ее называет). Побывали в музее китобойного промысла в Нью-Бедфорде, заглянули в музей Изабеллы Стюарт Гарднер и совершили однодневную поездку в Нью-Йорк, пока наши планы позволяют. В Линне мы отведали недорогих устриц, а в Ипсвиче посетили старый музыкальный магазин. Катались на велосипедах, вдыхали аромат цветов, выбегали на балкон и пускались в танцы каждый раз, как начинался дождь. Не изменяя своему обещанию, он пьет свой утренний кофе из моей глиняной кружки. Во всяком случае, когда не трудится в ночную смену.
Столько всякого у меня еще не было со времен поездки с Пиппой в Барселону, но Доминик упорствует, чтобы я выжала из Массачусетса буквально все соки.
– Ты провела достаточно времени в «чистилище» Новой Англии. Теперь ты – одна из нас. – Он обвивает рукой мое плечо и притягивает к себе, как только мы выходим из точки метания топоров. – Настало время для ранней трапезы.
И ведь в самом деле: за месяц мы успели многое сделать. Если не считать одного важного события – у нас еще не было секса.
Мы лежали в обнимку как две ложки, которые положили одна в другую, прижимались крепко и засыпали. Беспрерывно целовались, но так и не доводили дело до конца. Я по-прежнему боюсь сделать заключительный шаг. Возможно, потому, что для меня секс равносилен признанию той себя, которую я напридумывала шесть лет назад и которой больше нет. Не то чтобы меня не тянуло к Дому, но меня от него теперь и не оторвать тоже. Кроме того, я практически не встречала мужчин на пороге тридцатилетия, которые бы ждали, пока девушка переспит с ними. Однако Дом с пониманием отнесся к моему предложению и больше не поднимал эту тему.
Накануне Дня благодарения Дом приглашает меня на ужин. Он впервые повел нас в ресторан в Салеме, и складывается ощущение, что мы таким образом официально закрепили наши отношения. Так сказать, даем своего рода благословение нашему родному городу.
Локи сидит на подоконнике и пристально наблюдает за нами со злобным видом, то и дело взмахивая хвостом. Придерживая дверцу машины, я погрозила пальцем своему коту.
– Веди себя хорошо с тетушкой Норой и даже не вздумай ссать в мои новые ботинки.
В ответ он фыркает и отворачивается.
– Детки так быстро растут, – вздыхает Дом.
Я забираюсь на пассажирское сиденье и целую его в губы. Он выглядит изумительно. Побрился только сегодня, еще и с новой стрижкой. На заднем сиденье лежит спортивная сумка, которая, судя по всему, не та, что он берет с собой в спортзал каждый день.
– За тобой охотятся федералы? Мы от кого-то бежим? – Я вскинула бровь.
– Ага. Операция по убийству топором сорвалась. Кошмар какой-то. – Он прильнул ко мне, чтобы одарить еще более глубоким и пламенным поцелуем. Так продолжается какое-то время, что я почти забываю, о чем мы беседовали, как вдруг он продолжает: – А еще я раздобыл тебе поддельный паспорт. Сбежим в Аргентину? Я слышал, что там вкусно подают дульсе де лече[8].
Поправляю воротник его рубашки.
– Ну нет, серьезно. Куда мы едем?
Мы все еще припаркованы перед моей дряхлой дырой под названием квартира. Дом бросает взгляд на входную дверь, и я вижу, что она полуоткрыта. Странно. Я точно помню, что закрывала ее.
– Что, черт побери, происходит? – я обращаюсь к нему.
Его лицо краснеет. Ага-а-а. Секретики. Секретики мне не нравятся. Ни капли их не люблю.
– Насчет наших планов поужинать… – Он почесал затылок. – Как ты смотришь на то, чтобы продлить наш сегодняшний вечер, скажем, до…
– До ночи? – помогаю ему ответить. Ночевка была бы кстати. Я бы даже сказала, очень. Мы ведь уже давно встречаемся.
– Скорее, хочу пригласить тебя к себе на все выходные.
– На все выходные? – повторяю я за ним.
– Да, – признается Дом с застенчивой улыбкой. – Очень и очень сильно хочу.
Входная дверь дома распахнулась настежь, и Нора помчалась к нашей машине, держа в руках мой чемодан. Она на полном серьезе упаковала вещи для меня. Не знаю, что беспокоит больше: то, что она собрала его, не сообщив мне, или же мои догадки о том, что они с Домом, вероятно, обсуждали этот вопрос друг с другом. Они уже виделись пару раз, когда он приезжал за мной на свидания, и, видимо, нашли общий язык. Не знала, что они обменялись номерами.
Нора открывает заднюю дверь машины и засовывает в нее мой маленький чемодан. Она наполовину протискивается своим телом в машину через окно и звонко целует меня в щеку.
– Ну давайте, детки. Приятно вам провести время на Мысе!
Дом изображает жестами сигнал «нет».
Нора зажимает рот рукой:
– Я правда только что испортила твой сюрприз?
– Весьма впечатляющим образом. – Дом повесил голову, мотая ею. Какой же он очаровательный, у меня дыхание перехватывает.
– Какой ты все-таки безупречный засранец у меня. – Хватаю его за щеки и притягиваю к себе, жадно целуя. Я поражена его заботливостью. – Это так трогательно с твоей стороны.
– Неплохо для убийцы с топором, а? – Он подмигивает мне. Эта шутка никогда нам не надоест. Я представляю, как мы будем шутить об этом через два, три, четыре года. И это здорово. Значит, я верю в свое будущее с Домиником.
– Очень даже, – с усмешкой обращаюсь к нему.
– Ну а если мне когда-нибудь потребуется помощь, чтобы избавиться от тела… – Дом обрывает мысль.
– Я в твоем распоряжении, – добавляет Нора. – Достаточно только позвонить. Без лишних вопросов.
Он снова наклоняется, чтобы поцеловать меня, прежде чем завести двигатель. Я поворачиваю голову к окну и прожигаю взглядом свою сожительницу.
– Эй, а вы отлично поработали. Я даже ничего не заметила.
– Прибереги спасибо на потом. А это самое «потом» наступит, как только откроешь свой чемодан. – Нора посмеивается, забегая обратно в нашу квартиру.
Что же там хранится? Теперь я горю от любопытства…
Мы с Домом тронулись в путь. Он сообщает мне, что подготовил целый плейлист для поездки. Дом подключает свою флешку к магнитоле и ставит старье: Nickelback и Dave Matthews Band. Конечно, это не мой жанр, но я молчу об этом, он ведь приложил столько усилий, чтобы преподнести мне сюрприз в виде романтических выходных. На протяжении всей поездки наши руки лежат на подставке для рук между сиденьями, а пальцы переплетены. Иногда он подпевает. Время от времени мы обсуждаем его или мою работу, или то, какая Нора молодец, что согласилась содействовать его плану. Как оказалось, неделю назад он написал ей в директ в «Инстаграме»[9], там же и
