равно придется продать корабль. Дело не в том, что мы требуем высокую цену — дело в реагентах, травах и материалах, необходимых для лечения. Это потребует целого состояния. К тому же, мне нужны будут помощники, ритуал нельзя провести в одиночку.
— Хорошо. Подписывайте бумажки. — Покровительственно машет рукой Аша и заваливается в кресло, закинув ноги на стол.
Карл выходит из зала, чтобы вернуться через несколько минут в компании двух солдат, что тащат сундук с золотом. На их поясах аширка замечает знакомое оружие. Огнестрел. Она поворачивает голову, чтобы показать его Эшли, но та с Марвином занята ваянием собаки. Прямо скажем, получалось не очень похоже — вместо поджарой гончии получалась обычная дворняга. Видимо, пара не особо разбиралась в породах.
Фр. Пару минут поразглядывав свои ботинки, она обращается к капитану.
— Эй, а куда мы направимся теперь?
— Что? О чем ты? — Встряхивается он, оторвав завистливый взгляд от того, как целитель считает монеты.
— Ну, типа возле Орлиного Утеса течет река, мы не можем приплыть прямо туда? Зачем нам порты?
Капитан усмехается.
— Фрегат — это тебе не шхуна. Да, столичная река достаточно полноводна, чтобы мы без проблем доплыли до Ренвела, но русло, ведущее к Утесу слишком мелководно, там пройдет лишь речная баржа или галера. Мы же, с нашей осадкой лишь сядем на мель. А вот русло в третье Герцогство вполне судоходно. Линкор там не пройдет, конечно, но мы, думаю, протиснемся.
— Третье Герцогство значит… Ну, оттуда будет ближе к Рейкланду, чем отсюда. Довезешь?
— Такое чувство, что у меня нет выбора. — Кривится он и внезапно бьет кулаком по столу. — С тех пор как я потерял магию, мною вертят все, как хотят. Раздери меня мурена, как же бездново неприятно быть простым человеком!
— Выбора нет, ага. Тебе же всё равно надо найти еще пару целителей, а их там, походу, дохрена. — Болтает ногами девушка, убрав их наконец со стола, чтобы не мешать людям заполнять договор.
— Одно условие. Вы не запускаете свою тарахтелку, мой корабль и так трещит по швам. И я не позволю его и дальше разбирать!
— Без проблем. — Протягивает руку для рукопожатия Аша, но в дверь раздается стук.
Все оборачиваются. Дверь бесшумно открывается.
Целитель замирает со стопкой золотых монет в руках. С пера Карла падает клякса на договор. Открытый сундук полон золота, а солдаты выхватывают револьверы и наставляют на вошедшего.
В его руках — пистоль, за его спиной — целая толпа с красными повязками на руках.
— Мои товаг’ищи сообщили, что пасажиг’ы напг’авились сюда. Позвольте поинтег’есоваться, у вас не найдется лишнее место на ког’абле?
* * *
Песок тихо шуршал под босыми ногами. Мертвый и безжизненный, он простирался на многие километры вглубь от берега. Путник, закутанный с головы до ног в тряпки, преодолевал бархан, за которым должно было показаться мертвое море. Его скупые движения походили на движения голема или марионетки. Он втыкал в песок свой костяной посох, движениями, отработанными до автоматизма. Путник казался столь же мертвым, как и все вокруг. Не выделялся на фоне пустыни, был един с ней. Порывы ветра на секунду приоткрывали его черное лицо, обтянутое кожей. Обезвоженное, исхудалое, равнодушное.
Он находился на грани смерти.
И это его вполне устраивало. Близость к смерти делала некроманта лишь сильнее.
Мастер Смерти шел к берегу не просто так, он почувствовал на нем жизнь. Слишком много жизни для мертвого моря.
Сквозь шепот песков доносились звуки лютни и голоса.
Песня.
Прибывшие пытались приободрить себя. Неудивительно. В условиях, когда магия смерти капля за каплей вытягивает из тебя жизнь, все хотят отвлечься.
Некромант вступает на вершину бархана. Море перед ним рябит от парусов. Слишком много. Корабли выбрасываются на мель, словно киты, пропахивают своим брюхом мертвый, соленый песок. Из трюмов спешно выгружают ящики и клетки с химерами. Никто не хочет задерживаться в мертвых землях дольше необходимого.
Он задумчиво наблюдал за ними глазами, глубоко впавшими в глазницы.
Всё побережье занимали войска. Среди них было мало мечников и латников, половину силы составляли погонщики и специально выращенные твари. Другая половина скрывалась в шатрах, пусть и была куда более малочисленной. Маги.
Слишком много. Значит, это не экспедиция к пирамиде, где покоится Архан Черный. Вариантов оставалось не так много. Но чтобы быть уверенным до конца — нужно спросить.
Это не сложно, ведь всё что могут эти люди — всего лишь убить его.
Погладив человеческие позвонки на своем посохе, Некромант начинает спуск к пляжу.
Заметив фигуру путника, к ней тут же спешит дозорный на своей химере, похожей на ящерицу.
— Стой, джин. Тебе тут не место, проваливай в свою пустыню!
Химера подкрепляет слова дозорного громким шипением. Ей не нравится аура смерти, что исходит от закутанного в тряпки полутрупа.
— Это наши земли. Что маги забыли здесь? — Сипит некромант. Его иссушенные связки едва способны производить человеческую речь.
— Я сказал тебе проваливать! — Кричит страж и подстегивает поводьями химеру, заставляя её напасть на путника.
Задние ноги ящерицы выстреливают вперед. Рывок!
Пасть химеры открывается шире и шире. Несмотря на довольно скромный размер, едва ли больше лошади — ящерица готова заглотить человека целиком.
Острые зубы… осыпаются.
Чешуя блекнет. Лапы подламываются, сгнившие кости не могут выдержать вес тела. Всадник вылетает из седла и кубарем катится по песку. Замершая химера стремительно сгнивает, из-под плоти показываются белые кости, а некромант перехватывает посох и продолжает свой путь к лагерю. В поисках того, кто даст ответ.
Дозорный отплевывает песок, выхватывает меч и делает шаг в сторону некроманта, но путь ему преграждает его же химера. В пустых глазницах горит синий огонь. Магическое ядро, ставшее новым сердцем возрожденной твари, парит в костяной черепушке. Дозорный опускает меч и достает с пояса рог.
Сигнал тревоги разносится по побережью, заглушая лютню.
Вокруг некроманта тут же собирается отряд, вынуждая его остановиться.
Впалые глаза немигающим взглядом оглядывают людей. Да. Многие умрут. Включая высокопоставленного мага, что расталкивая людей, пробивается к нему.
— Сам не ожидал, что когда-нибудь скажу такое, но рад вас видеть, джин. Учитывая обстоятельства, я готов предложить вам сделку. Мы даем еду, сколько пожелаете, а вы защитите наш лагерь от ауры смерти. Идет? — Предлагает маг, расплываясь в фальшивой улыбке.
Он достаточно прагматичен, чтобы нарушить законы ради успеха операции. Но некроманта интересует другое.
— Вы собираетесь напасть на крепость? — Скрипит он.
— Эм, да. Так вы согласны?
Некромант равнодушно подсчитывает шансы. В отличие от Теократии, Содружество порой договаривалось с их народом. Причем, делало это даже чаще, чем Королевство. Однако… сейчас это было нерационально.
— Нет нужды. Вы все умрете здесь. Мы заберем еду с ваших трупов. —
