врага, есть у них такая способность, хотя влияние порчи временно. Тем не менее эффект имеется. К чему я задумался над такими вопросами? Просто наше узилище [8] слабо освещается артефактами «светляк». Экономят тюремщики, так как сами зарядить артефакт не могут. Используются активно масляные светильники. У меня же есть некоторая проблема, пока на моей шее надет антимагический ошейник, я не могу развивать объёмы своего дара. Даже истинным зрением воспользоваться получается не каждый раз, сбоит способность. Пока я несколько дней валялся на нарах, отсыпался, потом просто отдыхал, ко мне в голову пришла хорошая идея. Надо предложить тюремщикам заряжать артефакты освещения, а за это вытребовать для себя любимого некоторые послабления. А то кормят меня очень скудно, первые дни вода и лепёшка, при чём из муки низкого качества. Раз в три дня дают рыбу. Так и похудеть недолго. В очередной раз, когда рабы под присмотром Газиза выносили деревянное ведро с моими фекалиями, я решил обратиться к вертухаю [9], надеясь, что он понимает имперский язык. Меня пробовали заставить в первый же день выносить ведро самому, но я на отрез отказался, за что в следующий день получил только воду, вновь отказался от повторного требования носить фекалии. В общем отстали, продержав меня на воде двое суток.
— Газиз, а чего у вас так темно, в вашем гостеприимном каземате? Экономите магическую энергию? Могу предложить делать вам зарядку артефактов, тогда станет намного светлее, если ещё добавите несколько «светляков», — произнёс я, не вставая с нар, но говорил на имперском языке.
Газиз никак не отреагировал на мои слова, я было подумал, что он не понимает имперский язык, однако ошибся. Скорей всего он посоветовался со своим господином, подозреваю, что это Снор. Через сутки Газиз приволок целый десяток артефактов «светляк» и свалил мне на нары. Я посмотрел на принесённые артефакты, потом посмотрел на Газиза.
— Ты никак меня за дурочка принимаешь? С чего бы мне заряжать ваши безделушки бесплатно, поясни? — задал я вопрос, глядя на ортарина с улыбкой.
Газиз изобразил на лице работу мыслей в голове, что-то в его голове провернулось.
— Чего ты хочешь, раб? — спросил скрипучим голосом Газиз.
— Нормальной еды, один день мясо, второй день рыба, лепёшка из хорошей муки. Отруби сами жрите, если вам так хочется. У вас я видел много фруктовых деревьев и виноградники, хочу сок и фрукты, а также овощи. Моему организму требуются витамины, я молод и мне надо расти, запоминай хорошенько или запиши, — перечислил я свои требования.
Газиз, наверное, не умел писать, так как не достал перо с бумагой, а может он просто обладает исключительной памятью. Ортарин ничего не сказал, но, когда он закрывал решётку я добавил.
— Да, и прогулка на свежем воздухе по вечерам, а раз в неделю хочу купаться в реке.
Газиз и в этот раз ничего не сказал, щёлкнул замок и ортарин удалился, но артефакты остались лежать на нарах. Я взял один из артефактов и стал внимательно рассматривать. Ну, точно. Все руны написаны эльфийским способом, мы такую письменность в академии проходили, в начале второго курса. Я изучил внимательно каждый символ, неожиданно пришла мысль, как улучшить артефакт. Можно добавить парочку рунных символов, будет светить ярче и тратить меньше энергии. А чтобы мою хитрость не заметили, я сверху нарисую бессмысленный символ, но для этого мне потребуется шило. Артефакт выполнен из кости сумеречных животных, так что шилом вполне можно аккуратно нарисовать руны. Между делом задумался по какой такой причине меня здесь держат, как узника. Снор так сильно обиделся? Это же глупость. Или мне пытаются указать на моё рабское место? Ладно, поживём увидим.
Реакция на моё предложение последовала через сутки. Замечу, что за все дни нахождения в узилище, я пока не познакомился ни с кем из соседей, да и немного рабов находилось за решёткой. По соседству в ближних камерах вообще никого не было. А те, что сидели дальше, больше меня рассматривали или слушали, когда я заговаривал с нашим вертухаем. Видимо Газиз пообщался со своим начальством, на второй день после моего заявления, он осмотрел артефакты, понял, что я не собирался заряжать светильники без взаимной услуги. Газиз попробовал торговаться со мной, кстати он вполне неплохо знал имперский язык.
— Раб, мясо тебе будут давать раз в неделю, рыбу через день, лепёшки станут приносить из ржаной муки. Фрукты наказанным рабам не положены, соки тоже, как и вина, начинай работать, завтра же артефакты должны быть готовы, — строго проскрипел Газиз.
— Может тебе морду вареньем намазать, чтобы жизнь сладкой казалась? Начинаете делать, как я указал, ну или заряжайте сами свои светильники, может у вас получится. Кстати, мне потребуются два шила, одно с острым концом, второе с широки, но с острым, точильный камень, я сделаю так, что светильники будут освещать ярче, чем было, — ответил я и отвернулся от Газиза к стене, лёжа на нарах.
Вертухай выругался на каком-то языке и сплюнул на пол, но не получив реакции от меня, закрыл решётку и ушёл. Всё же моё упрямство победило, хотя имелись опасения, что меня вполне могут побить плетьми или палками. На следующее утро меня ждал вполне приличный завтрак. В поллитровой кружке сок каких-то ягод, лепёшка из ржаной муки, горячего копчения рыба и каша, правда из какой крупы я не понял. Так же принесли инструмент, что я затребовал. Насытившись, я показал рукой на свой ошейник Газизу. Вертухай в этот раз не уходил, он наблюдал за мной. Газиз позвал двух кочевников, вооружённых саблями, после этого снял с меня ошейник. Для начала я сел в позу медитации и внимательно осмотрел себя. Мои жемчужины не ухудшились, а вот сила духа даже на мизерную долю подросла. После этого я приступил к работе. Правильно заточил два шильца, нанёс дополнительные символы и зарядил артефакт. Специально не торопился, наоборот затягивал свою работу, но всё равно за сорок минут справился. Активировал «светляк», горел он ярче, а проработает на несколько часов дольше. Этой хитрости меня научил Робер, а он-то точно разбирается в артефактах. Более яркий свет удивил Газиза, он вошёл ко мне и забрал восстановленный артефакт, ошейник одевать не стал. Закрыл решётку, велев кочевникам нести службу, сам же куда-то убежал. Я же принялся за другие артефакты. В обед меня вновь порадовали, даже фрукты принесли и овощи, особо я порадовался зелени. День прошёл быстрее за работой, а
