– Я так понял, что ты до сих пор используешь крайне примитивную программы, и решил слегка облегчить тебе жизнь. В общем, я установил для тебя новую.
Я вопросительно склонила голову. В ответ он мило улыбнулся и произнес:
– Благодаря мне, тебе не нужно будет ничего считать. Просто загружаешь все элементы в определенное поле, точнее, сама же программа все и грузит, и сама же с ними разбирается, и все пересчитывает. Она предельно проста в работе, и все сделает за тебя. Две кнопки сэкономят тебе девяносто процентов времени. Вернемся, и сможешь сама проверить.
В общем, я не надеялась на то, что с нахождением новой работы предыдущие работодатели милостиво оставят меня в покое. Материалы для составления отчетов сыпались на мою почту валом, и я периодически мысленно хваталась за голову, стоило только мне о них подумать. Единственной поблажкой со стороны заказчиков было не строго ограниченное количество времени, за которое мне предстояло выполнить заказ. Но поблажка поблажкой, а обе стороны прекрасно понимали, что неделя – это максимум отсрочки, который они могли мне предоставить. До отправки готовых отчетов оставалось всего два дня, и я дала себе твердое обещание, что как только окажусь на базе, сразу засяду за работу. Конечно, приятно было надеяться на будущую двухгодичную зарплату, но, судя по своеобразности моего здешнего положения, я рисковала ею ежечасно, и глупо было терять стабильный доход от старого доброго фриланса, благодаря которому, у меня на столе всегда имелся кусок хлеба с маслом. Было бы неплохо, если бы обещанная программа оказалась хотя бы вполовину такой полезной, как чернокосый хитрец ее расписал. Я мечтательно расслабилась, но тут же опомнилась:
– А взамен?
– А взамен ты попросишь Гера за нас.
Он выжидательно уставился в мое лицо, будто высматривая ответ, но я смогла лишь страдальчески застонать и тяжело уронить голову на руки.
– Прости, Рин, – донеслось до меня, – Но иначе Гер нас покарает.
О, боги, зачем я вообще в это ввязалась! Меньше всего мне теперь хотелось видеться с Германом, а после всего что я натворила, и вообще не встречать его никогда. Максимум в старости, однажды прогуливаясь по парку, случайно переглянуться с ним при встрече, когда стыд от моего поступка уже истлеет наверняка, и обоюдно захихикать. Это минимум, на что я наивно надеялась, покидая час назад тсарнианскую базу.
Теперь же, благодаря несчастливой случайности, предстояло вновь взглянуть в эти глаза и увидеть в них…что? Ну уж нет, я сделала все, что могла! Черт с ней, с программой, пускай забирает ее назад, ибо моих моральных сил не хватит на то, о чем они просят. Сами заварили эту кашу, сами пусть и разбираются, а я спокойно вернусь к себе на дерево, и продолжу свою работу, как будто и не было никаких пришельцев. И вообще, сделаю вид, что никаких тсарнианцев, антроптериксов, и других подобных им субъектов вокруг просто не существует.
Гнев и растерянность, захватившие мои мысли совершенно отвлекли меня от реальности. И очнулась я лишь тогда, когда тарелка, зависнув над знакомым раскуроченным люком, уже плавно снижалась. С высоты половины птичьего полета тсарнианская база представляла собой всего лишь небольшую выпуклость в земле, маленький уютный холмик на круглой прогалине, обсыпанный золотистым осенним ковром. Его неестественность выявлял лишь темный зев металлического люка, подозрительно притаившегося на вершине холма и отдаленно напоминавшего кротовину.
– Я не пойду, – заявила я, намертво вцепившись в сиденье спасительного пуфика.
– Я. Не. Пойду! – Уверенно повторила я, когда меня, осознав невозможность отцепить, вместе с пуфиком конвоировали в зону спуска, очерченную красным точно по периметру.
– Да не пойду я никуда!! – Возмущенно вопила я уже возле люка, упираясь в его стенки всеми конечностями, и весьма достоверно изображая сцену из сказки, когда Баба Яга пыталась запихать Иванушку в печь. Царним, соответственно, в роли кровожадной старухи.
