Читаем без скачивания Холостяки умирают одинокими - Эрл Гарднер

Мы прошли к частному причалу, где качалась большая океанская двухвинтовая яхта. Сходни охранял еще один офицер полиции.

Он пропустил нас без разговоров. Мы спустились в каюту.

Монтроуз Л. Карсон, Бернис Клинтон и несколько полицейских сидели вокруг стола.

На лице Карсона застыла маска ярости.

– Не сомневаюсь, это ваших рук дело, – сказал он, увидев меня.

Я поклонился.

Селлерс выступил вперед:

– Отвечаю за все я, Карсон.

– Я отберу у вас лицензию, – пообещал мне Карсон. – Вы меня предали.

– Заткнитесь, – оборвал его Селлерс. – Вы поручили этим людям заняться утечкой информации из вашей конторы. А утечки никакой не было. Была мистификация. Вы хотели, чтоб каштаны из огня таскали за вас другие. Правда, вы не предлагали им раскрыть убийство или совершить его.

– Откуда мне знать, что они делали, – сказал Карсон. – От Лэма можно ждать чего угодно.

Селлерс обратился к офицеру:

– Вы обыскали его?

Офицер кивнул:

– Обыскал, но ничего не нашел.

– А как насчет девки?

– Я не девка, – заявила Бернис Клинтон. – И меня не обыскивали. И не будут обыскивать. Я не дамся. Попробуйте только дотронуться до моего багажа. Я приличная женщина. Я не позволю сборищу мужиков щупать меня, прикрывая дармовое удовольствие служебным долгом. Я требую…

Селлерс ткнул пальцем в Берту.

– Уполномочьте ее, – посоветовал он офицеру.

Офицер ухмыльнулся и спросил:

– Как ее зовут?

– Берта Кул.

– Берта Кул, – произнес офицер, – именем закона я уполномочиваю вас оказать помощь полиции. Я обязываю вас обыскать арестованную.

Бернис Клинтон побледнела, вскочила на ноги и крикнула:

– Вы не смеете!

– Где бы нам уединиться? – безмятежно спросила Берта.

– Рядом свободная каюта, – офицер кивнул на дверь.

– Пошли, дорогуша, – обратилась Берта к Бернис.

– Катись к чертовой матери, – процедила та.

Берта обхватила ее за талию и вынесла за дверь, словно мешок.

Карсона вывели на пирс.

Селлерс сел и с облегчением расплылся в улыбке. Офицер усмехнулся в ответ. Селлерс ткнул в меня пальцем и пригласил:

– Присаживайся, Поллитровочка!

За дверью послышались шум, топот, потом пронзительная ругань. Яхта вздрогнула, будто ударилась о причал.

Через десять минут вернулась Берта с Бернис Клинтон на буксире.

У Бернис был такой вид, точно ее пропустили через мясорубку: всклокоченные волосы, рваная юбка, в блузке – дыра.

– Я обыскала ее, – сообщила Берта.

– Нашли что-нибудь?

Берта швырнула на стол бумажку.

– Под лифчиком, – кратко доложила она.

Полицейские сгрудились вокруг стола. У меня не было возможности последовать их примеру. Но вскоре Селлерс подвел итог:

– Теперь все ясно. Известен мотив – завещание Герберта Джейсона Даулинга. Он все отдал Бернис Клинтон.

– Когда оно было подписано? – спросил я.

– Два года назад, – ответил Селлерс.

– В этом случае оно не стоит даже той бумаги, на которой написано. У Даулинга остались сын и жена по гражданскому браку. Они зарегистрировались в штате, где гражданский брак признается юридически полноценным. У нее от Даулинга родился ребенок. Следовательно, он не может оставить наследство кому бы то ни было, не оформив это специальным документом.

– Дешевка! Шпингалет! – закричала Бернис Клинтон. – Думаешь, ты умнее всех? Взгляни на завещание, его подготовил хороший адвокат, такой знает все ходы и выходы. Там указано: пусть хоть кто объявит себя наследником, хоть супруга, хоть любой другой родственник – им причитается один доллар.

– Но уж вы-то тем более не можете претендовать на наследство, – возразил я. – Вам предъявят обвинение в убийстве. Убийца не наследует имущество убитого.

– Это завещание как раз то, что нам нужно, – сказал Селлерс. – Плюс попытка к бегству.

– Вам не удастся состряпать дело! – выкрикнула Бернис Клинтон. – Я по горло сыта вами, дешевки с жестянками, сукины дети!..

Берта взмахнула рукой и ухватила Бернис за рваную блузку:

– Заткнись. Не смей поносить моих собратьев.

Уж кем-кем, а Бертой Бернис точно была сыта. И потому сразу умолкла. Полицейские заулыбались.

Селлерс подошел ко мне.

– Ты свободен, как ветер в поле, – объявил он. – Ты – свободный гражданин, ни у кого нет к тебе никаких претензий. Отправляйся на все четыре стороны.

