Читаем без скачивания Холостяки умирают одинокими - Эрл Гарднер

– Черт возьми, чем ты занимаешься? Где тебя носит?..

– Помолчите, Берта, – вступился Селлерс. – Он еще может оказаться на коне.

– Что?! – вскричала Берта.

– Не стану повторяться. Дело посложней, чем казалось вначале, – сказал Селлерс.

– Вы ж говорили, что он попался, – удивилась Берта.

– Я так считал, пока не знал некоторые факты.

Берта зловеще взглянула на меня и демонстративно повернулась к Селлерсу:

– А здесь-то чем мы будем заниматься?

– Заглянем в одну квартиру.

Берта прошипела в мою сторону:

– Ох уж эти твои неортодоксальные методы. Я принимаюсь за простенькое дело об утечке коммерческой информации – начни и закрой! – так нет же, ты обязательно вляпаешься в убийство!

Она проследовала за Селлерсом к подъезду. Я замыкал шествие.

Селлерс нашел администратора и объяснил, что хочет осмотреть квартиру Агнес Дейтон.

Администратор позвонил юристу, после переговоров развел руками: ничего, мол, не поделаешь, нужен ордер.

От Селлерса буквально пар валил. Он дозвонился до местного полицейского начальства. То связалось с городским прокурором и прокурором округа. Пока длилось согласование, к дому подкатило такси, и на тротуар из него выпрыгнула Бернис Клинтон.

Оглядев сборище, она спросила:

– В чем, собственно, дело?

– Мы хотим заглянуть к вам, – ответил Селлерс.

– Ордер у вас есть?

– Вот и я о том же, – заметил администратор.

– Спасибо, – бросила Бернис администратору, проскочила мимо нас к лифту и уехала.

Селлерс сдерживался с трудом. Он развернулся и вышел на улицу. У машины остановился и посмотрел на меня с укоризной – или угрозой.

– Ну вот, втравил меня в историю. Теперь все здешние газеты начнут перемывать мне кости.

– Почему ты не принимаешься за обыск?

– Чертовски глупая ситуация, когда представитель закона не может обыскать квартиру, – вмешалась Берта.

– Запросто может, – возразил я.

– Разумеется, могу, – сказал Селлерс, – если только захочу подставить свою шею.

Я обратился к Берте, полностью игнорируя Селлерса:

– Эта особа в Финиксе позволила себе лжесвидетельствовать. Наверное, ее выпустили под залог. Залог внес, видимо, тот, кому выгодно было вывести ее из опасной зоны. Она солгала и призналась во лжи, когда слушалось дело об убийстве. Она призналась, что была соучастницей преступления. Селлерсу остается только арестовать ее по подозрению в убийстве. Чтобы арестовать, ему надо попасть в квартиру. А попав туда, естественно, он квартиру осмотрит, верно?

Селлерс воодушевился:

– Клянусь, я и вправду могу это сделать, арестовать ее как подозреваемую в убийстве.

– Освободив для начала меня. Нельзя держать под стражей сразу двух подозреваемых.

Селлерс снова погрузился в задумчивость.

– А еще, – продолжал я внушать, обращаясь к Берте, – будь Селлерс ловкачом, он сделал бы вид, что признал свое поражение, объехал вокруг квартала и выбрал местечко, откуда удобно наблюдать за квартирой… Теперь вот еще что. Бернис Клинтон влипла в историю в Финиксе. Она выкарабкалась из нее. Это стоило денег. Она добралась до Санта-Аны на самолете. Это тоже стоит денег. Через пятнадцать-двадцать минут она выйдет на улицу и направится вон к тому почтовому ящику отправить письмо. Заодно осмотрится, чист ли горизонт. Если ей покажется, что чист, через пять минут к подъезду подкатит такси. Наша красотка выпорхнет на всех парусах из квартиры и отправится туда, где засел Монтроуз Л. Карсон.

– При чем тут Карсон? – спросила Берта.

– Кроме него, ее некому субсидировать.

Берта растерянно заморгала глазами:

– Поджарьте меня, как устрицу!

Я зевнул:

– Впрочем, Селлерс осторожничает. Не хочет рисковать. Наверное, увезет меня в Лос-Анджелес. А уж там-то я вдосталь наговорюсь с репортерами. Уж они повеселятся! Узнают к тому времени о слушании в Финиксе, а я добавлю подробности о квартире в Санта-Ане.

Селлерс забрался в мой (то есть арендованный) автомобиль и сказал:

– Сели б лучше и вы в машину, Берта.

– Куда мы едем?

– В Лос-Анджелес.

– Тогда я пересяду в свою машину.

– Оставьте ее здесь, – сказал Селлерс.

Берта забралась на заднее сиденье.

Селлерс обогнул пару кварталов, вернулся и припарковал машину в стороне, откуда легко было наблюдать за почтовым ящиком.

Не прошло и пяти минут, как Бернис вышла из дома, демонстративно помахивая конвертом, его мы видели аж за полтора квартала.

