое сердце заживет, сэр, — успокоила его служанка.
Малышка была слишком юна, чтобы понимать в этом хоть что-то, но он оценил ее заботу. Если бы только он и в самом деле мог последовать ее совету!
— Вот. — Он извлек из кармана еще несколько монет. — Не трать их слишком быстро. Когда-нибудь они пригодятся вам с Джебом.
Судомойка сделала реверанс и принялась благодарить его снова и снова, так что Энтони почувствовал себя неудобно. Наконец он улучил минутку и пошел по двору, забитому постояльцами, которые наперебой спрашивали о его здоровье. Каждый из них благодарил Бога за его спасение и удивлялся, как нечто подобное могло случиться в этой гостинице.
Никто из них не видел, как произошел поджог, и казалось, никто не понимал, что это было сделано намеренно. Что ж, он не будет им сообщать. Последнее, что сейчас нужно, — это паника и появление здесь представителей закона. Уж лучше он сам спокойно разберется в происходящем.
Прежде всего нужно удостовериться, что рассказ служанки — правда. Действительно ли кому-то посреди ночи понадобился экипаж Линдли? И действительно ли его здесь больше нет? Узнать это будет несложно.
Растмур проскользнул в сарай. Экипажа там не было. Разумеется, он и не ожидал его обнаружить.
Он остановил проходящего мимо конюха и спросил его, что ему известно.
— Ничего, сэр, — ответил тот. — Джеб ездил за ним в Гейдон. Ждал там весь день, пока экипаж не починили… Ось была сломана или что-то вроде того. Он приехал только поздним вечером, и я видел этот экипаж здесь, в этом сарае. Такой красивый и хорошо отремонтированный. Мы нечасто видим здесь у нас такие, нет. Вам лучше спросить Джеба, что произошло. Он знает лучше остальных.
