я никогда бы не сделала. Собаки возбужденно залаяли. Я повернулась так, чтобы вода ударила мне в спину. В конце концов Коди выключил воду. Я была совершенно мокрой. Оглянувшись через плечо, я увидела, как Коди злобно ухмыляется.
— Вот твоя вода. Уверена, что не хочешь дать мне чего-нибудь, чтобы я наполнил собачьи миски?
Я нахмурилась, и он отбросил шланг, прежде чем уйти. Моя конура была полностью мокрой, но вода стекала по небольшому склону к дверям клетки и не достигала других клеток. Сатана легла на живот и попыталась просунуть морду в щель между решеткой и полом, чтобы слизать воду, но ей не удалось. Я взяла тарелку, которая была наполнена водой, но она не пролезала сквозь решетку. Сатана пристально наблюдала за мной. У меня не было никакого опыта общения с собаками, поэтому я не могла сказать, была ли она дружелюбна или ждала шанса съесть меня.
Моя жалость к животному победила, даже когда пульс участился. Я зачерпнула воду ладонями и осторожно провела ими через решетку. После минутного колебания Сатана подошла ко мне. Я напряглась, когда она раскрыла пасть, но только ее язык высунулся, и она начала жадно пить. Я повторила этот процесс несколько раз, пока она не показалась удовлетворенной.
— Что ты делаешь? — спросил Мэддокс, напугав меня так сильно, что я ушибла запястья, когда дернула их назад через решетку.
Сатана издал резкий лай при этом быстром движении.
— Даю ей воды.
Мэддокс осмотрел мою промокшую одежду.
— И почему ты мокрая?
— Коди облил меня из шланга вместо того, чтобы дать собакам воды, когда я попросила его наполнить их миски.
Выражение лица Мэддокса вспыхнуло яростью.
— Придурок, — пробормотал он, затем нахмурился. — Почему тебя вообще волнует, есть у собак вода или нет?
— Они заперты в клетке без собственной вины, как и я.
Мэддокс покачал головой со странной улыбкой, взял шланг и наполнил все миски водой. К этому времени уже начало темнеть.
— Это правда, что собакам приходится голодать, чтобы они дрались более жестоко сегодня вечером?
— Да, — сказал Мэддокс. — Приказ Эрла.
— Это неправильно. Собачьи бои отвратительны. Мне их жаль.
— Мне тоже не нравятся бои, но президент принимает решения, и мы все следуем им, даже если ненавидим.
Я была удивлена его честностью, и по его лицу я видела, что он не собирался раскрывать так много.
— Ты был против моего похищения?
Мэддокс покачал головой со странной улыбкой.
— Тебе нужно одеяло или полотенце?
— Нет, здесь достаточно тепло.
Он приподнял воображаемую шляпу, прежде чем направиться обратно в клуб, где присел на перила и закурил сигарету. У меня было такое чувство, что он будет наблюдать за мной до тех пор, пока сможет отказаться от сна.
Вскоре Денвер, который не осмеливался снова приблизиться ко мне, и Гуннар забрали нескольких собак, в том числе Сатану. Глубоко в лесу были установлены фонари, но я не могла разглядеть никаких деталей. Тем не менее, когда первое рычание, а затем визг и скулеж эхом разнеслись по округе, я закрыла глаза и зажала уши руками.
Глава 9
Собачьи бои были абсолютно ненужными, особенно потому, что сегодня вечером у нас даже не было посетителей, которые могли бы сделать ставку на исход. Это было исключительно для развлечения Эрла и клуба. Когда я был ребенком, Эрл заставлял меня смотреть, как собаки разрывают друг друга на части, но теперь я достаточно взрослый и держусь подальше. Грею повезло меньше. Эрл все еще думал, что ему нужно ожесточить мальчика, заставив его смотреть это садистское зрелище.
Я старался не обращать внимания на звуки борьбы и вместо этого наблюдал за Марселлой. Она погрузилась в себя, зажав уши ладонями. Она удивила меня сегодня. Я бы никогда не подумал, что она заботится о чем-то, кроме себя. Видеть, как она помогает Сатане, рискуя своими пальцами, сделало со мной что-то, что я не мог объяснить.
Было около полуночи, когда Коди и Грей отвели выживших собак обратно в клетки в то время, как Эрл застрелил тех, кто был слишком тяжело ранен. Марселла села, когда Сатана, прихрамывая, вошла в конуру и свернулась на полу. Коди сказал ей что-то такое, от чего ее лицо исказилось от отвращения.
Я выпрямился, готовый броситься и врезать ботинком в задницу Коди. С каждым днем он все больше выводил меня из себя и, в отличие от Денвера, казалось, был доволен игнорированием моих предупреждений. Его интерес к Марселле выходил из-под контроля. Наконец, он пошел в том направлении, где Эрл всегда стрелял в собак, вероятно, чтобы с нетерпением понаблюдать. Марселла что-то сказала Грею, а он пожал плечами.
Я прищурил глаза, гадая, о чем они говорят. Она сказала еще что-то, и Грей кивнул, затем направился к сараю с собачьим кормом и схватил горсть. Я напрягся, когда он протянул его Марселле через решетку, но она просто забрала, ничего не предпринимая. Бледный Грей направился обратно в клуб.
— Чего она хотела?
— Собачий корм для Сатаны.
— И?
— И все. Она спросила меня, все ли со мной в порядке, потому что я выглядел не очень, — сказал он, смущенно потирая затылок.
— Скажи Эрлу, что не хочешь смотреть.
— Я сказал, но ему все равно. Сегодня было действительно ужасно. — он покачал головой, будто не хотел думать, не говоря уже о том, чтобы говорить об этом. — Мне нужно напиться до беспамятства, — пробормотал он и исчез внутри.
Несколько минут я сопротивлялся желанию пойти к клеткам, но тяга оказалась слишком сильной. Марселла подняла глаза, когда под моим ботинком сломалась ветка. Она опустилась на колени у решетки и бросила еду Сатане, которая съела, но, очевидно, была слишком измучена, чтобы встать и подойти ближе.
— Это варварство, — кипела она. — У нее идет кровь. На ухе и морде дыра.
— Если это ее единственные травмы, то другая собака, вероятно, мертва, — сказал я.
Сатана была любимицей Эрла не просто так. Она была крупной для сучки, и так как у нее имелся выводок, который Эрл забрал у нее сразу после рождения, она была жестоким бойцом на ринге.
— Ее не следует заставлять драться с другими собаками.
Я наблюдал за ней, ничего не говоря. Лунный свет заставлял ее кожу светиться, а волосы блестеть, как нефть, но, что действительно делало ее великолепной в тот момент, так это заботливое выражение, которое она дарила для собаки. Она кинула на меня косой взгляд, бросила оставшуюся еду в сторону Сатаны и вытерла ладони о брюки, прежде чем