Она опустила конверт в ящик, украдкой осмотрелась и вернулась в дом. Селлерс стрелой вылетел из автомобиля, едва она скрылась из виду. Он ворвался в аптеку, бросился к телефону-автомату и закрутил диск. Берта Кул принялась за свое:

– Ну и кутерьму ты затеял! Агентству из этого кошмара никогда не выбраться. Ты лишишься лицензии и мою поставишь под угрозу. Выступил против Фрэнка Селлерса…

– Заткнитесь! – потребовал я.

– Как ты смеешь мне приказывать, – возопила Берта. – Затыкать меня… Ах ты… ты…

Бертино заикание разрешилось поистине апоплексической паузой. К «Коринфиан-Армс» подъехало такси. Бернис Клинтон, по-видимому, подкарауливала машину за дверью, потому что выскочила наружу с чемоданом в одной руке и кейсом в другой, едва такси остановилось. Шофер закинул багаж в машину, помог пассажирке усесться и захлопнул дверцу. Потом сел за руль и запустил двигатель.

Бернис несколько раз оглянулась, видно, опасаясь преследования.

– Что за черт! – опомнилась Берта. – Этот олух звонит невесть сколько, а она сматывает удочки! – Берта принялась размахивать руками, пытаясь привлечь внимание Селлерса. А тот все стоял спиной к нам. Наконец повернулся и посмотрел в нашу сторону.

Берта отчаянно зажестикулировала, тыча пальцем в конец улицы.

Возможно, Селлерс этого не заметил. Он снова взялся за телефон.

Через некоторое время вразвалку вышел на улицу, лениво влез в автомобиль. Берта прямо-таки зашлась:

– О великий боже! Каким же размазней вы оказались! Дональд ведь точнехонько предсказал, что произойдет, а вы висите на телефоне и облегчаете ей побег. Неужто не видели моих сигналов?

– Еще как видел, – сказал Селлерс.

– Что ж, – заключила Берта, – если вам это доставит радость, птичка из клетки упорхнула.

– Если вам это доставит радость, – сообщил Селлерс, – птичка полетела прямо в клетку.

– О чем вы? – спросила Берта.

– Объясню позже.

Лицо Берты побагровело.

– Не расстраивайтесь, Берта, – успокоил я своего партнера. – Селлерс просто позвонил в местную полицию, а они в диспетчерскую таксопарка. Дело в том, что здешние такси оборудованы радио, и как только клиентка назовет адрес, шофер сообщит, куда она держит путь.

– Зажарьте меня, как устрицу! – только и сказала Берта.

Селлерс бросил на меня взгляд:

– Ишь, умник!

Я зевнул.

Селлерс выудил свежую сигару и принялся жевать. Через некоторое время вылез из машины, снова прошел к телефону, быстро вернулся и завел мотор.

– Далеко? – спросил я.

– Угадай, раз такой умный, – ответил Селлерс.

– Попытаюсь. В ближайший аэропорт, где можно нанять частный самолет.

– Ну, ответ сам собой напрашивался.

– Так куда же?

– Узнаешь, – пообещал Селлерс.

Я откинулся на спинку сиденья, а Селлерс взял направление на Ньюпорт.

– Он свихнулся? – поинтересовалась у меня Берта.

– Не совсем. Карсон ждет ее в Ньюпорте на частной яхте. Они объявят, что плывут в Каталину, а сами смоются в Энсеньяду – маленькая веселая компания, слишком заурядная, чтоб вызвать интерес. А там они поженятся, и тогда по закону ни один из них не сможет давать показания против другого. Бернис сумела-таки его захомутать.

– Пора мне забрать свою машину, – сказала Берта. – Меня оштрафуют за превышение лимита времени.

– Вы останетесь с нами, – возразил Селлерс.

– К вашему сведению, – утешил я Берту, – эту машину я тоже взял напрокат, Селлерс просто захватил ее. Нам она обходится в десять центов за милю.

Берта подскочила с такой яростью, что чуть не повредила пружины заднего сиденья.

– Что?! – завопила она.

– Десять центов за милю, – повторил я.

– Ах вы… По какому чертову праву вы конфисковали машину Дональда? Да кто вы такой? – орала Берта на Селлерса.

Селлерс, поглощенный дорожными знаками, перебросил сигару из одного угла рта в другой – и ноль внимания.

Берта продолжала бушевать с полмили, а потом погрузилась в молчание, горькое, гнетущее, с зубовным скрежетом и душевным надрывом.

А Селлерс вел машину вроде бы без всякой спешки. Мы потихоньку добрались до Ньюпорта, а там и до шикарного яхт-клуба. Селлерс блеснул своим жетоном, помахал документами, и машину пропустили на стоянку. Его ожидал офицер полиции.

– Сюда, – только и сказал он.

– Следуйте за мной и помалкивайте, – приказал Селлерс нам с Бертой.

Мы прошли к частному причалу, где качалась большая океанская двухвинтовая яхта. Сходни охранял еще один офицер полиции.