– Вы не можете меня отпустить. Вам дано указание держать меня под арестом.

– А по междугородному телефону я получил указание освободить тебя, если мы накроем эту парочку. О чем, черт возьми, ты думаешь, я разговаривал по телефону второй раз, когда уже разузнал про такси? – Селлерс ухмыльнулся. – Нам нужна хорошая помощница, чтоб управиться с арестованной. Иначе эта девка объявит, что по дороге в тюрьму мы напали на нее с грязными намерениями. Берта ведь уже получила официальный статус.

– И жалованье получу? – обрадовалась Берта.

– Получите, если предъявите счет округу, – ответил Селлерс.

– Не беспокойтесь, предъявлю, – пообещала та.

Бернис Клинтон хотела было что-то сказать, но, кинув взгляд на Берту, осознала тщетность своих усилий.

– Нам еще предстоит обыскать яхты, – сказал Селлерс. – А вы пока осмотрите, пожалуйста, багаж арестованной, миссис Кул. – Он обернулся ко мне и указал большим пальцем на дверь: – А ты, Поллитровочка, проваливай.

Я так и сделал.

Глава 19

Офис Герберта Джейсона Даулинга был закрыт по причине его смерти. Дорис Джилмен, женщину, которая обедала вместе с ним в кафетерии, я застал дома.

– Это вы меня преследовали, – заявила она, едва я представился.

– Совершенно верно. Я шел за вами от самого кафетерия, где вы украдкой встретились с Даулингом.

Наши взгляды скрестились. Несколько мгновений она молча изучала меня, потом спросила:

– Что, собственно, вам угодно?

– Хочу знать, почему ваша встреча была обставлена такими предосторожностями?

– Из-за Бернис Клинтон.

– Вы знали, что в кафетерии она наблюдала за вами?

– Как?! – воскликнула Дорис Джилмен. – Она была там? – Я кивнул. – Тогда все становится понятным.

– Что именно?

– Убийство. Бернис… она опасна.

– Тогда она еще не выпустила когтей, – заметил я. – Но вот вопрос, зачем вы проводили время с Даулингом – ради брака, денег или…

– Я не проводила с ним время, – возразила Дорис. – Ситуация была совершенно иной.

– Я уже устал слушать такие заявления.

– Как женщина я интересовала Даулинга ничуть не больше, чем мешок картошки.

– По-моему, дело обстояло несколько иначе. Вы строили ему глазки и…

– Естественно, строила глазки. Он хотел того, чего я никак не могла дать. Вот я и уклонялась от его натиска всеми возможными способами.

– Чего же он домогался, любви?

– Глупости! Стоило ему поманить пальцем, я бы тотчас ему поднесла себя на серебряном подносе. Он хотел вернуть Айрин Аддис.

– Ого-го!

– И пришел ко мне за помощью, чтоб я помогла.

– А помочь вы не могли.

– Да, не могла и всячески старалась отвлечь его и развлечь.

– А с Айрин разговаривали?

– Нет, не разговаривала. Ее настроение не было для меня тайной. Я тянула время: авось он успокоится или она передумает. Кто ведает, что произошло бы дальше, если бы… Он ужасно боялся Бернис… Она пригрозила, что скорей убьет его, чем отпустит.

– У нее не было на него никаких законных прав. Что мешало Даулингу послать ее подальше?

– О, она мастерица качать права, даже не имея их. В пору его влюбленности она натаскала кучу перьев для гнездышка.

– Письма? – поинтересовался я.

– Письма, магнитофонные записи, фотографии… Она многое запасла.

– Чего ж она добивалась?

– Законного брака.

– Может, согласилась бы на имущественное соглашение?

– Сперва, пожалуй, да. Под конец – нет. Он откладывал решение слишком долго. Когда от Бернис легко было откупиться, он тянул. А потом ее запросы фантастически возросли. Ей захотелось стать миссис Даулинг. Она возжаждала общественного положения, признания – просто помешалась.

– Она намазывала масло на хлеб с двух сторон, – прокомментировал я. – Точней, на два ломтя одновременно.

– О чем вы?

– Монтроуз Л. Карсон хотел взорвать компанию Даулинга изнутри. И был близок к успеху. Не хватало небольшого смачного скандальчика для завершения операции, и Карсон готовился организовать таковой.

– Карсон! – вскричала она. – Так вот почему он взял Айрин к себе на работу!

– Конечно. Он подстроил для нее ловушку. Вся затея была ловушкой. Бернис сменила лошадей и стала стричь на этом купоны. Не знаю, обещал Карсон на ней жениться или нет, но кое-какие обязательства наверняка на себя принял. Он обеспечил ей классную квартиру в Санта-Ане. На имя Агнес Дейтон.

Дорис изумленно смотрела на меня широко открытыми глазами.

– А кроме того, – продолжал я, – Бернис Клинтон заполучила завещание, подписанное Даулингом…

– Ах это! Оно ровно ничего не значит.