– Да будьте же мужиками, научитесь уже сами решать свои проблемы! – Злобно шипела моя голова, против воли увлекаемая в темный проем вслед за барахтающимся телом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Мы не мужики, – прошипел Шахр, – мы эр….
Но окончание я не услышала, уже скрывшись из виду.
Никто не внял моим просьбам, увещеваниям и угрозам. Коварные пришельцы молчаливо конвоировали мою горестную тушку прямо в неуютное логово себе подобных. За неимением адекватного выхода из ситуации, и кое как уговорив себя смириться с судьбой, я решила решать проблемы по мере поступления, и действовать максимально аккуратно. Чего мне терять, опять же? Хотя ничего терять всетаки не хотелось.
Как и предполагалось, мы застали изобретателей в полном сборе в общей комнате, куда только что спустились через отверстие в потолке. Взлохмаченный Дар крутился вокруг устало растянувшегося на диване Гера с компрессом на голове, и тут же вперившего мрачный взгляд в нежданных гостей.
И тут произошло неожиданное. Сопровождавшие меня братья, синхронно шагнув вперед, вдруг разом упали на одно колено, и покаянно склонили растрепавшиеся головы. Будь моя воля, я бы их еще и в пол носами потыкала, как шкодливых котов. А пока я забыла даже растеряться, недоуменно переводя взгляд с одного на другого.
– Явились, блудные дети, – ехидно прокомментировал Дар, даже не поворачиваясь в нашу сторону. Он привычным движением толок в чашке какую-то пахучую траву, в пол оборота покосившись на внезапно напрягшегося коллегу.
– Кто бы сомневался, – хмуро выдавил Гер, глядя на обращенные к нему макушки и побледнев еще больше, как будто это было возможно. – Когда?
Царним поднял было голову, но встретившись со взглядом ученого, не предвещавшим ничего хорошего, тут же уронил ее обратно.
– В скором времени, – глухо пробурчал Шахр, на секунду растерявший все свое высокомерие.
В следующий момент произошло несколько событий: Гер страдальчески возвел взгляд к потолку, и резким движением поднялся со своего лежбища, отбросив компресс. Дар, поймав его на лету, одновременно локтем задел свою ступку, отчего та полетела на пол, и, с дребезгом прокатившись, рассыпала по ковру пахучее содержимое. Я, не успев вовремя отвести глаза, поймала на своей скромной персоне ледяной взор старого друга и не успела открыть рот, как в следующую секунду задохнулась от резкой боли. Остальное осознавалось смутно. Помню лишь ощущение тупого ножа, внезапно и жестоко пронзившего тело в районе желудка, отчего ноги, да и все тело вдруг как-то сразу перестали слушаться свою хозяйку. Комната поплыла, промелькнул перед глазами потолочный люк, и резко и вовремя вскочивший с колена Царним успел удержать меня от падения, и как в следующий миг загудела рамка телепорта, сработавшая на оповещение. Помню, Герман что-то неразборчиво воскликнул, а затем я провалилась в спасительную темноту.
17.
Они так слаженно, с интервалом в какие-то доли секунды, шагнули из рамки телепорта, будто им ежедневно приходилось путешествовать между мирами, и их это нисколько не затрудняло. Всего прибывших было трое. Точнее сказать, она была одна, в сопровождении двух карателей.
Элегантная женщина в возрасте и двое мрачных мужчин, вооруженных до зубов. Они застыли на пьедестале возле портала подобно оригинальной скульптурной композиции, весьма странно смотрящейся в скромном интерьере лабораторной гостиной. Встречающие облегченно перевели дух, поняв, что ликвидаторов среди гостей на сегодня не предвидится. Умными, в сетке мелких морщинок живыми глазами, седовласая дама молча оглядела присутствующих, склонившихся в приветственном поклоне, и негромко произнесла низким тягучим голосом:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Приветствую вас, ллоррх Тсарге.
Герман галантно склонился над протянутой к нему рукой в горчичного цвета кружевной перчатке.
– Рад встрече, ллоррие. Не так часто имею удовольствие видеть вас в своем скромном обиталище.
Женщина снисходительно улыбнулась поднявшему голову ученому.
– Скромность лучшая из добродетелей, ллоррх. Кому как не вам об этом знать лучше всех нас.
