– Давайте отсюда поедем, а? – попросила Аста и поёжилась. – Неуютно здесь.
– Да, пожалуй, нечего тут разглядывать, – кивнул я и, не обращая внимания на болтающуюся нежить, начал разворачивать машину.
Через несколько кварталов, на развилке у небольшого торгового центра, стоял знакомый нам БМВ. На его крыше устроился парень, который лениво отстреливал нежить, бродящую по парковке. Лениво так, словно от безделья по банкам стрелял.
– Смотри, – кивнул в его сторону Айвар, – тебе его машина ничего не напоминает?
– Долбанутого стрелка из Каунаса. Тот самый, который в Ипсик[6] у Клиники играл. У него ещё кот был. Порода такая, хитрая, – я щелкнул пальцами.
– Корниш-Рекс, – напомнил коллега.
– Точно, он самый.
– Неиссякаема земля талантами, – усмехнулся Айвар. – Его бы энергию да в мирных целях, а он дурью мается.
– Думаешь? – спросил я. – По-моему, человек просто развлекается, напоследок. Санитар города, ты сам так его назвал, когда в первый раз увидели.
– Давай уж познакомимся с этим паном-спортсменом, если второй раз на него натыкаемся.
– Пожалуй, если не начнёт стрелять, когда мимо поедем.
Медленно, чтобы стрелок нас заметил, выехали на площадку и, не доезжая метров двадцать, остановились. Ряды зомби, которых на площадке было около двух десятков, быстро редели – стрелял парень классно. На нашу машину особо не отреагировал, даже стрелять не перестал. Бросил ленивый взгляд, и всё. Когда количество нежити в округе уменьшилось до приемлемого количества, приоткрыл дверь и выбрался наружу.
– Привет, стрелок. Мы вроде виделись пару раз.
– Да? – спокойно ответил он и пожал плечами. – Вполне может быть, мир тесен.
– На соревнованиях встречались пару раз.
Он кивнул, соглашаясь, и пристрелил ещё одного зомби.
– Неплохое ты себе занятие выбрал, – попытался завязать разговор я.
– Какая жизнь, такое и занятие, – он опять пожал плечами и неожиданно сказал:
– Литовец без Глока…
– Что мексиканец без сомбреро, – закончил фразу я.
Ну наконец усмехнулся! Хоть какие-то эмоции.
– А я тебя вспомнил. Но ты вроде из Каунаса.
– По делу занесло. Какая жизнь, такие и дела.
– Вот это верно, – стрелок закончил стрелять, перезарядил Глок и убрал его в кобуру. Спрыгнул на землю, оглянулся и предложил:
– Кофе хочешь?
– Хочу, конечно, – усмехнулся я, – а что, где-то открыт бар?
– Поехали, – предложил он, – провожу. Меня, кстати, Мишей зовут.
– Робби.
Роберт
26 апреля, два часа дня
Мишка нас проводил до какого-то заброшенного ангара на пустыре, где он теперь жил. Ангар защищён высоким забором; наверное, здесь складировали бытовую технику (судя по нескольким брошенным ящикам), но в кризис такие склады стояли пустыми. Внутри был запрятан небольшой трейлер, где мы и устроились. С удобствами парень живёт. За чашкой кофе вспомнили общих знакомых и обменялись новостями.
– Так это ты оружейный фонд подчистую вынес? – удивился я. – Ну ты могёшь…
– Я, – кивнул Мишка. – На третий день этого бардака. Угнал микроавтобус и за два рейса вывез. Даже стрелять не пришлось – про него просто забыли. Когда дверь вскрыл, сигнализация сработала. Я честно подождал пять минут, – он усмехнулся, – никто не приехал. Забыли.
– Ну, скажешь тоже, забыли, – недоверчиво покачал головой Айвар. – В Клайпеде что, стрелков мало? Или оружие не в почёте? Про ваш фонд даже наши, ковянские[7] менты вспомнили, конвой снарядили, да поздно было. Приехали, посмотрели и уехали. Ещё с кем-то пострелялись по дороге.
– Стрелков хватает, просто не готов был народ к этому. Да и как тут подготовишься? Одно дело на стрельбище мишени дырявить, а другое – соседям головы отстреливать. Оружие в выживании не главное.
– Стрельбы много было? – спросил я. – Или как у нас: вроде относительно тихо, а потом р-р-раз – и жителей в городе нет?
– Хватало и здесь стрельбы, – кивнул Миша, – и ещё долго будет хватать. Прибрежные пираты, банды мародёров и просто отморозки. Однодневок хватает, особенно в городе. Я вообще удивлён, как вы до нас добрались. Везучие, вы парни. И девушка, конечно, – он изобразил что-то вроде поклона в сторону Асты и грустно улыбнулся.
– Пираты? – хором спросили мы.
– А вы как думали? – удивился Стрелок и полез в карман жилета за табаком. – У нас всё-таки портовый город. Море, жизнь в полоску, «чтобы снова уйти на полгода» и прочая романтика. Появились небольшие банды, которые захватили несколько судов-маломерок и грабят себе потихоньку. Прибрежные селения, ту же Палангу взять. Курортные городишки, вроде Йодкранте или Ниды. Грабят и сматываются. Опять же, в море с мертвяками спокойнее, встали на якорь и отдыхают. Так что пиратство есть. Каботажники.
– А однодневки – это кто такие, – спросил Айвар, помешивая кофе.
– Люди. «Пир во время чумы» читали?
– Было дело, – кивнули мы.
– Значит, представите. Часть людей, которые случайно выжили, решили что всё, амбец, трындец и всё такое. И живут одним днём. Они даже не мародёрствуют особо. Так, по мелочи, чтобы на сегодняшний день хватило. Заберутся куда-нибудь, ограбят и гуляют. Опасные они, суки, легко на убийство идут. Ни свою, ни чужую жизнь не ценят. Поэтому и зову их однодневками.
– Весело у вас тут, – сказал Айвар. – А с бандами что? Отморозки?
– Банды, – Мишка закончил крутить самокрутку, прикурил и пояснил, – у нас здесь две группировки организовались. Они и раньше были, но вдруг резко разрослись. Кстати, именно за счет законопослушных граждан, которые решили, что лучший способ остаться людьми – это стать нелюдью. Падать всегда легче.
– В смысле – нелюдью?
– А это что, люди? – спросил Мишка. – Когда народ пытался на Куршкую косу прорваться в надежде там отсидеться, то друг друга топили. Катер какой-то пришёл, людей высадил. Из правительства, наверное. Народ, конечно, рванул к ним, а там ещё сторожевик стоял. Ну этот, как его, из тех, которые нам Дания спихнула. П-14, вроде. Они так из пулемёта по толпе чесанули, что только брызги летели во все стороны. Высадили трёх человек и прости-прощай. Хотя бы детей взяли, вояки.
– Катер? Какой-такой катер? – мы с Айваром переглянулись.
– Не знаю, сам не видел, сосед рассказывал. Но тех троих, которые приплыли, в сопровождении военных машин увезли. Слуги народные. Правда, странно, что ваши Каунасские охраняли, а не столичные.
– А почему решил, что из Каунаса?
– Знакомый раньше там служил, видел несколько знакомых лиц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
